Чтение онлайн

Охрана встала с двух сторон, чтобы не допустить контактов с тормансианами, а вовсе не для защиты от мифических злоумышленников. Попытка нападения на "Темное Пламя" однажды ночью была. Но понятно, что организовали её местные власти. Она не застала врасплох, а ноктовизоры зафиксировали подробности "боя". "Лиловые", внезапно обстреляли корабль, ринулись к его наземному устройству, но были отброшены защитным полем. В результате многие из них получили ранения разной тяжести . Нэя Холли чуток перестаралась, врубив поле на полную мощность. Зато с тех пор никто не приближается к "Темному Пламени".

Мне уже осточертело, если честно, сидеть в этой удобной, довольно просторной, но всё равно закрытой консервной банке. Сил никаких нет. Астронавторы эти – странный народ. В этом их долбанном будущем очень всё не таковское.

Вроде бы всё при них. Умные, красивые, сильные, здоровые… Но тупые! До чего же они тупые! Не понимают простейших вещей. Тысячи лет спокойного развития, погоня за новыми знаниями, как главное дело большинства этих ангелочков сказались на житейской сметке. Ангелочки, да. Хоть и чёрненькие имеются… Смешно… Даже мужчин мужиками не назовёшь. Ну, какие это мужики? У меня язык не поворачивается. Я, несмотря на мои восемнадцать, чувствую себя по сравнению с ними просто древним мудрым старцем.

Вот, как так можно? Ничего не разведав, только покопавшись в открытых источниках, переться в логово откровенных мерзавцев. Что весь долбанный Совет и вся шушера, что вокруг, отъявленные негодяи, у меня нет ни малейшего сомнения. А наши им почему-то доверяют. Гриф что-то чувствует, но поставить вопрос ребром не может. Характера не хватает, не смотря на фигуру циркового борца. Мощный! Прямо Поддубный… а характером против Фай слабоват. У Файки же только история на уме, никакой ответственности. Как можно было доверить такую важную миссию этой фанатичке. Вот и допрыгалась, что всех, кто покинул звездолёт взяли в заложники. А её саму вообще держат практически в тюрьме. Что и следовало ожидать.

Наши-то как-то догадались, что Фай в заложниках, но почему-то считают, что остальные ребята на свободе. Наивные! Их всех там прихлопнут в один момент, никто ничего сделать не успеет. И сдэфы их не спасут. Накинется на них толпа в тысячу голов, и похоронят… Я им каждый день об этом говорю, а они мне «Ты, Вань, преувеличиваешь…». Ага! Я преувеличиваю! Повезло мне тогда в Крыму, что по малолетству меня в автобат отправили и в атаку не пустили. Шлёпнули меня бы на Каховском плацдарме, и не увидел бы я всего этого никогда… Эх, да что там… Здорово тут на звездолёте! Как вспомню тот фестиваль бхукти, так челюсти сводит. Самому себе завидую. Чем я так судьбе понравился, что сюда меня забросила?

Третий день уже пошёл, как наши в этом сраном Чжиху Чжанси. Хорошо, что у них в этом времени мощные приборы для работы с языками придуманы. Подключился, вздремнул пару часов и уже понимаешь, что вероятный противник говорит. С произношением сложнее, но даже я могу терпимо балакать. У нашего командира с этим какие-то проблемы, ему тормансянский не даётся.

Особой работы у меня на корабле сейчас нет. Див каждое утро начинает «за здравие» ну, это он так выражается, нравятся ему «древние» выражения, правда втыкает он их часто ни к селу, ни к городу. Он сначала пытался вдолбить мне что-то из области теории межпланетного полёта, но вскоре понял, что я ничего не понимаю. Тогда он решил поручить что-то совершенно простое. Поэтому сегодня я до обеда чистил запчасти к СДФ. Поначалу меня даже зло взяло, что это мне работу робота поручают, я же всё-таки живой человек. А потом смекнул, что с этого лучше всего начинать, я хотя бы теперь знаю, из чего эти сдэфки состоят и что к чему там прикручено. Понятно, что электронная начинка мне, как свинье «Ундервуд», но зато у меня в мозгу механика сдэфа постепенно складывается во что-то более или менее складное. Всё-таки я не лишён технических способностей.

