Чтение онлайн

Массовые предпочтения в пользу демократии распространены практически всюду, но если они поверхностны или инструментальны, они не будут мотивировать людей бороться за демократию или рисковать ради нее своими жизнями. Люди более всего настроены на жертвы, сопряженные с такого рода борьбой, если они высоко ценят свободы, которые предоставляет демократия. Значительное давление на элиты со стороны населения, оказываемое либо с целью введения демократических свобод, когда они отсутствуют, либо с целью их защиты, когда они находятся в опасности, возможно только тогда, когда люди ценят демократию саму по себе.

Но как мы можем знать, поддерживают ли люди демократию из-за определяющих ее свобод? Демократия – это достижение эмансипации, она освобождает людей от притеснения и дискриминации и дает им возможность «жить той жизнью, которую они имеют основания ценить» [445] . Таким образом, ценности, определяющие демократию, делают акцент на равенстве, свободе и толерантности и предоставляют людям возможности устраивать их жизни по своему разумению как в частной, так и в общественной сфере. Люди, ставящие эти ценности выше других, являются сторонниками эмансипационных ценностей. Если они поддерживают демократию (как это делает большинство), то это будет объясняться скорее свободами, которые она предоставляет, чем убежденностью в том, что демократия порождает экономическое процветание, или другими инструментальными соображениями. Убеждения, лежащие за предпочтениями людей в пользу демократии, так же важны, как и сам факт такого предпочтения [446] .

Действия масс, направленные за завоевание демократии, необязательно возникают просто потому, что большая доля населения предпочитает демократию перед ее альтернативами. Если эти предпочтения поверхностны и инструментальны, то поддержка населением существует лишь на словах, и только если предпочтение демократии основано на высокой оценке свобод и самовыражения, люди с относительно высокой вероятностью будут склонны на деле бороться за демократию. Следовательно, чтобы знать, предпочитают ли граждане демократию из-за ее внутренних свойств (intrinsically), т. е. из-за определяющих ее свобод, нужно выявить, в какой степени люди являются сторонниками эмансипационных ценностей. Ответы респондентов на вопросы, указанные в табл. 9.1, позволяют это измерить.

Из таблицы видно, что эмансипационные ценности отдают приоритет принципу равноправия перед принципом патриархата, толерантности перед требованиями о строгом соответствии нормам (conformity), автономии перед авторитетом и властью, свободе самовыражения – перед безопасностью. Эмансипационные ценности тесно связаны с ценностями самовыражения, описанными Инглхартом и Вельцелем [447] ; исследователи демонстрируют, что ценностям самовыражения, как они были ими измерены, присущ эмансипационный пафос, что позволяет использовать термины «ценности самовыражения» и «эмансипационные ценности» как взаимозаменяемые. Так как эти ценности включают широкий спектр пересекающихся ориентаций, в совокупности представляющих собой связное мировоззрение, они могут измеряться разными способами; однако разные способы измерения будут выявлять один и тот же фундаментальный фактор, лежащий в основании эмансипационных ориентаций. Используемое в настоящей главе понятие эмансипационных ценностей в концептуальном плане более отчетливо и более явно сфокусировано на теме эмансипации, нежели понятие ценностей самовыражения. Хотя индикаторы, выбранные для измерения ценностей самовыражения и эмансипационных ценностей, различны, и сами понятия операционализируются по-разному, две оценки очень сильно коррелируют друг с другом (r = 0,9), что является свидетельством устойчивости предмета измерения. Теоретическое разъяснение факторов, порождающих ценности самовыражения, может быть в равной степени отнесено и к эмансипационным ценностям.

Страны, располагающиеся в разных культурных зонах, на удивление мало различаются по тому, в какой степени их население высказывает предпочтения в отношении демократии. В наши дни демократия стала самой желанной политической системой по всему миру, даже в странах, управляемых посредством авторитарных институтов [448] . При этом страны значительно различаются по тому, в какой степени их население предпочитает демократию из-за ее внутренних свойств, – и как раз это различие имеет значение: если предпочтение демократии из-за ее внутренних свойств проявляется слабо, то наличный уровень демократичности низок; но если оно проявляется сильно, то этот уровень, как правило, высок [450] .

Таблица 9.1. Индекс эмансипационных ценностей [449]

Некоторые исследователи делают допущение, что для большей части населения автократии всегда нелегитимны и что подавляющее большинство рядовых граждан почти всегда предпочитают автократии демократию [451] . С этой точки зрения автократиям недостает легитимности и они способны выживать только потому, что могут подавлять оппозиционное большинство. В исторической перспективе, однако, этот взгляд неверен: автократии прошлого и настоящего не всегда воспринимались как нелегитимные.

