Чтение онлайн

«Что спрашивать?»

— Неправильно. Ты спросил по-вашему, по-русски.

«Как подумал…»

— Вот именно. Ты должен думать по-нашему, на нашем языке.

Я вдруг понимаю, что от меня требуется. Действительно, их речь я слышал много раз, и все слова отложились в памяти. Человеческий мозг ничего не забывает. Вот только вспомнить порой — что найти нужную вешь среди куч барахла, накопленного старым скрягой. Именно для этой цели и служит сейчас гипноз. Не полный гипноз — так…

Я открываю глаза. Ничего, гипнонастройка держится.

— Расскажи мне про вашу жизнь. Ну, как вы там живёте? Общественный строй, и всё такое… У вас там что, коммунизм во всемирном масштабе?

— Понятно — она поёт и щебечет, но я улавливаю, как ей смешно — ты же этот… бывший марксист-ленинист. Правильно сказала?

Слова «марксист-ленинист» она произнесла по-русски. Из чего я автоматически сделал вывод, что таковых понятий у них нет.

— Самое интересное, что нечто подобное у нас было, в Эпоху Ложных Пророков. Только это было давно, и я не собираюсь читать тебе историческую лекцию на эту тему. Насколько я помню, коммунизм — это когда всё общее, кроме разных личных мелочей. Как там — «от каждого по способности, каждому по потребности?» Очень грубое упрощение. А если способностей никаких, а потребности ого-го? Нет, Рома, это было бы несправедливо. Несправедливо по отношению к тем, кто эти богатства создаёт. И если у тебя нет никаких способностей, то и потребности твои никто в расчёт брать не будет. Сыт, имеешь угол, и скажи спасибо. Ну вот как у вас в ряде стран существует пособие по безработице. Только у нас проще — ты можешь жить тем, что даётся бесплатно.

Она поудобнее умещается на коньке.

— Только у нас таких мало, и с каждым поколением меньше и меньше. Идёт отбор. Если ты никто, то и пары у тебя не будет. А если и найдёшь такого партнёра, то детей вам позволят иметь… в общем, каждая женщина имеет право на одного. А уже второго надо заработать. И потом, это же надоест, в конце концов — ничего не делать. Нельзя же с утра до вечера резвиться в восходящих потоках!

Да, где-то я уже слышал такое…

— Ты опять… Задай вопрос по-нашему! Думай, ну!

«Подожди… А средства производства кому принадлежат? Кто у вас владелец заводов, газет, пароходов и так далее?»

— А где ты видел у нас пароходы? — она окончательно развеселилась, едва не нарушив мой странный гипнотический морок, полусон-полуявь.

«Но погоди… Где-то всё это делается, все эти ваши штуковины? На каких-нибудь заводах, разве нет? И кому они принадлежат, кто всем этим управляет?»

— Видишь ли… Кое-какие общественные производства, конечно, есть. Например, межзвёздный телепорт или звездолёт изготовить не просто так… Но вся бытовая мелочь, и даже не мелочь, изготовляется самим потребителем.

«Как?!»

— Наши средства производства, как ты выразился, это тёмная жидкость или порошок. Слышал что-нибудь о нанороботах? У вас уже появилось такое понятие, правда, пока это чистая абстракция. И сам процесс производства тоже: налил раствор в ванну подходящего размера, добавил тёмную жидкость — взвесь нанороботов, задал компьютеру задание, включил генератор СВЧ, который питает нанороботов энергией — всё! Приходи и бери свой готовый заказ. Процесс не сложнее, чем в вашей прачечной самообслуживания.

«Но тогда выходит… это же натуральное хозяйство, по сути!»

— Верно. Развитие общества идёт по некой спирали, так что это по сути натуральное хозяйство, когда каждый делает себе сам всё, что нужно. Натуральное хозяйство на новом уровне.

«А как же торговля?»

