Чтение онлайн

(судя по звуку, обойма возвращается обратно)

…Пора собираться. Время пришло.

Глава девятая

...Характерно поджав губы, Эмилиан оценил открывшуюся ему безрадостную картину: темный каменный грот, жуки, ползающие по стенам, сплошь облепленным зеленой плесенью, и два человека с покрытыми кровью лицами, испуганно застывшие в окружении десятка окоченевших трупов.

–  А я-то думаю, - двинул квадратной челюстью центурион.
– Куда это вы исчезаете со двора, как только стемнеет? Конечно. Задурили голову прокуратору, что ходите по лугам да стогам миловаться, и полагали - все у вас схвачено? Попались, собаки! Долго чикаться с вами не станут - утром же прибьют к кресту. Ну а я - получу повышение за поимку шайки разбойников.

Эмилиан не спешил. За его спиной, вылезая из пролома, под звон оружия и скрежет камней выстраивались в ряд все новые и новые солдаты из центурий, охраняющей дом Понтия Пилата. Центурион откровенно упивался своим триумфом.

–  Гм… - сказал Калашников, неловко попятившись.
– Эмилиан, как бы тебе объяснить деликатно… Короче - это вовсе не то, что ты думаешь.

–  Правда?
– раскрыл рот Эмилиан.
– Ну, конечно! Тогда вы свободны.

–  Спасибо, - обрадовался Малинин.

–  Не за что, идиот, - ответил Эмилиан.
– Стой на месте, я пошутил.

Малинин, харкнув центуриону под ноги, отступил к Калашникову.

–  Это несправедливо, повелитель, - пожаловался он.
– Мало мне вашего пренебрежительного отношения - так еще всякая сволочь обозвать норовит.

–  Братец, - логично заметил Калашников.
– А зачем ты ездишь туда, где тебя все знают? Я бы на твоем месте уже давно сделал определенные выводы.

В пещере стало совсем светло от солдатских факелов.

–  О Юпитер, - побледнел Эмилиан.
– Вы не просто разбойники, которые по ночам грабят и убивают прохожих. То, что вы совершили - подпадает под государственное преступление, равносильное связям с парфянскими агентами. Теперь очевидно - вы собирались поднять мятеж против римлян.

Он красноречиво указал на труп первосвященника Иудеи.

–  Значит, именно вы, ублюдки, причинили прокуратору кучу неудобств?
– центуриона озарила догадка.
– Каиафа пропал сразу после беседы с Пилатом, по дороге к резиденции Ирода Антипы. И слуги, и охрана слышали - их последний разговор вовсе не был преисполнен взаимной любви. В городе происходит брожение. Сегодня мой соглядатай прислал тайное донесение из Синедриона - великого прокуратора уже открыто обвиняют в похищении Каиафы. Еще немного - и священники Иудеи подняли бы чернь на бунт. Однако планы ваших парфянских покровителей не удались. Мы предъявим народу не только тело Каиафы, но и его убийц…

Солдаты цепочкой окружили Калашникова и Малинина.

–  Друг Эмилиан, - с редкой душевностью сказал Калашников.
– С чего ты вообще взял, что мы в этом виновны? Ты увидел нас пещере? Но я, как и ты, всего лишь пытался найти человека, который убил всех этих людей.

Шрам на щеке Эмилиана налился кровью.

–  О, ну как же иначе!
– с издевкой хмыкнул центурион.
– Вы искали неведомого убийцу. И сугубо с этой целью уходили каждый вечер с виллы прокуратора, а возвращались обратно лишь под утро. Я сейчас своими глазами видел, как вы ворочали трупы, пытаясь найти на них ценные вещи. Или скажете, что делали им массаж? Мы наблюдали за вами от самой виллы - вы вели себя, как настоящие разбойники: долго плутали по другим пещерам, запутывая свой черный след. Но меня не проведешь. Почему вы легко нашли этот тайник, отвалив от входа камни? Отчего с ног до головы перемазаны кровью? Мерзавцы. Вы просто наслаждаетесь тем, что делаете.

