Чтение онлайн

Люй Инчжэнь не удержалась от улыбки. Что демон хотел сказать ей, используя ритуальный сосуд, изготовленный настоящим мастером? Высокая ножка чаши изысканно утончалась посередине, красиво расширяясь кверху. А всю её поверхность украшали резные фигурки чудовищ Таоте. Это была чаша, достойная Нефритового императора!

Цуймингуй отреагировал на тихие шаги лёгким поворотом головы. Солнечный свет из едва прикрытого шёлковой перегородкой окна запутался в завитках заколки гуань — драконья морда развернулась к гостье вместе с хозяином, загадочно мерцая крупными рубинами раскосых глаз.

— Подойди, — приказал он.

Люй Инчжэнь нехотя приблизилась к трону, поднявшись по каменным ступеням. Оказавшись ближе, она увидела в чаше гу вино. Подле главы клана Асюло стоял глиняный кувшин. Знакомый аромат и надпись на бирке утолили её любопытство — демон пил запретное на Девяти Сферах вино Хай Шуй.

— Выпей со мной, — глава Асюло взял с низкого столика пустую чашу гу.

— Благодарю Тёмного владыку, — сдержанно ответила Люй Инчжэнь не спеша брать гу. — Но я не пью вино.

— Действительно не пьёшь или… не нравится пить на Кушань? — насмешливая улыбка скривила чувственные губы Цуймингуя.

Демон налил Хай Шуй и теперь в руках у него оказалось сразу две великолепных чаши гу. Роскошь недоступная большинству вельмож из мира смертных. Какое глупое хвастовство!

— Тёмный владыка должен знать — в моём состоянии вино только навредит.

— Хм… — Цуймингуй окинул её изучающим взглядом. — И, правда, не стоишь фэня и чоха!

[гроша ломаного не стоишь]

— Зачем Тёмный владыка позвал меня?

— Ах… — глубоко вздохнул самый грозный демон Трёх миров, пригубив одну из чаш с вином, — ты задаёшь непростые вопросы, Владыка-страж. Возможно, мне есть, что сказать тебе. А возможно… я просто хочу насладиться твоей слабостью. Ведь именно так умерла Ань Син — в унижении, без надежды отомстить за отца?

Люй Инчжэнь выдержала его колючий взгляд и едва уловимо покачала головой.

— Я не знаю, кто такая Ань Син… Никогда не видела её.

— Ха! Не соврал сяо Се… Надо же… — Цуймингуй прикрыл веки и добавил чуть тише, — небожители иногда говорят правду… Удивительно. Я больше привык, когда они смотрят на огонь с противоположного берега.

— Откуда такая уверенность? — поинтересовалась Люй Инчжэнь.

— Быть безразличным к чужому горю вполне в характере любого из обитателей Девяти Сфер, — Цуймингуй открыл лучистые глаза, опалив её презрением. — Скажи, Владыка-страж, скольких асуров ты уже убила?

На мгновение Люй Инчжэнь растерялась от его слов, а он тотчас поднялся с трона, приблизившись вплотную — навис над ней грозовым облаком, не позволяя отвести взгляд.

— Я не воин, Тёмный владыка. Я хранительница Великого барьера.

— Хорошо… — прохладная усмешка вновь скривила губы демона, делая его прекрасный лик пугающим. — Спрошу по-другому. Скольких из Асюло убила Владыка-страж Небесного города?

— Я… не убивала асуров. Они слишком трусливы, чтобы нарушать границы Великого барьера, — с некоторым вызовом ответила Люй Инчжэнь, с удовлетворением отмечая, как по лицу главы клана Асюло пробежала лёгкая тень раздражения.

— Если не убивала, обязательно сделаешь это в будущем, — Цуймингуй допил вино и отбросил чашу — та откликнулась на грубость возмущённым звоном, обиженно закатившись под трон. — Когда вижу перед собой небожителя, у меня возникает лишь одно желание — наступить на змею, раздавив ей голову, чтобы больше не жалила…

С этими словами он вынул из-за пояса небольшой шёлковый свёрток и протянул Люй Инчжэнь. Та несмело развернула его и с трудом удержалась от возгласа — перед нею на белой шёлковой глади лежал браслет из редкой синей яшмы.

— Ты узнала вещицу? — Цуймингуй всё ещё держал одну из чаш гу в руке и она не понимала, почему демон больше не пьёт Хай Шуй?

— Я…

— Давай меняться, Владыка-страж! Ты даёшь мне заклинание, приоткрывающее Великий барьер на Западе, а я возвращаю барышню Ин, не размозжив ей голову о ближайшую скалу. Правда, неплохая сделка?

Кровь, казалось, вся разом хлынула в верхний даньтянь. В ушах заломило, как при резком погружении в глубокий водоём, а затем последняя твердыня пала — холодная инь вломилась в чертоги разума, не позволяя мыслить ясно.

Хохот Цуймингуя выглядел невнятным шумом, никак не могущим добраться до её ушей. Следующие слова Люй Инчжэнь больше прочла по губам, чем расслышала.

— Твой первый ученик пал от твоих же рук. Не пора ли проявить благоразумие, Владыка-страж? Барышня Ин не заслуживает подобной участи.

— Лжёшь! — гнев внезапно вырвался наружу, заставив перейти на крик. — Лжёшь, мерзкий демон! Будь у тебя в руках Ин Сянхуа, ты бы уже поставил её под яджао, как моего дашисюна!

От крика слух немного прояснился. Тяжело дыша, Люй Инчжэнь смотрела на хохочущего Цуймингуя, испытывая всего одно вполне земное желание — всадить ему Губитель в глотку до самого позвоночника. К сожалению, духовное оружие больше не слушалось. В своих желаниях она бессильна!

Цуймингуй перестал смеяться так же внезапно, как начал.

— Не слышала — всякая беда выходит изо рта?

[нечто вроде «язык мой — враг мой»]

С этими словами демон схватил за подбородок и, прижав к губам чашу гу, заставил выпить Хай Шуй. После чего отшвырнул её на пол, как ненужную вещь, а сам вернулся к трону.

Теперь Люй Инчжэнь столкнулась с демоническим напитком, как простая смертная. Вино не только ударило в голову, но и не позволило подняться на ноги — каждая из них превратилась в неуклюжие ватные опоры, волочащиеся по полу.

Зал дворца расплывался перед глазами. И перед ней медленно проявлялась совсем иная картина — тёмный подвал, насквозь пропитанный винным духом.

Все стенки здесь занимали полки, с уложенными на бок глиняными бутылками. Не глядя на них, Люй Инчжэнь знала — в сосудах хранят Хай Шуй. Капризному напитку для созревания требуется темнота, прохлада и время.

— Я хочу угостить его, — слова, сорвавшиеся с губ, были полны едва сдерживаемого озорства. — Говорят, уважаемый Бог войны очень любит Хай Шуй. Отец, это правда?