— Нет такой. Ну есть обмен ненужными вещами, чтобы не выбрасывать годную вещь. Но это не торговля. Просто ты сдаёшь ненужную вещь, получая некий бонус, и можешь взять готовую, вместо того чтобы делать новую. Это же дешевле.

«Подожди… Я совсем запутался. Торговли нет, и дешевле? Как это?»

— Ну как ты не понимаешь… На изготовление любой вещи тратится энергия, плюс раствор с элементами, на добычу которых тоже расходуется энергия. Ну как стиральный порошок в машине, если продолжать аналогию с прачечной. Вот это и есть расходы.

«То есть… То есть у вас роль денег выполняет энергия?»

— Нет, не совсем. Ты сильно упрощаешь. Деньги есть деньги, энергия есть энергия. Например, умственный труд должен вознаграждаться? Должен. Значит, эти расходы тоже ложатся… Но где-то ты прав. Скажем так, конечная мера стоимости — информация плюс энергия.

«И кто вам платит?»

— Да когда кто. Вот нам здесь, например, платит общество. Мы же госслужащие, если использовать местные понятия. Кто-то зарабатывает иначе. Например, я не хочу или не умею строить жилых башен, это за меня делают другие. Когда я возьму себе жильё, я отдам им свои деньги. Заплачу.

«А говоришь, нет торговли»

— Нету. Это, по сути, не торговля, а услуга, как у вас пошив пальто в ателье. Можно ведь поступить иначе — составить свой проект, получить разрешение, кстати, тоже бесплатное, и вырастить свой дом. Да хоть целую башню, если такой богатый.

«Ясно. У нас это называется индивидуальный застройщик»

— Ну да, вроде того. А торговля, Рома — это когда купил дёшево, продал дорого, а разницу присвоил. Я же не первый год на вашей дикой планете. У нас такое невозможно. Никогда ты не получишь за сданную вещь — да хоть жильё — той цены, что потратил при покупке или изготовлении. Всегда меньше.

«Ну а вот, к примеру, можно у вас купить транспортный кокон? Или нет?»

Я чувствую её крайнее изумление.

— Ну, в принципе, можно. Только я никогда о таком не слыхала, и даже мысли такой у меня не было. Ты же не станешь покупать железнодорожный вагон? Зачем? Так и кокон. Вызвал, прибыл куда надо, отпустил. А держать дома — глупость какая! Очень разорительно. Это всё равно, как у вас постоянно держать при себе такси с включённым счётчиком.

«У нас здесь голубая мечта многих — иметь собственную машину»

— Понятно. Понимаешь, Рома, это уже вопросы психологии. Вот когда-то здесь, на вашей Земле, одежде придавалось огромное значение. Одежда стоила дорого, и существовала масса ухищрений, чтобы сделать её ещё дороже — всякие там кружева, рюшки, громадные юбки по сорок метров, причём из самого дорогого материала. И каких только специальных терминов не напридумывали, чтобы называть ту или иную тряпку, ту или иную ткань. Потому, что это был вопрос престижа. Как это там — «встречают по одёжке…»? Но когда одежда стала достаточно дешёвой, из предмета роскоши превратилась в утилитарный предмет, к ней сразу изменилось и отношение громадного большинства. В богатых странах теперь обращают внимание лишь на удобство и простоту, и одежда стала простой, функциональной. Так и ваши механические повозки. Пока они дороги, это вопрос престижа. Когда они станут дёшевы, как кусок мыла, на них никто не будет обращать внимания.

«А бесплатное что-либо у вас есть?»

— Разумеется. Ну вот как у нас с едой — она настолько дёшева, что за неё обычно просто нет смысла брать деньги, учёт и распределение обойдутся намного дороже. Сады кругом, лети и бери, всё равно не съешь больше своего веса. Есть и готовая еда, вроде ваших кафе, и тоже бесплатно. Да вот у вас тоже в этих… столовых разных на столах стоит соль, никто ведь её не считает?

«А предметы роскоши? Ну вот к примеру, у нас некоторые покупают личные самолёты»