К сожалению, люди не всегда поддерживают демократию из-за конституирующих ее свобод. Результаты опросов в рамках проекта World Values Survey и других межнациональных опросов показывают, что страны чрезвычайно сильно различаются друг от друга по степени выраженности среди населения эмансипационных убеждений, и если эти убеждения проявляются слабо, люди отдают приоритет сильной власти и вождизму перед свободой и самовыражением. Это не мешает людям быть при наличии соответствующих причин неудовлетворенными политикой авторитарного режима и своими представителями. Но разочарование в политическом курсе и властях еще не означает, что люди воспринимают диктаторский режим как нелегитимный сам по себе. Даже неудовлетворенные текущим положением дел граждане могут продолжать отдавать предпочтение авторитарному правлению и вождизму. Они могут желать заменить одного диктатора на другого, не демонтируя при этом режима в целом. Таким образом, если эмансипационные ценности выражены слабо, люди более склонны смиряться с ограничениями демократических свобод ради государственного порядка или каких-либо иных целей.

Важно также и то, что отсутствие эмансипационных ценностей размывает в понимании людей границу между демократией и автократией. Как показывают опросы World Values Survey, когда эмансипационные ценности выражены слабо или не проявляются вовсе, люди могут принимать авторитарные режимы за демократические: ключевыми индикаторами являются для них хорошее экономическое положение и порядок, а не политические права и гражданские свободы.

Неверно, что население стран с авторитарными режимами всегда высоко ценит демократические свободы и что авторитарные режимы выживают только благодаря своей способности подавлять оппозицию. Однако же предпочтение демократии из-за конституирующих ее свобод может возникнуть (и действительно возникает) в странах с авторитарными режимами, когда в них происходит модернизация, меняющая ценностные приоритеты и репертуар действий рядовых граждан.

Теория межгенерационного ценностного сдвига, разработанная Инглхартом и Вельцелем [452] , предполагает, что практически все люди положительно воспринимают свободу, но они не обязательно ставят ее в перечне своих приоритетов на первое место. Порядок приоритетов отражает социально-экономические условия, в которых проживают люди, и самая большая субъективная ценность приписывается тому, в чем более всего испытывается нужда. Так как средства к существованию и физическая безопасность – это первые и необходимые условия выживания, при недостатке того или другого люди отдают приоритет целям, связанным с выживанием; в то же время в обстоятельствах достатка и процветания люди становятся более склонными делать акцент на ценностях самовыражения и свободы. В течение последних 50 лет экономические успехи и повышение физической безопасности во многих странах привели к постепенному межгенерационному ценностному сдвигу, который проявился в смещении акцента с ценностей выживания на эмансипационные ценности. Кроме того, возросший уровень образования и изменения в структуре занятости привели к развитию способности населения ясно выражать свои требования и пожелания, а также к тому, что для значительной части общества стало более привычным мыслить самостоятельно. Оба процесса способствуют распространению эмансипационных ценностей, в которых эгалитаризму отдается предпочтение перед патриархальностью, толерантности – перед требованием строгого соответствия нормам, автономии – перед авторитетом, самовыражению, – перед безопасностью. По мере распространения этих убеждений диктаторские режимы теряют свою легитимность.

В значительной части литературы неявно подразумевается, что то, признают ли люди режим легитимным или нет, имеет значение для демократии, но не для автократии [453] . Для демократии это важно потому, что если большинство отрицает ее, то антидемократические силы могут стать достаточно сильными для захвата власти и ликвидации демократических институтов. Автократии же с этой точки зрения не нуждаются в легитимности, так как они могут подавлять даже широкую оппозицию. Отсюда следует, что пока авторитарный режим сохраняет контроль над армией и тайной полицией, он способен выжить даже несмотря на мощное массовое сопротивление ему.

Но это неверно. Недавние случаи демократизации демонстрируют, что, когда массовая оппозиция становится достаточно сильной, даже жесткие и репрессивные авторитарные режимы могут не устоять [454] . Репрессии не обязательно разрушают массовую оппозицию – в действительности иногда они укрепляли ее и способствовали ее распространению [455] . Кроме того, имеют значение и характеристики самой массовой оппозиции. Она, как правило, терпела поражение, если возглавлялась сравнительно небольшими и легко идентифицируемыми группами, изолировать которые не представляло труда. Но эмансипационные ценности обычно распространяются при высоком уровне экономического развития, образования, интеллектуальных навыков, при достаточной обеспеченности материальными ресурсами и высокой плотности социальных сетей. Когда эти обстоятельства имеют место, большие сегменты общества располагают как средствами, так и амбициями противостоять авторитаризму (см. рис. 9.2). Эмансипационные ценности и расширение репертуара действий позволяют рядовым гражданам оказывать эффективное давление на элиты.