Он подал знак, и солдаты приготовились к нападению.

–  Вы мне оба как-то сразу не понравились, - признался Эмилиан, глядя на Калашникова и Малинина сквозь прорезь шлема.
– Слушай мою команду!

–  Погодите!
– громко заорал Малинин, выставив вперед руки.

Римляне остановились.

–  У нас есть алиби!
– завопил казак.
– Давайте вместе пройдемте к Кудеснику. Он подтвердит, что все ночи мы находились у его грота.

Калашников посмотрел на Малинина, и прослезился.

–  Ты не устаешь потрясать меня, братец, - шепнул он.
– Определенно, у тебя проклюнулся талант. Если впоследствии у какой-нибудь оперной примадонны в Городе вдруг украдут шкатулку с драгоценностями, я непременно поручу это расследование тебе. Честное слово, ты заслужил.

Малинин не успел обрадоваться - раздался стук костяшками пальцев о щит.

–  Минуточку внимания, - прервал их воркование центурион.
– Пройти к Кудеснику? Так уж получилось, что я присутствовал на рекламной акции превращения воды в вино. Да-да, наверное, не было ни одного человека в Ерушалаиме, который не пришел бы посмотреть на эдакое чудо. Лица мертвецов кажутся мне знакомыми… Да это ученики Кудесника! Конечно, вы были ночами у его грота… трупы показывают, чем именно вы там занимались. Хотите сбежать по дороге? Не выйдет. Вы - волки в овечьих шкурах, использовавшие доверие прокуратора, чтобы ради наживы убивать и грабить невинных людей. Но злодеи просчитались. Великие боги помогли Пилату избежать кадровой ошибки. Помогут и вам - сдохнуть на кресте.

Калашников и Малинин прижались к отдающей сыростью стене пещеры.

–  Ничего страшного, братец, - похлопал казака по плечу Калашников.
– В первый раз нам, что ли?

У меня суперкласс по фехтованию, еще в гимназии на курсы ходил шпагой махать. Ты вспомни - всего неделю назад мы целый отряд гладиаторов на арене разделали, как бог черепаху. В общем, давай начинай. Сейчас ты сомнешь левый фланг, а я беру на себя Эмилиана, ну и еще парочку солдат рядом. Главное для нас - быстро к выходу прорваться.

Малинин с застывшей улыбкой обернулся к Калашникову.

–  Да их там человек двадцать, - сказал он замороженным голосом.
– Идея в принципе хорошая, но не продуманная совсем. Я не терминатор, повелитель.

–  И что же тогда делать?
– рассерженно спросил Калашников.

–  Сражаться!
– ответил Малинин и выхватил из ножен меч.

–  Сдавайтесь!
– проревел Эмилиан, бросаясь в атаку.

–  Русские не сдаются!
– крикнул Малинин, отбив удар клинка.

–  Кто не сдается?!
– опешил центурион.

–  Да неважно, - отозвался Калашников, опрокидывая внезапным ударом двух зазевавшихся солдат.
– Я потом тебе объясню, сейчас немного занят.

…Пещера словно взорвалась - под низкими темными сводами бушевала какофония звуков. Звон металла, хрипы, вопли и шум падающих тел. В первую же минуту яростной схватки Эмилиан получил от Калашникова колотую рану в левое плечо и отступил, отчаянно ругаясь. На первый взгляд, казалось, удача на стороне напарников. Однако очень скоро она повернулась к ним спиной, если не сказать хуже. Пара десятков солдат и один центурион являлись чересчур внушительной силой, чтобы справиться с ними вдвоем. Эмилиан, отрезав кусок солдатской туники, перевязал себе плечо, еще четверо окровавленных римлян стонали, лежа на полу пещеры. Остальные зажали мятежников в угол, окружив горло каждого кольцом из отточенных мечей. Скептически улыбнувшись, Калашников бросил клинок