Чтение онлайн

Антенные посты САЗО-СПК в первоначальном стационарном варианте должны были монтироваться на бетонном основании, в мобильном они получили более компактные щелевые антенны и теперь также размещались на шасси ЗиС-157 с полуприцепом.

Мобильный вариант комплекса получался заметно дешевле, так как сокращался объём капитального строительства. Вместо целого завода теперь строилась одна тыловая ракетная база, обслуживавшая несколько комплексов единовременно, причём вместо нескольких цехов в её составе был теперь только цех стыковки и диагностики, так как ракеты приходили с завода заправленными. Разумеется, для персонала и членов семей требовался жилой городок, а также гаражи и ремонтная база для всей колёсной техники, но это всё равно выходило дешевле первого стационарного варианта.

Основным препятствием для создания мобильной версии комплекса стала радиолокационная станция П-90 «Памир», разрабатывавшаяся коллективом ВНИИРТ под руководством Главного конструктора Бориса Петровича Лебедева. Способная обнаруживать цели с эффективной площадью рассеяния, сравнимой с ЭПР бомбардировщика Ту-16 на расстоянии около 500 километров, станция имела передающие антенны размером 13х7 метра, установленные над принимающими антеннами в виде сферического сегмента размером 15х18 метров. Две пары антенн вращались со скоростью 1 оборот в 5,4 секунды. Масса вращающейся части достигала 130 тонн, антенны монтировались на бетонной башне высотой 25 метров. Понятно, что сделать такую РЛС мобильной было невозможно в принципе.

В ходе создания РЛС были применены новаторские идеи и технические решения. В результате был освоен дециметровый диапазон волн – ранее создававшиеся радары обзора работали в основном в метровом диапазоне; применен двухчастотный метод защиты от пассивных помех; созданы средства защиты от активных помех противника и несинхронных помех от соседних РЛС; впервые реализован парциальный метод кругового обзора пространства, обеспечивающий одновременное определение всех трёх координат воздушных целей.

Ранее создававшиеся РЛС были двухкоординатными, то есть, определяли только азимут и дальность, но не высоту цели. Для определения высоты в состав комплекса РЛС обычно вводился радиовысотомер, легко узнаваемый на фотографиях 50-х – вытянутая в вертикальной плоскости антенна, напоминающая по форме шкурку от дольки апельсина.

(вот такой

«Памир» стал первой РЛС, определявшей одновременно все три координаты цели, причём – на проходе, не переходя от вращения к излучению в одном направлении, то есть, наблюдение за воздушным пространством велось постоянно, не прерываясь. Большая дальность обнаружения целей позволяла ставить РЛС П-90 на значительном удалении одной от другой, порядка 350-400 км, при этом обеспечивалась степень перекрытия зон обнаружения, достаточная для создания сплошного радиолокационного поля.

(Подробнее об РЛС П-90 «Памир»и

Принятый способ управления ракетой при её выводе на дистанцию 15-20 километров до цели, где производился захват активной головкой самонаведения, предусматривал передачу команд на борт ракеты с антенного поста САЗО-СПК, а ответный сигнал ракеты, значительно более слабый, должна была принимать огромная полусферическая антенна радара П-90. Чтобы сократить интервал между сигналами, в составе комплекса предполагалось использовать по два радара П-90 на полк, вращавшихся синхронно, но развёрнутых под углом 90 градусов друг к другу.

Поначалу разработчики комплекса встали в тупик. Получалось, что даже мобильная версия комплекса обречена маневрировать в нескольких километрах или десятках километров от пары стационарных радаров полка.

Решение подсказали разработчики космической техники. Они предложили использовать для приёма ответных сигналов ракеты … надувную оболочку из металлизированной плёнки, на внутренней поверхности которой была вытравлена гибкая фрактальная антенна. Когда оболочка заполнялась воздухом, она приобретала требуемую форму сегмента сферы. Чтобы антенна могла принимать сигналы сразу нескольких ракет, выпущенных в разных направлениях, оболочка крепилась к вращающейся мачте, установленной на грузовике или гусеничном шасси. Это позволило полностью «отвязаться» от полковых РЛС П-90 в части управления ракетой и использовать их только в качестве обзорных радаров. То есть, «Памир» продолжал сопровождать цель и ракету при стрельбе и выдавать информацию, но теперь РЛС не участвовала в приёме ответных сигналов ракеты 5В11 по линии САЗО, а лишь передавала информацию в общую электронную сеть. (АИ)

Таким образом, информация каждой РЛС в стране становилась доступна каждому ЗРК, подключенному к системе. Приёмные посты системы САЗО-СПК также подключались к каналам связи системы «Электрон», это позволяло вынести их на большое удаление от стрельбовых средств комплекса и тем самым значительно увеличить возможную дальность сопровождения ракеты. (АИ)

Бросковые пуски и часть автономных испытаний ракеты 5В11 проводились на полигоне Владимировка в Астраханской области. Пуски в замкнутом контуре решено было проводить на строящемся полигоне Сары-Шаган, но Хрущёв настрого запретил Лавочкину самому ездить на оба полигона в жаркое время года. На полигонах Лавочкина представлял Главный конструктор ракеты Михаил Михайлович Пашинин. (АИ)

К моменту начала автономных пусков ракеты радиоэлектронная часть комплекса была ещё далеко не готова. Тогда специалистами ОКБ-301 был найден очень необычный выход из ситуации. Ввиду отсутствия штатных радиолокационных средств, сопровождение цели и ЗУР, вывод ракеты в район цели после пуска осуществлялся с помощью кинотеодолитов, предназначенных для траекторных измерений в ходе проведения испытаний. После сопряжения теодолитов, оснащённых электромеханической системой регистрации пространственного положения оптической оси, с нештатным контуром управления ракетой, удалось использовать теодолиты для сопровождения ракеты и цели.

В условиях практически идеальной прозрачности воздуха над Сары-Шаганом и неограниченной видимости, оказалось возможно уверенно удерживать в центре поля зрения одного кинотеодолита обстреливаемую цель, а другого — наводимую ракету. По данным, вырабатываемым приборными комплексами теодолитов, штатные устройства радиокомандного наведения системы «Даль» определяли текущие угловые координаты цели и ракеты, выдавая радиокоманды управления для вывода ЗУР в зону захвата цели головкой самонаведения. Во время одного из таких пусков цель была захвачена ГСН и успешно перехвачена в режиме самонаведения. (реальная история)

Успешное сопровождение ракеты и цели оптическими средствами побудило Петра Дмитриевича Грушина, внимательно следившего за работой конкурентов, активизировать разработку дополнительного оптического канала наведения для комплексов С-75 и С-125, которая до этого велась по остаточному принципу. Он привлёк к сотрудничеству разработчика инфракрасных ГСН Давида Моисеевича Хорола, совместно с которым и была разработана электронно-оптическая система автоматического сопровождения цели и наведения ракеты.

Помимо технической подготовки, проводилась и организационная. Изучая по документам в ИАЦ ситуацию в системе ПВО Средней Азии, Иван Александрович Серов не мог не отметить царивший там невероятный бардак. А ведь вторжение в советское воздушное пространство ожидалось именно с южного направления.

Напрямую ткнуть маршала Бирюзова в секретные информационные сводки 20 Главного управления Серов не мог, потому был вынужден действовать окольным путём. Он отправил три проверяющих комиссии на Семипалатинский полигон, космодром Байконур (он же Тюратам), и 10-й полигон ПВО в Сары-Шагане, западнее озера Балхаш.