Чтение онлайн

Снова вздрагиваю и шарахаюсь в сторону, больно ударяясь о шершавую стену, и с ног до головы пачкаюсь в вонючей слизи. Крупная дрожь уже не переставая бьет тело, но сцепив зубы, я шагаю вперед, запрещая себе думать о том, что попала в ловушку, и пути назад больше нет.

Лестница кончается внезапно, и, отвлекшись на то, чтобы не потерять от неожиданности равновесие, я не замечаю, что прямо передо мной вдруг появляется жуткая бестелесная улыбка.

– Привет, - шепчут фиолетовые, подсвеченные губы, и я не выдерживаю, взвизгиваю. Слезы катятся по щекам, от страха почти отключается сознание, но родившееся вперед меня упрямство всё тянет и тянет дальше.

Иду.

Зажмурив глаза и заткнув уши, иду дальше по темному коридору, чувствуя, как всё сильнее мерзнут кончики пальцев, а изо рта, судя по ощущениям, уже вырывается пар.

После того, как мои способности открылись, я, кажется, перестала чувствовать холод, но сейчас уже слегка подзабытые ощущения накрыли с головой, и дрожать я начала не только от страха, но и от холода.

Чья-то невесомая рука внезапно прихватывает за талию, и дальше мы идем уже вместе: я и мой потусторонний кошмар.

– Открой глазки, - шепчет мне что-то с противоположной стороны, но я лишь жмурюсь еще сильнее. – Открой же…

– Пошёл ты, - цежу, продолжая упрямо идти.

Рука с моей талии вдруг исчезает, а я понимаю, что уже какое-то время слышу нарастающий равномерный гул, происхождение которого кажется вполне естественным и не таким пугающим как жуткая тишина.

Ускоряюсь, сосредотачиваясь только на том, чтобы не запнуться.

Резкий поворот, стоивший мне пары новых синяков, еще несколько мучительно долгих шагов, и яркий желтый свет вдруг бьет по глазам, отчего те рефлекторно распахиваются.

От представшего передо мной зрелища зажимаю себе рот ладонями, чтобы все-таки не завизжать.

Узкий проход вывел меня в огромную шарообразную пещеру, посреди которой зияет огромная расщелина. Внутри нее сворачивается желтая магма, но вопреки всякой логике в пещере не жарко, наоборот, до жути холодно. Рваные края расщелины покрыты темным плотным слоем слизи, и из этой слизи, возмущенно шипя, всё выползают и выползают новые тени.

Судорожно ищу глазами Бадлмера или Уилфреда, но слизь, в которой перепачкана и я сама, лезет в глаза, мешая рассмотреть хоть что-то. Пытаюсь отодрать ее руками, но зрение не возвращается, оставляя лишь смутные силуэты. Движения становятся вязкими, как во сне, а от холода всё сильнее клонит в сон.

Да ни за что!

Топаю ногой, разозлившись на себя, перед глазами в очередной раз прояснятся, и мне наконец удается различить вдалеке лежащего на камне Кристиана и склонившегося над ним Уилфреда. Нормальный, не наведенный страх бьет по сознанию, я кидаюсь в их сторону, но ноги не слушаются, и я падаю как подкошенная.

Да черт побери, я шла сюда не для того, чтобы стать обузой!

Пытаюсь найти в себе неуловимый дар, но тут же возникает ощущение, что из-за испытываемых эмоций я сейчас далека от него как никогда. Но надо, надо воскресить то, что помогало проявиться ему в прошлый раз. Вот только чувства полета и свободы проявиться в такой обстановке смогут вряд ли.

Но я пытаюсь. Пытаюсь их вспомнить, отчего-то точно зная, что ни гнев, ни желание защитить в этом деле не помогут.

А вот воспоминания о смехе Бруно… Улыбке мамы… О том, как папа треплет мне волосы, сетуя на то, что я всегда бегаю лохматой… как Кристиан прижимает меня ночью к себе… Его мягкий шепот: «Грета»…

Тепло срывается с рук само. Оказалось, дару достаточно одной искры, чтобы заполыхать пожаром. Подобно тому, как растаял лед на озере, словно лопается тонкая нить, и тени вокруг начинают в буквальном смысле гореть.

Шепчущий визг наполняет всё пространство пещеры, и Уилфред отвлекается от бессознательного хозяина, безошибочно находя взглядом снова упавшую меня. С упреком качает головой, но всё же шагает к расщелине, и парой властных слов вдруг схлопывает ее.

Хорошо, что я уже сидела. От устроенного таким «закрытием» землетрясения упал даже сам Уилфред.

Но сидели мы оба недолго. Несмотря на острое желание прилечь в обморок, я кидаюсь к Кристиану.

– Что с ним?! – восклицаю, подбегая к лежащему без сознания бледному как снег мужчине. Но снова склонившийся над лордом дворецкий не отвечает, сам по цвету лица почти сравниваясь с хозяином. – Уилфред!

– Много сил отдал, - натужно отвечает наконец старик. – Но жить будет.
– Оставив лорда, он тяжело садится прямо на камень и устало закрывает ладонями лицо.

Преодолеваю последние пару шагов, отделяющие меня от мужа, и кончиками пальцев касаюсь бледной щеки.

– Я могу чем-то помочь? – тихо спрашиваю.

– Ты уже помогла, - на удивление сарказма или злости в словах старика нет, только усталость. – Не ожидал от тебя, девочка. Но спасибо.

Благодарность неожиданно вызывает острый приступ смущения, и я рефлекторно оправдываюсь:

– Просто ты так выглядел, словно случилось что-то совсем страшное, а я знала, что могу помочь и…

– Да-да, конечно. Именно поэтому, - Уилфред честно старался сохранить серьезность, но губы все же дрогнули в улыбке. – Еще раз спасибо за твою… отзывчивость.

– Пожалуйста, - вздыхаю, понимая, что дальнейшие оправдания будут выглядеть нелепо. – Кристиан очнется?

– В ближайшее время точно вряд ли. Сейчас я немного… посижу, и понесем его наверх.

– А эти… - сглатываю. – Они еще там?

– Нет, - Уилфред пронзил меня твердым взглядом. – Их там больше нет, Гретэль.

– Хорошо, - киваю, с неудовольствием отмечая, как сильно охрип голос.

– Ну что ж, думаю, я достаточно отдохнул, - через минуту бодро проговаривает тот, кто поднимается только с третьей попытки. – Пойдем.

– Может… - с сомнением начинаю, но меня тут же перебивают:

– Идем-идем.

Шествие у нас получилось странное. Уилфред тащил Кристиана, а я тащила Уилфреда. Можно сказать, почувствовала себя настоящей женщиной, которая всё на себе тащит. Но до выхода из подземелья, которое без жутких теней выглядело как обычный запыленный подвал, мы все-таки добрались, а там нас уже встретили другие слуги.

– Я не хочу пить, - жалостливо тяну, пока мне молча наливают стакан чего-то такого, к чему страшно свечу подносить.