Чтение онлайн

Асуров удалось изгнать за пределы Небесного города клеветой, но невозможно лишь их божественного света! Может быть, за долгие тысячелетия чистейшая искра внутри каждого из Асюло и потускнела, но не исчезла до конца. И этим преимуществом сегодня воспользовался Сюэ Моцзян.

Мысленно поблагодарив всех идиотов, оставивших Великий барьер на западе без присмотра, он пересёк Небесный город по воздуху, добравшись на южную окраину. Здесь в окружении вечноцветущих слив мэй и хайтанов стоял белокаменный, как все здания на небесах, дворец Юньци.

Охрана из одетых в белоснежные латы воинов находилась перед главными воротами. Внутри же дворика суетились только прислужники — младшие небожители, ответственные за содержание Книг судеб в должном порядке. Спрятав яшмовый браслет за пояс, Сюэ Моцзян прошёл между ними, не вызвав никакого интереса.

Он заранее переоделся в белоснежный ханьфу и по этой причине выглядел, как большинство прислужников Юньци. Да и передвигался командующий в нужном темпе: ни слишком торопливо, но и не медленно — ровно так, как ходит в меру озабоченный судьбами Трёх миров житель Девяти Сфер.

Оказавшись под прохладной сенью дворца, Сюэ Моцзян ненавязчиво осмотрелся. Он уже был раньше в гостях у прежнего Бога судьбы. Прошли тысячелетия — Юньци остался прежним: суетливым, в меру шумным, хорошо освещённым в любое время суток и до отказа забитым Книгами судеб. Все полки, доступные взору, едва ли не прогибались под тяжестью многочисленных свитков.

Кивнув проходящим мимо прислужникам, командующий стал подниматься по лестнице, ведущей на верхний ярус дворца. В этом Юньци напоминал дома развлечений из мира смертных, не обходящиеся без вторых, а то и третьих этажей. Такое сравнение позабавило. Ведь и вправду, судьба похожа на продажную женщину — даётся всем и никого не удовлетворяет до конца.

Верхний ярус встретил хрустальной, очень ломкой с виду тишиной. Здесь не было ни единой души. Сюэ Моцзян непроизвольно замедлил шаг, стараясь ступать мягко, словно крадущийся тигр — стопы плавно перекатывались с пятки на носок, не нарушая покоя зала, возведённого для Зеркала мира.

Сам артефакт размещался посередине, строго под выполненным в потолке проёмом. Свет полной луны нежно касался безмятежной поверхности зеркала, оставляя серебристые дорожки.

Сюэ Моцзян остановился, не дойдя до Зеркала мира. Говорят, заглянувший в него, приравнивается к выведывающему судьбу? За такое нарушение полагается небесная кара. Командующего не особо пугали молнии, но становиться под них он не спешил — грозовые облака обязательно привлекут воинов, находящихся на охране Юньци. И тогда уйти незаметно не удастся.

Так как же решить этот щекотливый вопрос: взглянуть хотя бы одним глазом и не пострадать за дерзость?

Пока Сюэ Моцзян размышлял, как достичь цели, тишина зала дрогнула и внезапно разрушилась — кто-то вошёл на второй ярус, не прячась, как и он сам. Шаги звучали достаточно громко, чтобы выглядеть уверенными. Командующий обернулся к вошедшему.

— А! Командующий Сюэ, — Бог судьбы Цай Чжэань бесстрашно приблизился к нему, лениво обмахиваясь веером. — Ты пришёл?

В глазах Сюэ Моцзяна потемнело от злости — артефакт принадлежал клану Асюло. Оказаться в руках небожителя он мог лишь в одном случае. Будучи военным трофеем!

— У тебя по-прежнему острый слух, сяо Цай, — усмехнулся Сюэ Моцзян, — или ты сидел в засаде, дожидаясь меня?

— Хм… — веер с треском закрылся. — Шутишь? Очень хорошо! Вот только я не уверен, что у нас есть время для веселья.

