Чтение онлайн

– Вот, пожалуйста!
– воскликнула она, протягивая ему колечко с ключами.

Мейсон осмотрел все три ключа на кольце.

– Один от машины, - сказал он.
– А вот эти два похожи на ключи от дома.

– Пожалуй.

– Здесь нет ни одного вашего ключа?

– Нет.

– Вы что-нибудь говорили полиции про эти ключи?

– О том, что они находятся у меня, нет. Я рассказала одному из детективов, что, когда тот человек начал приставать ко мне, я выключила зажигание и выдернула ключи.

– Он спросил вас, где они? Стефани рассмеялась:

– Нет, он не поверил ни одному моему слову. Он слушал меня только потому, что обязан был выслушать, и все.

– Вы хорошая актриса?
– поинтересовался Мейсон.

– Не знаю. А что?

– Если я заберу сейчас эти ключи и передам их полиции, это будет выглядеть подозрительно.

– Почему?

– Они удивятся, почему вы раньше ничего о них не говорили.

– Великий Боже, мистер Мейсон, я же побывала в аварии.

– Знаю... Послушайте, а что, если мы подождем, пока вы поднимитесь на свидетельское место, и я попрошу вас рассказать о событиях того вечера. Притворюсь, что думаю, будто в момент аварии эти ключи были у вас в руке и где-то затерялись, но "для порядка" спрошу вас, так ли обстояло дело. Вы на мгновение задумаетесь - сможете изобразить на своем лице такое же озадаченное выражение, как сейчас?- и скажете, что вроде бы бросили их себе в сумочку. После этого я спрошу про сумочку, и вы извлечете их в присутствии членов жюри. Сможете вы это проделать?

– Не знаю. Попытаюсь. Девушке не удастся долго удержаться на "смазливом месте", если она не научится как следует притворяться.

– Что значит "смазливое место"?

– О, чтобы работать в табачном киоске или в гардеробе ночного клуба и тому подобных местах, надо иметь смазливую внешность, отсюда такое название... Вы не просто работник, но еще и украшение заведения. Там к вам вечно пристают, и надо уметь защищаться...

– Хорошо, - сказал Мейсон, опуская ключи обратно в сумочку, - когда у нас будет побольше времени, мы разок порепетируем. Я не хочу, чтобы вы повторяли это несколько раз - все будет выглядеть слишком театрально. Мне нужно, чтобы ваши действия были спонтанными, естественными. А теперь продолжим. Попытайтесь вспомнить об этом человеке что-нибудь еще, что-нибудь такое, что послужило бы ключом к разгадке его личности.

– Мне ничего не приходит в голову.

– Этот смокинг... Ваш попутчик не упомянул, где он был или куда торопится, и почему он так одет?

– Нет. Я тогда не придала этому никакого значения.

– А это могло бы стать ключевым моментом.

– Не понимаю. Смокинг не такая уж большая редкость.

– Остановите любые пять тысяч машин, идущих в десять часов вечера по шоссе Ридж, и посмотрите, многие ли водители будут одеты в смокинги.

Она прищурилась, обдумывая его замечание.

– Да, теперь я понимаю. Деталь необычная.

– А это и есть основа раскрытия любого преступления. Ты находишь необычные моменты, поступки или события, которые отличаются от привычных или естественных, и, использовав их в качестве путеводной нити, отходишь от обобщений и переходишь к специфическим, индивидуальным особенностям.

– Я понимаю, куда вы клоните, мистер Мейсон, но не могу вам помочь. Он не сказал ни одного слова, почему он так одет.

– Вы, должно быть, выехали из Бейкерсфилда около десяти вечера?

– Да.

– И вы предполагаете, этот человек ехал откуда-то севернее Бейкерсфилда?

– Не уверена. Я следила за другими машинами. Нет, он мог просто свернуть на это транспортное кольцо.

– В машине был какой-нибудь багаж?

– Не знаю, я не заметила. Возможно и был, например, в багажнике.

– Вы думаете, в багажнике что-то было? Она нахмурилась.

– Едва ли.

– Да, вряд ли он мог после аварии обойти кругом машину, открыть багажник и достать оттуда свой чемодан. Тем более что ключ от багажника находился в вашей сумочке.

– Верно.

– У него на руках были кольца?

– Да, на правой руке у него сверкал бриллиант. Я обратила на это внимание, когда он потянулся к рычагу скоростей. Руки у него были ухоженные, пухлые, с короткими толстыми пальцами с маникюром.

– Без перчаток?

– Да.

Раздался деликатный стук в дверь. Стефани вздохнула:

– Это наверняка дядя Макс и его закадычный друг.- Потом крикнула: Да, входите!

Дверь распахнул Макс Олджер, молодой человек стоял за его спиной.

Стефани рассмеялась:

– Входи же, Джеке, не бойся, я не кусаюсь!

Он подошел к кровати и остановился, глядя на девушку.

– Хэлло, малышка!
– пробормотал он, очень осторожно приподнял руку Стефани, лежащую поверх покрывала, и задержал ее на мгновение, поглаживая другой рукой.
– Как ты себя чувствуешь?

– Превосходно.

– Я бы не хотел, чтобы ты подумала, будто я... преследую тебя. Знай, я здесь, чтобы помочь тебе. Твой дядя нанял детективов, чтобы разыскать тебя, я же ничего такого не делал. И не потому, что меня не интересовало, где ты находишься, но я знал, что ты уехала по доброй воле. И не хотел делать ничего... Ну, да ты и сама все прекрасно понимаешь.

– Спасибо, Джеке!

– Я и сегодня пришел сюда, только чтобы посмотреть, не могу ли я чем-нибудь помочь. Вот и все. Я не намерен тебе надоедать. Я сказал Максу, что остановлюсь в другом отеле и...

Она отняла у него свою руку и представила:

– Это мистер Мейсон, мой адвокат.

Молодой человек обернулся. Ростом он был с Мейсона, но, несмотря на тонкую талию, фунтов на тридцать потяжелее. Его огромная лапа обхватила гибкие пальцы адвоката.

– Как поживаете, мистер Мейсон? Мистер Олджер рассказал мне о вас. Надеюсь, вы сделаете все, что в ваших силах. Каково положение дел?

– Пока еще ничего не могу сказать, - ответил Мейсон, пожимая руку Джекса.

Стефани Клэр посмотрела на Мейсона.

– А в самом деле, как обстоят дела?

– В данный момент - плохо. Но поначалу всегда так.

– От начала уже прошло много времени.

– А до конца пройдет еще больше, - усмехнулся Мейсон.
– Джентльмены, вы не будете возражать, если мисс Клэр расскажет вам о случившемся в общих чертах? Я хочу, чтобы, когда она поднимется на свидетельскую скамью, вся эта история не казалась вызубренной наизусть.