Эви меня тоже не забывает, присылает каждый вечер распоряжения, что мне надо сделать в области биологии. Из медицины – замеры всякие, температура, давление, пульс и много чего ещё. Замаешься, пока всё запишешь. Думаю уже, не упростить ли это дело. Сесть как-нибудь, да сразу на неделю всё написать. Так и так всё одинаковое каждый день… Кроме того, я ежедневно собираю образцы воды, воздуха и почвы, а также всякой живности, что мне на глаза попадётся. Работать приходится только на мысу, где нам разрешили сесть. С востока и запада от перешейка стоят посты «лиловых» и не пускают никого в нашу сторону. Нас тоже не выпускают. Тюрьма, чёртова кочерыжка!

Слава богу, работа с образцами и пробами мне знакома. В Университете нас с первого курса натаскивали, как правильно собирать, хранить и классифицировать. Тут я смогу себя показать, как настоящий учёный. Я вспомнил курс организации полевых работ и перво-наперво набросал план на ближайшую неделю с обозначенными целями и задачами. Всё как полагается. Показал Менте. Она похвалила. Хорошая девчонка, только как по мне – слишком худосочная. То ли дело, моя Эвиза! Какая же она красивая! Глаз не оторвать. Ножки длинные и крепкие, попка как орех, талия осиная, сиськи так и не выпускал бы из ладоней до того нежные. А глаза! Просто колдовские с золотистыми искорками на синей радужке. Чёрт-чёрт-чёрт! Я изведусь весь, пока она там в этом поганом городе жизнью рискует. Всё-таки это несправедливо, оставить меня на корабле. Я бы мог принести гораздо больше пользы там, рядом с ними. У меня же опыт… Я же с Врангелем воевал.

Ещё проблема с одеждой. Наши имеют дурацкую привычку ходить везде голыми. На корабле, в искусственном климате это и в самом деле удобно. А как быть на планете? Для команды, каждому индивидуально на Земле пошили скафандры. Запасных скафов не предусмотрено, никто же не думал, что появится пришелец. Это они меня так называют. Эви мне выдала парадку из запасов, но она белая… Белая! Черти её раздери! Как в белой одежде работать в поле?

Я придумал выход. Попал я сюда в полевой одежде, то есть в галифе, гимнастёрке и в сапогах. Плащ на мне тоже был, но после удара молнии, он восстановлению не подлежит. Вряд ли всё это шмотьё выкинули. Надо узнать, где его хранят. Там, помнится, ещё и вещмешок … Если вещи целы, то можно будет забрать на правах полноправного хозяина. Если же их утилизировали, то придётся в белом кителе ковыряться в прибрежной тине. Вот смеху-то будет!

Учётом всего попадающего на корабль занимается «Плам», может у него и спросить?

– «Плам», можно вопрос? – я для верности постучал по бортовой обшивке.

– Не понял выражения «можно вопрос» – приятный баритон раздался где-то у меня над головой. – Вань, поясни, что означает сочетание слов «можно» и «вопрос»? У нас так не говорят.

– Не будь занудой, «Плам». Это просто сокращённая форма «можно задать вопрос».

– Вань, ты слишком много ждёшь от искусственного интеллекта. Я не способен на домысливание, или угадывание пропущенных слов. Отвечаю на вопрос. Можно.

– Тут такое дело. Я когда сюда к вам попал, был одет в полевую прозодежду. Плащ-дождевик, гимнастёрку, галифе, сапоги яловые. Почти новые, между прочим. Вещмешок ещё был с набором полевых геологических инструментов. Где это всё?

– Всё законсервировано и хранится на складе образцов. Склад на первом уровне первая дверь налево от лифта. Из членов экипажа за склад отвечает Нэя Холли. Без неё ты туда не попадёшь.

– Хорошо, «Пламчик». Ты умница!

– Спасибо, я в курсе.

– – Нэичка, милая, – я специально обращаюсь к инженеру биозащиты как можно более ласково, наверняка, ей поручили не только хранение, но и исследование моего барахла. – Ты не могла бы выдать мои личные вещи? Ну, те, что были на мне, когда я к вам сюда попал.

– Если убедишь Фай, то выдам. Её разрешение обязательно, ведь теперь эти штучки наши «боевые трофеи» – Нэя удивлённо подняла на меня взгляд, оторвавшись от набора текста наверняка чего-то важного. – Вань, а тебе это старьё зачем?