Чтение онлайн

Заебись праздник! Во всех смыслах.

Позвонила Свете, Лийке, Филиной жене Алене, поздравила… почти натурально весело. А потом закинула в черный список Влада. Подумала и отправила следом Юру.

Всем спасибо, все свободны!

Юра

Юля так и не ответила. Ни на звонки, ни на сообщения. Я уже сбился со счета, сколько их отправил и сколько раз позвонил. Но дождался только одного: к вечеру вместо двух серых галочек под очередным сообщением повисла всего одна.

Не в сети? Но звонки проходили. Много-много длинных гудков. Значит, заблочила. Чего и следовало ожидать.

Тогда я позвонил Кристине.

— Юр, что-то случилось? — спросила она, не среагировав на вступительное поздравление с праздником.

— Ты знаешь Юлькин адрес? — я не стал ходить кругами.

— В программе есть.

— Она там не живет.

— Тогда не знаю. Наверно, у парня своего. А что случилось-то?

Хм… ты еще не в курсе?

Хотя да, она проходила мимо одетая, когда я стоял в холле. Ну, значит, завтра узнает. У нас же на работе не работают, а друг за другом следят.

— Ничего. Пока, Кристин.

Нажав на отбой, я долго сидел на кухне, тупо постукивая об стол углом телефона.

Дятел, блядь! Долбодятел!

Вот уж точно, не такой праздник я себе представлял. Картинка из серии «Ожидание и реальность».

Праздник, говорите? Мне и поздравлять-то особо было некого. И не хотелось. Только Милке написал. И добавил вдогонку:

«Ты в пролете, Милый. Поведешь меня туда, где самое забористое бухло».

«Шо, таке коза вышла за своего живодриста?» — ответила она сразу же.

«Нет, но…»

«Тогда нещитово. Извини, я не одна».

У меня было только два варианта. Упереться и продолжать долбить — или забить. Забить — всегда успею. Долбить — с этим обстояло сложно. Вряд ли Юля решила, будто Липкий Юрик настолько Липкий, что в момент стояка верхняя голова у него полностью отключается, а у нижней прицел сбивается в сторону ближайшего ебабельного объекта. Будь она такой дурой, все было бы намного проще. Вот только вопрос: а нахера мне такая дура? Хватило и одной по гроб жизни.

Нет, господа, все намного хуевей. Она как раз девочка умная, поэтому и раньше сомневалась, нужен ли ей такой бестормозной потаскун. И тут стабильный Владик выигрывал у нестабильного Юрика по очкам. Несмотря на все их озвученные сложности. И несмотря на то, что ее явно тянуло ко мне. Я понятия не имел, с чего ее вдруг так шатнуло навстречу, но после этой милой сценки с Ларисой точно так же резко отшатнуло обратно. Потому что напомнило, кто я такой. И поехала она вчера к своему Владику, куда ж еще. И празднуют они 8 марта вместе. Наверняка в постели.

Представив на секунду эту порносцену, я скрипнул зубами так, что заныло под пломбой, которую не мешало бы заменить. Потянуло напиться в хлам. Очень сильно потянуло. Но если я собирался поговорить с Юлей, — а я собирался! — лучше было обойтись без этого.

Утром я сидел над папкой договоров, скопившихся за две недели, и за два часа не смог прочитать даже один. В одиннадцать встал — по привычке! — и… подошел к подоконнику, где стояла кофемашина. Порылся в коробке с пластиковым дерьмом — за то время, пока я почти каждый день пил кофе в административке, мой сокамерник привык экономить, покупая самые дешевые капсулы. Налил себе в кружку и даже выпил два глотка.

Пашка посматривал с каким-то ехидным любопытством, но спрашивать не рисковал. И правильно делал.

Зазвонил телефон.

Макс. Видимо, хотел узнать, жив ли я и что происходит.

— Юр, а ты здесь вообще? — напрыгнул, даже не поздоровавшись. — Че за хня творится? Шубина зеленая вся, народ гудит, что ты с Добровой на корпоративе лизался.

— Подожди, — я вышел в коридор и прикрыл дверь. — Не я с ней лизался, а она пыталась со мной. Юлька увидела.

— Эвона че, Михалыч! — присвистнул Макс. — Ты поэтому ее адрес искал? Не нашел?

— Нет. И хорошо, что не нашел. Заявился бы к сладкой парочке.

— А, ну да, наверно. Слух, ну ты бы все-таки с ней поговорил, что ли?

— Спасибо, Макс! — рассвирепел я. — А то б я без тебя не въебал, что надо поговорить.

— Ну извини, — хмыкнул он и отключился.

Я постоял в коридоре, постоял… и спустился на второй. Стукнул в дверь, открыл. Все уставились на меня так, словно впер голым в женскую баню.

— Юля, можно тебя на минуту?

— А говорят, некоторые на работе работают, — пробормотал себе под нос Генка, старательно пырясь в монитор. — Врут, наверно.

Если бы у меня не было на данный момент другой цели, у кого-то сейчас стало бы очень плохо с хлебалом. Ну очень плохо. Но я решил не отвлекаться на второстепенное. Пока.

Юля молчала, не глядя на меня. Потом встала и направилась к двери. Открыла, вышла — я за ней, пытаясь понять, хорошо это или пиздец как херово. Не говоря ни слова, мы дошли до конца коридора, остановились у окна. Свет падал на нее, и да, Макс не преувеличивал, действительно, бледная в зелень. Под глазами темные круги, а веснушки выглядели грязными пятнами, как будто спала лицом в песок.

— Юль, ну она же специально так сделала. Чтобы ты увидела. Неужели не понимаешь?

Это была попытка от отчаяния, и она ожидаемо провалилась.

— Юра, я все прекрасно понимаю, не считай меня дурой. Просто это подтвердило, что у нас с тобой ничего не выйдет.

— Почему?

Обычно чем больше я психовал внутри, тем спокойнее казался внешне. Но на этот раз с трудом держал себя в руках, хотелось орать и материться. Зато она была как статуя с гипсовой маской вместо лица.

— В какой-то момент я понадеялась, что получится. Мне и правда этого хотелось.

— Больше не хочется?

— Нет. И не говори, что все твои бабы… что всё это было раньше, а теперь по-другому. Люди не меняются.

— Да почему?! Почему ты так уверена?

— Юра, мой отец был точно таким же, как ты. Очень красивый и очень… любвеобильный. Мать говорила, что они были очень счастливы. Целых пять лет. А потом он ушел к ее подруге. И не говори, что ты не такой. И что это может случиться с любым. Да, может. Но у тебя всегда будет гораздо больше соблазнов, чем у других. И… я не готова рисковать собой. Я только-только начала себя по кусочкам собирать. Да, с твоей помощью. И очень тебе за это благодарна. Но не хочу с твоей же помощью разбиться снова. Прости, что дала тебе какую-то надежду, но… нет.