Чтение онлайн

Зато потом лично Чагас проводил нас в гостевую зону. Там было попроще, не так театрально. Чисто, много зелени, цветов, но очень аскетично… У нас так психолечебницы строят. Может эти ребята считают, что мы все того?

– Нет, скорее всего, у них к гостям относятся как умалишённым, – пошутил Див Симбел. – Если серьёзно, то думаю, что здесь дело просто в разном восприятии. Мы слишком сильно от них отличаемся. Ты, Эви, мне кажется, иногда об этом забываешь. Давай, дальше рассказывай, чем дело кончилось.

– Решили так: Вир остаётся в столице, будет работать с местными учёными мужами. Тор и Тивиса отправятся в путешествие от полюса до полюса. Чеди и Гэнка будут изучать общественную жизнь, меня отправят по медучреждениям, а сама Фай займётся историей общества Ян-Ях.

– А почему ты домой вернулась?

– Фай меня отправила, за нашим диагностом и мобильным лечебным комплексом. Там у одного из этого Совета внезапно почечная колика случилась. Возможно, камень пошёл. Болевой шок. Будем лечить.

А у Фай идея появилась, через облегчение страданий владык планеты, получить побольше информации. Болячки собственного тела кого угодно выводят из равновесия. Вот она и подумала, что если мне удастся облегчить их жизнь с помощью нашей медицины, то в благодарность они могут пойти нам на встречу. Мне тоже показалось, что, судя по цвету, лица Чагаса у него проблемы с печенью, а отёки на шее Гена – щитовидка и вся эндокринная система. В общем, там есть с чем работать. Вот только у меня большие сомнения, что это как-то повлияет на владык в плане благодарности. Скорее, они захотят меня похитить, чтобы я у них их тушками занималась. Не дождутся!

– Надеюсь, ты сегодня дома переночуешь?

– Конечно. Тут такие дороги, что просто ужас. Даже днём едешь, как по каменистому плато где-нибудь на Луне.

– А если использовать сдефы? – спросила Мента.

– Четыре часа стоять на движущейся полусфере? Сомнительное удовольствие. Даже если попу как-то умостить… Держаться не за что. Гриф, а нельзя к сдефкам приварить какие-нибудь ручки, чтобы ухватиться можно было? Не предусмотрели наши конструкторы использование их для верховой езды.

– Нет, не получится. Там покрытие сталь-силиколловое, только в специальной лаборатории можно что-то с ними делать. Они же рассчитаны для работы в среде с экстремальными температурами. Ничего страшного, приедешь завтра к полудню. Думаю, что ещё полдня этот Ка Луф протянет.

– Да куда он денется. Я ему адаптоген вкатила, – не помрёт. – Усмехнулась Эвиза. Я с удовольствием с вами отдохну. Хоть мне и не терпится приступить к сбору информации в их больницах, но как-то там всё неприятно. Эх, жаль, что нельзя скаф снять. Вот ведь придумали облачение. Век назад было лучше. Нормальные костюмы, не облегающие, пусть и тяжелее, зато снимать и одевать легко.

Эви горестно вздохнула и осмотрелась вокруг.

– Кто мне поможет собрать и закинуть оборудование в юнфэн? Там ещё драйвер сидит. Надо бы его покормить. Да и я бы чем-нибудь закинулась. Что там у вас сегодня «Плам» приготовил?

– Он решил сегодня рыбный день устроить. – Засмеялся Гриф. – Лягушачьи лапки по французски, буайбес с омарами и шабли. На мой вкус не очень. Мне баранина больше нравится.

– Ты грубый космический солдафон! Ничего не понимаешь в тонком искусстве высокой кухни. – Эвиза подняла глаза к потолку, как делала всегда, обращаясь к искусственному ителлекту. – Правда «Плам»?

– Милая Эви, мы с тобой, наверное, одной крови! – прошуршал откуда-то сверху тихий шёпот. – Эти простецы меня не поняли. На мой вкус, лапки лягушек просто восхитительны. Ничего, что они синтетические, но все природные вкусовые соотношения соблюдены. Впрочем, как всегда. Киборг веников не вяжет.

– Хорошо, пока я буду оценивать французскую кухню, Вань, ты не мог бы начать… нет, ты не сможешь, напутаешь ещё чего, не дай Вселенная. В общем, будь готов.

11. ПОБЕДИТЬ ДО СРАЖЕНИЯ

23 апреля 1958 года. Москва. Актовый зал Палеонтологического института. Празднование пятидесятилетия Ефремова.

– Дорогие друзья! А теперь в программе нашего торжества вторая официальная часть! – Мария Лукьянова в парадном белом платье стояла на сцене и обращалась к собравшимся в зале сотрудникам. – Наш дорогой юбиляр, не только великий палеонтолог, доктор наук, лауреат государственной премии, он у нас ещё и великий писатель. А недавно нам стало известно, что Иван Антонович вошёл в ряды прозаиков крупных форм. В прошлом году опубликован его первый роман. Это вам не какая-то «Война и мир» и не «Преступление и наказание» про похождения всяких там дворянчиков, да сумасшедших буржуйчиков. Нет!

Лукьянова повернулась к сидевшему в углу сцены виновнику тожества.

– Дорогой Иван Антонович, позвольте от лица общественности Великого Кольца вручить вам паспорт гражданина Галактического союза миров. И позвольте огласить публично содержание?

Удивлённый Ефремов пожал плечами и кивнул. Ему довольно тяжко участвовать в этом мероприятии. Он ещё не пришёл в норму после приступа стенокардии и больше всего мечтал оказаться дома. Не оставляла его и обида на Орлова, который не позволил ему перейти на свободное расписание.

– Итак: Фамилия – Вань, Имя – Рем… – Ефремов встрепенулся, услышав знакомое сочетание. Никто этого не заметил, все заняты весёлой антрепризой. – Год рождения – 1908, но это не точно.

Зарегистрирован брак с Палеонтологией Наукой Ивановной.

Дети: Дочь – Тафономия Ремовна, сыновья – Ветлугозавр и Лабиринтодонт.

Паспорт выдан Органами эволюционной безопасности и гарантирует беспрепятственное передвижение во времени и пространстве.