Чтение онлайн

Я осторожно уперся коленом в невидимое ложе и опустился на него. Тело моментально откликнулось, наслаждаясь накатившей расслабленностью.

– Отдых… – одними губами прошептал я: воздуха в легких не было. Просто потому что я мог себе позволить не дышать пылью и смрадом.

Прислушиваясь к ощущениям, я с удивлением понимал, что дискомфорта не испытываю. Сердце грифона подхватило работу, и легкие стали не настолько важны для меня. Я сморщился. Ощущение пустоты в груди непонятное. Необычное. Я не чувствовал своего дыхания, и это создавало впечатление полной закрытости, непроницаемости. Как будто бы я из железа… мне не нужен воздух, скорее напротив – он, кажется, даже мешает. С пустыми легкими гораздо лучше: в груди легче, и я сам стал будто бы легче… Необыкновенно.

– Ты еще кто? – прошептали у моего уха. Холодная полоса чего-то прикоснулась к моему горлу.

Судорожно вдохнув, чтобы ответить, я понял, что не успел сказать и слова. Горло кольнуло. Резануло. Я точно почувствовал, как лезвие прорезало кожу.

Ухватившись за рану на горле, я попробовал выдавить из себя хоть звук, но моего голоса почти не было слышно. Он стал тише в разы. И я, зажимая разрез, чувствовал, как из моей глотки идет… воздух.

– Зачем? – просипел я.

Темнота ответила тишиной. Кровать подо мной скрипнула. Чьи-то пальцы требовательно ухватились за мою кисть, убирая ее от горла. Я почувствовал, как кто-то коснулся свежей раны.

– Где твоя кровь? Или ты один из тех мертвяков, бегающих на побегушках у моей маман?

– Мертвяков?.. Маман?.. – я приподнялся, вглядываясь во мрак. – О чем ты?

– Ясно. Мертвяк, – сухо ответил чей-то голос. – Проваливай из моей спальни.

Тщетно силясь разглядеть хотя бы очертания незнакомца, я с удивлением понимал – горло перерезано. Его разрезало. Достаточно глубоко, чтобы любой другой уже корчился в агонии. А я жив. Но все же… вот так вот глотки резать в темноте?! «А Некрос ведь говорила, что безопасно…» – подумалось мне.

– Объясни! – потребовал я.

– Мертвым объяснения не нужны.

Я помотал головой, будто кто-то это мог заметить.

– Объясни, какого черта ты перерезал мне горло! – твердо сказал я. Голос начинал звучать громче и четче.

Коснувшись раны, я обнаружил, что она почти затянулась.

– Потому что ты лег в мою кровать, – без выражения сказал кто-то.

Сыпнули искры. Загорелся фитиль. Свечка осветила чьи-то руки. Подсвечник подняли. Фитиль разгорался все сильнее, растапливая воск. Постепенно света становилось больше, и вскоре я увидел лицо, прикрытое красноватыми прядями. «Я знаю его!» – выстрелило в голове. Несмотря на то, что тогда его волосы были скрыты под шляпой…

Инквизитор подмигивает, вытаскивая кляп из моего рта.

– А дальше ты сам, – сказал он и выпрыгнул из телеги.

– Эй, это же ты… тот парень, который помог мне!

Юноша посмотрел на меня, наклонив голову. Подошел ближе. Уперся коленом в матрас и поднес свечу к моему лицу. Спустя секунду на его лице расцвела клыкастая улыбка.

– Ай да демон, ай да ловкач, – рассмеялся юноша. – Не успел я как следует расслабиться после дороги, а ты уже тут как тут!

– Ты здесь живешь?..

– Да, это мой дом, – в глазах «инквизитора» стрельнуло веселье. – А в телеге ты был более живым… или… да! – юноша отстранился и закусил ноготь большого пальца, задумавшись. – В телеге ты был более живым, потому что был ближе к состоянию мертвеца. Невероятно, насколько уверенно существо может считаться живым лишь из-за способности умереть, но как только оно лишается ее, сразу становится мертвым, хотя и может продолжать жизнь. Видишь ли, вот такая вот глупость.

– Ничего не понял… – покачал головой я.

– Да ничего, мысли вслух, – отмахнулся клыкастый. – Сейчас ты мертвяк, как я погляжу. Это из-за того, что я тогда не полностью тебе помог с инквизиторами? Или тебя кто-то другой пришил? Если это по моей вине, то прости, у меня тогда времени не было тебя вытягивать.

– Нет, не по твоей. Отравили, когда я в Альтстон попал.

Юноша рассмеялся.

– Обидно, наверное, умереть от яда, тогда как выжил после стольких пробоин в теле? – спросил он, ставя свечу на столик рядом с кроватью.

– Ужасно обидно, – с безразличием кивнул я, пользуясь возможностью посмотреть на клыкастого поближе. – Хотя я ничего понять не успел. А что у тебя с зубами?

– С зубами? – переспросил юноша, широко улыбнувшись. – У меня акулья улыбка. Нравится?

– «Акулья»?..

Мой собеседник активно закивал. Его красноватые пряди растрепались и опали на лоб. «Волосы совсем как у Некрос, – заметил я. – И живет здесь. Он ее родственник?»

– Акула. Здоровенная такая морская тварь, – улыбнулся юноша. – Я много путешествовал по морю, и как-то удалось поймать одну из этих рыбин. Зубов у нее много, все мне в рот не влезли, но и так хорошо.

– Ты… всадил в рот акульи…

– Да! Вырвал свои зубы и заменил их этими, – парнишка показал пальцем на бритвенно-острые клыки. – Круто, да? Хочешь, могу и тебе как-нибудь такие зубы достать.

Я помотал головой. «Он поехавший», – понял я, пока мой собеседник продолжал увлеченно рассказывать:

– У меня ведь маман помешалась на мертвяках. Постоянно экспериментирует. Так что я хорошо умею… – он замолчал, пытаясь подобрать формулировку, а затем вдруг улыбнулся, – вырывать одно и вставлять другое. Это у нас с ней что-то вроде семейного увлечения.

– «Маман»? Ты говоришь о Некрос? – уточнил я.

– О ней самой! – кивнул юноша, а потом неопределенно пожал плечами. – Хотя у нее много имен.

«Значит, он ее сын? Неудивительно, судя по его поведению и склонности разрезать всех, кто под руку попадется», – усмехнулся я про себя.

– А тебя самого как зовут?

– Зовут? – растерянно спросил сын Некрос. – У меня нет имени.

– Как это?..

– Оно никому не нужно. И мне тоже. Я редко общаюсь с живыми, – улыбнулся парень. – Понимаешь, маман не очень общительная, да и зовет меня не по имени. А другие… они для меня просто еда, – закончил он. – Не думаю, что еде обязательно знать мое имя, потому что еда – это еда.