— Ты прав, сяо Цай. Времени нет.

— Тогда приступим к делу, командующий Сюэ. Зачем ты пришёл?

Сюэ Моцзян не отрывал взгляда от сложенного веера. С виду он напоминал украшение земной модницы, на деле же являлся грозным духовным оружием. На крайней дощечке не зря написано «Убить надежды». Веер, действительно, убивал. И надежды на победу в первую очередь.

— Как сам считаешь?

Бог судьбы тихо рассмеялся.

— Друг мой, перестань говорить загадками, — наконец, промолвил Цай Чжэань, — ведь я уже догадался — тебе понадобилось Зеркало мира. Только вот беда, заглянув в него, ты лишишься изначального духа. Он расколется, ибо преступление слишком велико — Три Чистых не проявят жалости.

— Говоришь, как любой из небесных лицемеров, сяо Цай. Даже тошно становится. А я ведь ещё помню тебя наивным, очень юным небожителем, стремящимся к справедливости.

— Правда? — Цай Чжэань повёл бровью, изображая удивление. — Неужели я так выглядел?

— Ты был мягок с другими младшими небожителями и уважителен к старшим. Настолько уважителен, что лучшему из них подал любимое вино, нарушив небесные правила.

Бог судьбы вновь коротко рассмеялся и, шумно раскрыв веер, принялся им обмахиваться.

— Но ответ лежит на поверхности, словно листья лотоса! — заметил он. — Зачем же говорить о таких вещах вслух?

— Может быть, я хочу услышать о твоём раскаянии? — процедил сквозь зубы Сюэ Моцзян.

Смотреть на улыбающегося Бога судьбы становилось невыносимо противно.

— Не думаю, что раскаяние повлияет хотя бы на один поворот судьбы, — глубокомысленно изрёк Цай Чжэань. — И, тем более, оно не изменит прошлого. Тогда к чему утруждаться, если всё настолько бессмысленно?

— Ну, тогда хотя бы скажи — зачем?

— Зачем? — Бог судьбы перестал обмахиваться веером и, наморщив лоб, задумался. — Хм… прости, командующий Сюэ! Даже если скажу, тебе это не пригодится.

Веер соскользнул с руки Бога судьбы и понёсся в его сторону. Сюэ Моцзян едва успел уклониться. Край раскрытого артефакта пролетел у него перед лицом, едва не задев щёку.

— Напрашиваешься? Думаешь, артефакт Асюло спасёт тебя от меча Асюло?

Командующий оттолкнулся от белокаменного пола, уже в воздухе извлекая Меч Демонического зова. Клинок послушно лёг в ладонь, указывая острием в незащищённую грудь Бога судьбы. Однако веер атаковал раньше, чем он достиг противника. Разозлённой осой артефакт завертелся вокруг, не давая покоя.

Воспользовавшись моментом, Бог судьбы отступил, оказавшись позади Зеркала мира. Теперь, проходя мимо, волей или неволей взглянешь на серебристую поверхность.

— Хорошая уловка! — отметил Сюэ Моцзян. — Но ты не отсидишься, прячась за зеркалом.

— Ошибаешься, командующий Сюэ. Оглянись, у нас гости!

Сюэ Моцзян бросил беглый взгляд через плечо. На пороге зала объявились небесные воины. Так вот почему Цай Чжэань так любезно беседовал с ним! Тянул время, дожидаясь подкрепления.

— Старый лис…

В ответ раздался торжествующий смех Бога судьбы. А затем веер добрался до командующего, оставив глубокий порез на левом плече.

Отвлёкся! Давно не совершал подобную глупость. Отбив артефакт мечом, Сюэ Моцзян развернулся лицом к быстро приближающимся воинам. На него нёсся целый лес из мечей и коротких копий. Но хуже было другое — в зал вошёл дядя Нефритового императора: нынешний Бог войны Юй Цзымин.