Чтение онлайн

Она протянула ему руку.

– Вы были очень-очень добры ко мне, мистер Дрейк.

– Пустяки, - пробормотал детектив, отводя глаза. Они пожелали ей спокойной ночи и пошли назад к машине.

– Я чувствую себя подлецом, - заявил Дрейк.

– Ты делаешь все это для ее же блага.
– А как быть с работой?

– Плати ей жалованье, и пусть она немного отдохнет. У нее измученный вид, немного побездельничать ей не помешает. Пусть походит на пляж, позагорает на солнышке, почувствует себя в отпуске.

– Ну и сколько времени ты собираешься ей платить?

– Пока мы не подыщем ей работу, - не раздумывая, ответил Мейсон.

Дрейк облегченно вздохнул:

– Благородное решение.

Мейсон проигнорировал это замечание.

– Как ты думаешь, Пол, она не лгала насчет этого снимка?

– Нет. Будь я проклят, если это не так. Она казалась страшно разочарованной.

– Жаль, что с нами не было Деллы Стрит. Я не очень уверен, но у меня такое впечатление, что эта Уорфилд догадалась, что последует, как только я потянулся к своему портфелю.

– Ты думаешь, она лгала?

– Все указывает на Хомана. Подумай, как развивается это дело. Из кафетерия ее вышвырнули, как старые домашние тапочки. Говорю тебе, Пол, за этим кто-то стоит. Кто-то настолько влиятельный в этом городе, что сумел заставить окружную прокуратуру перешагнуть через себя и снизойти до кафетерия - продиктовать им, кого брать на работу, а кого нет. Это указывает только в одном направлении.

– Голливуд?
– спросил Дрейк.

– Голливуд.

– Конечно, Перри, если ее муж был осужден здесь, в Калифорнии, мы можем порыться в бумагах и...

Мейсон прервал его:

– Не забывай, она уже обращалась в Сан-Квентин и Фолсом. Не обманывай себя, Пол. Допустим, что Уорфилд приехал на Побережье. Нашел работу, возможно, в киностудии, начал хорошо зарабатывать. У него появилась возможность встречаться с красивыми женщинами. Чтобы попасть в кинобизнес, даже на конторскую работу, у женщины должен быть крепкий, жизнестойкий характер. Женщины, которые крутятся вокруг кино, не автоматы, шагающие по точно заданному курсу. Они решительны и предприимчивы. Ну, и естественно предположить, что этот Уорфилд влюбился. Сначала, возможно, просто флиртовал, а потом встретил "свою единственную". Надумал жениться, и ему потребовалось, чтобы жена с ним развелась. Сам он не решался даже заговорить о разводе - жена слишком его любит, чтобы позволить ему уйти. И если она узнает, где он, тут же отправится к нему. К этому времени он - уже крупная шишка, а его преследует прошлое, которое он не осмеливается никому открыть. Тогда он притворяется, что натворил черт знает что и угодил в тюрьму. Велит жене не приезжать в Калифорнию - она-де все равно не сможет его увидеть. Более того, он заставляет ее высылать все, до последнего цента. Теперь-то ей уж просто не на что приехать.

– Ты считаешь его таким подлецом?
– спросил Пол Дрейк.

– Можешь не сомневаться, так оно и есть! Именно по этой причине он вынудил жену посылать все деньги Спинни.

– Откуда ты знаешь, что ее муж Хоман?

– Спинни - промежуточное звено, человек, которому ее муж доверяет. Он ездит в Сан-Франциско. Естественно, получает почту на тот адрес. И если что-то произойдет, он свяжется с ее мужем в Лос-Анджелесе.

– Резонно.

– Так вот, Спинни поддерживает связь с Хоманом.

– Черт возьми, Перри! Когда слушаешь твои рассуждения, все выстраивается логично, как в математике. Хоман должен быть Уорфилдом. Конечно, у Хомана есть младший брат, он живет с ним в одном доме, но в день аварии он был в отъезде, да и накануне тоже.

