Чтение онлайн

Мой младший собрат рассказывал про курсантскую жизнь на новом месте с недостаточной учебной базой и недообустроенным бытом, о вечных проделках командира роты с трогательной погремухой Кися, о немногом количестве преподавателей, всё же переехавших в Новосибирское училище.

–  Жалко!
– откровенно огорчался я.
– В Рязанском училище ведь такая хорошая база для учебы и проживания. Прыжки парашютные постоянно. Но самое главное - в РКПУ был дух соперничества между ВДВ и ГРУ… Шло негласное соревнование "кто кого?"… Но это только шло на пользу и десантникам, и спецназерам… Все старались держать марку на высшем уровне… А тут.

–  Мы тоже жалели, что пятый батальон уехал из училища.
– произнес доселе молчавший лейтенант Винокуров.
– Даже наши преподы говорили, что теперь нам не с кем соревноваться. Из ваших классов позабирали плакаты и стенды с образцами.

–  Это мы с собой увезли!
– рассмеялся Михаил.
– Несколько товарных вагонов забили под самую крышу. Даже что-то везли вместе со своими вещами.

Он не договорил. Поскольку в этот момент в дверь постучали. Я громко разрешил войти и визитёры не заставили себя упрашивать повторно. Это оказались те двое дембелей, которые несли многострадальную солдатскую кровать именно в наш вагончик. Я поинтересовался о происхождении их груза… Как выяснилось, только что Пуданов почти выбил из начальника вещевой службы разрешение на получение двухярусной кровати… Столь дефицитного в здешних местах изделия отечественного кроватостроения!… Именно поэтому Иваныч немедленно забрал её со склада, не откладывая этого нужного дела в долгий ящик… Чтобы начвещь не успел передумать. Вот ротный и "попросил" двух носильщиков мчаться побыстрее в подразделение.

Но военной погони сзади не было… Командира роты тоже не наблюдалось… Значит, он на что-то ещё положил свой зоркий глаз.

–  Так вот почему вы торопились!
– понимающе воскликнул я. Думали, что начальник вещевой службы бросится вас догонять?

–  А кто его знает?
– ухмыльнулся первый солдат.
– Нам ротный сказал - мы и помчались.

–  Молодцы! А теперь.

Пока старослужащие снимали по моему распоряжению верхний ярус с нижнего, мы втроем подготовили место по правой стенке. После некоторых усилий и необходимых команд двухэтажная кровать встала прочно и непоколебимо.

–  Спасибо!
– поблагодарил я солдат.
– Вот видите, какие у нас хорошие дембеля? Любо-дорого посмотреть на них! Правильно я говорю?

Старые воины вежливо соглашались со мной и сдержанно ухмыльнулись. Так ничего не сказав лейтенантам про "черную" тетрадку командира роты, они с чувством выполненного солдатского долга пошли в третью палатку.

–  У нас тут своё соревнование "кто кого"… - пояснил я. Кто на кого побольше взвалит. Или они на нас свой пофигизм, или же мы загрузим их работой.

Долгожданный миг встречи настал! Запоздавший Пуданов только лишь заглянул в вагончик и мы тут же отправились успокаивать наши урчащие желудки.

По дороге Иваныч делился с нами последними новостями. Оказывается в нашу первую роту, кроме уже имевшихся двух лейтенантов, должен прибыть ещё один офицер. Вовка мы уже не считали чужим и появление дополнительного командира нами только приветствовалось… Да еще какого!

–  Мне сказали, что он в Буденновске очень хорошо зарекомендовал себя!
– при этом ротный как-то искоса посмотрел на меня.
– Медаль за это получил.

Здесь я всерьез озадачился… вовсе не потому, что оказывается есть ещё офицеры весьма отличившиеся в летних "сражениях" на Буденовских полях… Наличие медали тоже меня не впечатляло. Я мысленно перебирал кандидатуры, стараясь угадать личность назначенного к нам кадрового военного. Маркусин отпадал моментально, ибо масштаб работы у нас помельче. Плюстиков уже командует третьей ротой. Петраков - закоренелый связист. Доктор Новиков - тоже не в счет. Оставались лишь Лёха Сарыгин и Славик Полтачков.

–  А сколько тогда у нас получится командиров групп?
– меня внезапно пронзила уже другая мысль.
– Я, Цветков, Варапаев, Вжиков… Это уже четыре получается. Сегодня двое прибыло. И ещё один?! Что-то многовато получается… Это уже не первая рота, а настоящий рассадник командиров групп.

–  То пусто, то густо!
– добавил идущий рядом лейтенант Винокуров.

–  Так начальство решило.
– как-то туманно объяснял Иваныч.
– Вжикова у нас больше не будет.

–  Всё равно перебор!
– не унимался я. Что-то здесь не то.

–  Слушай, а тебе не пофигу сколько у нас офицеров в роте?
– начал кипятиться Пуданов, но неожиданно его тон изменился.
– Тебе же лучше! Меньше ответственности за личный состав, в караулы будете ходить по очереди.

Я молчал и не хотел ему отвечать… Меня сильно покоробил его первый вопрос. Да ещё и озвученный в присутствии двух молодых лейтенантов. Ведь мне пришлось затратить уйму нервов и сил именно на личный состав первой роты, пока она не превратилась в управляемое командирами подразделение. И мне было далеко небезразлично то, с кем мне приходится служить и кем руководить… Но после всего этого услышать такой вопрос?!… Мне было неприятно.

–  "Да… Крылья выросли у тебя орлиные! А ведь совсем ещё недавно ползал… Перед ржущими дембелями… Э-эх, Саня… Саня…"

Но ведь недаром говорят, что время является самым лучшим лекарством для внутренних нервных переживаний и душевных пертурбаций. Через несколько минут мы уже поднялись в офицерскую столовую, ещё столько же прождали в очереди на приземление за освободившийся столик, одиночная посадка в другом углу, и вскоре взгляд беспричинно побитой собаки превратился в прежний взор Человека… Америкосы ведь говорят в общем-то неплохую истину: "Жизнь трудна! Но она трудна ровно настолько, насколько она и трудна!". А военная судьба тяжела не только суровыми внешними факторами, но и межличностными отношениями. Чем выше статус воинского коллектива, тем сложнее они закручены. И от этого никуда не денешься.

Я уже давно проглотил тяжелый ком и теперь старательно утрамбовывал его сверху поглощаемым обедом, искренне надеясь на то, что через определенный срок все эти неприятности благополучно покинут мой организм. [30]

Я намеренно подзадержался в столовой, пока Пуданов с лейтенантами не уйдут в подразделение, и на обратном маршруте заглянул к командиру третьей роты. Юра Денисов в начале этого 95-го года тоже командовал группой и причем соседней. Вот он-то и просветил меня в замысловатых переплетениях штабных и должностных интересов.

–  Алик! Ты по приказу командира батальона назначен командовать группой в третьей роте! И ты вообще-то сейчас должен быть у меня… А не у Пуданова! Понимаешь?

После неожиданно сытного обеда даже мысли обленились… Поэтому на обдумывание полученной информации у меня ушло чуть поболе времени.

–  А почему так получилось? По приказу в третью, а на практике - в первую?

Ротный-три расслабленно откинулся на свою кровать и негромко вздохнул.

–  Я Сухова почти уговорил, чтобы тебя в мою роту назначили. Он в принципе не возражал. Я ведь ему прямо сказал… "Алик - фанат войны! Он получает кайф от неё! Солдат он конечно дрючит, но зато обучает их хорошо и заботится о них…" Веришь?