Чтение онлайн

6

Саня подкинул в затухающий костер немного коры, уселся на примятый лапник и положил перед собой меч. Хороший добротный меч. Не гномья сталь, конечно, но тоже сделан как надо, под его руку. Немного подумал, достал из вещмешка грасту, которую гном так и не забрал у него, и тоже положил перед собой. Рядом с мечом. Еще немного подумал, почесал лохматый затылок, с досадой констатировал, что давно пора к цирюльнику, снова залез в мешок и выудил оттуда довольно увесистый кожаный чехол. Развернул как скрутку, в которой вместо метательных ножей находились инструменты, пусть и не такие прямолинейные, но не менее опасные в умелых руках – вытащил парочку ланцетов и тоже положил рядом с мечом. Покосился на гордость своей коллекции баснословно дорогой шприц – стеклянный, с тонкой зачарованной стальной иглой, с хорошо пригнанным золотым поршнем – и вздохнул. Решил, что аккуратно разложенного перед ним арсенала будет достаточно и смотал скрутку обратно. И полез за пазуху. За тетрадями.

Ему предстояла бессонная ночь. Возможно, именно сегодня, даже может быть сейчас, он сделает открытие и соберет в один понятный принцип тот калейдоскоп фигур, которые ему оставил учитель. Или не учитель, а те, кто знал кому их можно доверить.

Доверие. Странное слово. Вроде бы вера, но еще не совсем она. А он, лекарь Александр Крисс, уже дважды побывавший на грани, чуть было не лишился этого самого «до», ни с того ни с сего возомнив себя вершителем судеб. Скромнее надо быть, скромнее, а то как бы истинная вершительница не посмеялась над ним в одночасье.

7

Два крупных волка бесшумными тенями двигались вверх по склону. Пахло сосновой хвоей, сыростью и чужой силой. И разбитым камнем.

След они взяли с трудом, еле отыскав его среди влажных валунов, и теперь прислушивались к каждому шороху.

Вскоре след привел их к куче битых булыжников под скалой, прятавшейся среди леса, но запах шел и дальше. В сторону небольшого пролеска. Там обрывался, будто беглецы потоптались и подпрыгнули вверх. Хорошо так потоптались. Вминая огромными когтями мягкую землю.

Волчьи загривки вздыбились. Оба волка поджали хвосты и, зарычав, попятились назад. Но человеческая сущность взяла верх над звериной, и они остановились.

Потоптавшись по старой хвое большими лапами обошли поляну, потыкались носами в каждый куст, переглянулись, и один из них коротко рыкнув, побежал назад уже не осторожничая и не особо скрываясь.

Второй неслышно вернулся к скале, тщательно обнюхал булыжники, фыркнул от попавшего в ноздри терпкого дыма, тонкой струйкой тянущегося откуда-то изнутри, и отошел к зарослям вереска. Там, примяв лапами траву, серым валуном улегся среди кустов. Ждать.

_________________________________________________________________________________

1 - В книге намеренно не дается описание мечей, так как их разновидностей «великое» множество. Но и у европейского меча может быть обух. Например, Гросс-мессер - прямой меч односторонней заточки.

2 - Я готов отдать жизнь. Я готов взять жизнь (здесь перевод с драконьего)

1

Город встретил их скучным дождем, нахохлившимися крышами домов и двенадцатью гулкими ударами на центральной башне.

Остались позади видневшиеся на горизонте северные предгорья Росского хребта; покосившийся охотничий домик в чащобе, где два оборотня дожидались лекаря и дракона; звериная тропа, которая вывела маленький отряд на берег весело звеневшего ручья, вскоре ставшего мутным потоком в овраге. И когда появились перед глазами очертания городских предместий, намаялись путники донельзя.

Посередине въездной дороги, по ту сторону широкого деревянного моста, кинутого через мелкую речушку, сиротливо торчала пара воткнутых вех с привязанным к ним поперечным дрыном, видимо должным изображать непреодолимое препятствие незаконному проникновению в город. Но дрын с назначением не справлялся – справа и слева нелепое сооружение огибали наезженные широкие ухабины – и грозил вот-вот рухнуть в грязь.

В оконце покосившейся будки дорожного смотрителя, пялилась на путников помятая особь, с немым укором вопрошающая «чего их в такие погоды принесло». Но вскоре ленивый взгляд смотрителя зацепился за добротные ботинки самого высокого, прошвырнулся по поясам и баулам остальных, и принял довольное выражение. Блюститель порядка на большой городской дороге выкатился из дверей по скользкой грязи уже вполне бодро.

– Куда?!
– он начальственно попытался загородить проезд обширным пузом, и осклабился в щербатой ухмылке.
– В город только по пропускам! Есть пропуска?

– Нет, - желания препираться у Машки не было. Он обошел смотрителя по короткой дуге, не останавливаясь и не оглядываясь на троих, тащившихся следом.

Надежда на серебрушку, замаячившая перед глазами блюстителя порядка, приказала долго жить, уступив место ее медной товарке, но и та как-то чересчур быстро скончалась: два мужика и худенький пацаненок, бредущие следом за нахалом, даже не подняли глаз и тоже прошли мимо.

И смотритель, до боли пронзительно, почувствовал себя третьим столбом, непонятно с какой радости выползшим под холодный дождь.

2

– …я есть хочу, - прошептал Ирби себе под нос. На носу как раз повисла крупная капля, готовая вот-вот сорваться на промокшие до громкого хлюпанья ботинки. Маленький оборотень надеялся, что его никто не услышит - негоже наследнику князей Расов выказывать слабость. Ведь, наверно, чистенькая и пустынная, по случаю дождя, улочка вела в какое-нибудь теплое место… и отец наверняка знал это место, но… уж очень хотелось есть.

Машка остановился. У кошек хороший слух. Огляделся по сторонам, заметил вывеску среди выстроившихся в ряд добротных двухэтажных домишек и без слов повернул туда.

«Три Карася». Так оповещал огрызок доски над входом в харчевню, или скорее маленький трактир, куда оборотень открыл низкую арочную дверь, и четверо скитальцев спустились по небольшим каменным ступеням в легкий сумрак обеденного зала.

Довольно уютное, с цветными витражными оконцами, помещение приютило с десяток небольших столов с парой-тройкой посетителей, а потрескивающий углями камин раздавал вокруг горячее тепло. Увешанные чесночными связками стены, непокрытые скатертями грубые столешницы да увядшие цветочки в кувшинах не совсем удачно, но добросовестно претендовали на деревенский стиль. Зато в воздухе зазывно витал аромат жареного лука вперемешку с печеными яблоками.

В зале били. Со вкусом.

Спокойно, даже с ленцой, трое молодчиков метелили ногами скрутившегося на полу паренька, прикрывавшего голову ладонями. Он не шевелился, не издавал ни звука, но и дюжие молодцы тоже не тратили время на разговоры. Они отвешивали пинки лежавшему так, словно отрабатывали нудное поручение: нехотя, и не особо стараясь.

Вновь прибывшие их не заинтересовали. Лишь один повернул голову на скрип дверных петель, но членовредительское занятие не бросил, только чуть пододвинулся, давая пройти новым посетителям.