– Все это следует перепроверить, - нахмурился Мейсон.
– Расскажи-ка мне про него.

– Его зовут Горас. Он лет на семь-восемь моложе Жюля. Заядлый рыбак и игрок в гольф. Настоящий плейбой.

– Он работает?

– Ну как они все работают в Голливуде?
– пожал плечами Дрейк. Урывками, когда как. Он - сценарист. Время от времени Жюль подкидывает ему кое-какую работенку. Пытается создать брату положение. У Жюля есть небольшая яхта, скаковая лошадь, он член гольф-клуба, ну и все такое прочее. Словом, все знаки голливудского процветания. Время от времени Горас работает, затем, прихватив снаряжение своего братца, отправляется на рыбалку, играть в гольф и...

– Обожди минутку, - прервал его Мейсон, - значит, в день аварии Гораса не было в Голливуде?

– Не было. Он как раз на яхте ловил рыбу.

– Он и может быть Спинни.

– Выходит, что может.

– Или же Горас может быть мужем, а Жюль покрывает его.

Дрейк нахмурился:

– Я об этом не думал. Но Жюль в своей работе мастак, а его братец ничтожный бездельник. Он мог бы написать, к примеру, вот так: "Я в Голливуде, но дела у меня идут неважно. Я кое-как держусь, потому что меня подпирает мой брат, но он оборвет мне уши, если узнает, что у меня есть жена. А что, если нам разойтись? Я пришлю тебе немного деньжат, и считай себя снова вольной птицей".

Мейсон обдумал слова Пола.

– Знаешь, уж очень она естественно держалась, когда я показал ей эту фотографию. Пол, ты уверен, что это его фотография?

– Да. Я с ним разговаривал. Можешь не сомневаться, снимок его. И хороший.

– Ладно. Отложим пока этот вопрос, - решил Мейсон.
– Сегодня вечером я снова увижусь со Стефани Клэр. Я пообещал ей, что у меня будут хорошие новости. Очень не хочется ее разочаровывать.

– А ты не мог бы ее обмануть, Перри?

– Только не эту девушку. Думаю, мне надо повидаться с Хоманом.

– Уже вечер. Его будет трудно поймать.

– А днем разве легче?

– Вообще-то так.

– Где он живет?

– В замке в Беверли-Хиллз.

– В справочнике его телефона нет?

– Нет, конечно.

– Но ты должен был его раздобыть, когда сделал наскок на телефонную компанию.

Дрейк кивнул, сунул руку в карман и молча протянул адвокату записную книжку. Тот списал интересующий его номер.

– Ну разве не странно, что у этого Спинни, живущего в дешевом многоквартирном доме в Сан-Франциско, есть незарегистрированный телефонный номер киномагната?
– покачал головой Мейсон.

– Он не магнат, Перри, всего лишь несчастный раб с трехтысячным заработком в неделю, со всевозможными налогами и все такое.

Мейсон усмехнулся:

– Все равно я намерен с ним потолковать.

– Вряд ли ты много из него вытянешь, - предупредил Дрейк.
– Он парень скрытный и недоверчивый.

– Если только я не ошибаюсь, Пол, его преследуют призраки прежней жизни. Потому он и дергается, а я не собираюсь щадить его слабые нервы.

Глава 8

Уличные фонари ярко освещали фасад белого особняка в испанском стиле. В царившем полумраке красная черепица крыши казалась почти черной.

На звонок Мейсона появился слуга-филиппинец в белой куртке.

– Я звонил мистеру Хоману. Я...

– Да, мистер Мейсон. Сюда, пожалуйста. Ваши пальто и шляпу.

Мейсон снял пальто и шляпу, вручил их слуге и пошел следом за ним по длинному коридору, паркетный пол в котором был натерт до зеркального блеска красным воском, проследовал через просторную общую комнату, где царил таинственный полумрак, и оказался в кабинете, выходящем в патио.

Хоман сидел за письменным столом и с хмурым видом всматривался в отпечатанный на машинке сценарий, испещренный карандашными пометками.