Чтение онлайн

Ответ поступал незамедлительно. Он звонил, я не брала трубку, потом писал, писал, писал. Слова прощения и прочую лабуду. Говорил, что приедет, тут я выплывала их безмолвия и корила, что пока не получит свой диплом, пусть и носу передо мной не кажет. А он успокаивался и усмехался, что с ним общаюсь только из-за диплома, он ведь станет видным медицинским светилом. А такого человека в родственниках все хотят. Я хмыкала, что некоторые от таких светил бегут сломя голову на другой континент. Начиналась ничего не значащая перепалка, и я забывала, что хотела заставить перестать со мной общаться. На самом деле я очень ждала, что Артём не позволит этому случится, но очень боялась даже самой себе в этом признаться.

Нога его зажила быстро, и он снова рвался штурмовать танцпол. Мальчишки-танцоры шутили, что ему надо куда-то девать энергию, а то в одиночестве, когда любимая девушка далеко, верному своей любви парню приходится не сладко.

А уж если любимая девушка встречается с другим, пусть и фиктивным парнем, — это вообще «тушите свет». Но как и полагалось, Артём никому не рассказал, лишь третировал Фила, даже ко мне со своей ревностью особо не приставая. Я ему сказала однажды, что если сам не доверяет, то пусть не ждёт, что я буду. Это его приструнило, он спрятал от меня свою ревность, но эмоции выплеснуть было необходимо. Поэтому он много танцевал.

Я стала задумываться о расторжении контракта. Фил пугал меня огромной неустойкой, но я подумывала, что так долго продолжаться не может. К концу января я утвердилась во мнении, что мне ужасно хотелось под крылышко к Артёму, может я и не готова была к этому буквально, но мысленно была с ним, и показушные отношения со звездой меня тяготили.

И перед премьерой накануне четырнадцатого февраля, я решилась. Это была романтическая комедия о музыке, снятая по нашумевшему бестселлеру, одним из спонсоров был Оливер, а в главной роли мой старый знакомый Крис (по секрету Олли рассказал, что он скоро повторно дебютирует в новой группе «Carnival Begins», но «это большой-большой секрет»), и куда мы с Филом были приглашены не просто как восходящая звезда и его большая любовь, а как восходящая звезда, снявшаяся в этом фильме, и его большая любовь. Роль у него была эпизодическая, а энтузиазма от собственного достоинства — через край. Я знала и сюжет, и все его реплики, и даже имела ощущение, что уже видела сам фильм. Но премьера фильма — это маленькое волшебство для того, кто к нему причастен. Я хотела отложить разговор, только и делая что откладывая его в долгий ящик, поэтому решившись, отвлекла его от сборов.

— Фео, нам надо расторгнуть договор.

— О как мы заговорили. «Забери меня, мне тошно от него!» — талантливо спародировал он мои слова, которые я действительно когда-то говорила, в пылу гнева и обиды, мечтавшая оказаться подальше любыми способами. — А сейчас: «Я устала, я хочу обратно».

— Пойми, мы всё равно не сможем притворяться долго.

— Пока всё только на пользу, — перебил он, поправляя перед зеркалом идеальную причёску. — Мои рейтинги растут, и тобой интересуются, — он подмигнул мне в отражении. — Те записи у Оливера пользуются успехом.

— Я не планировала быть знаменитой.

— Я планировал! — возмутился он, вскинув руки вверх, и модный пиджак задрался. — Мы же решили, что ты станешь известной и утрёшь ему нос, а он прибежит к тебе как побитая собака.

— Не нужна мне побитая собака, и здоровая тоже не нужна, — он аж глаза вылупил, показушничая театральными жестами.

— Всем нужна собака!

— Вот и заведи себе суку, — не долго я думала над ответом, просто слышала, что собаки женского пола лучше себя ведут.

— Зачем мне сука? Я хорошую хочу.

— Что? Они хорошие. Это пол собаки.

— Полсобаки кому вообще понравится? Не подозревал в тебе этих маньячных ноток.

— Сам ты маньяк. Не хочешь собаку, тогда утешься котом.

На самом деле котов он не то, чтобы не любил, но был аллергиком.

— Хочешь меня убить? Оу, мне стоит нанять человека, который будет пробовать мою еду, — этот паяц никак не унимался, и указал в меня пальцем. — Или зачем, ты будешь пробовать мою еду.

— Если мы расторгаем договор, то так и быть, я согласна пробовать то, что ты ешь, — с горем пополам согласилась я.

— Фу! — заорал он, изображая, что его выворачивает наизнанку. — Джоуи не делится своей едой!

О чём он говорил, я вообще не поняла, не зная кто этот Джоуи, что можно было понять по морщащемуся лицо.

— Ты не знаешь, кто это? — и эта реакция была искренней. — Мы срочно должны посмотреть «Друзей».

Даже не слушая мой комментарий, что у него и друзей-то нет, он потащил меня к широкому дивану, стоявшему в гостиной, перед которым был установлен экран.

Моё платье под кожу, соприкасаясь с кожаным диваном, противно скрипело. Фил спешно тыкал в пульт, загружая приложение для просмотра фильмов. И через полчаса мы, забыв о премьере, хохотали, сидя на диване и принявшись уже за вторую серию.

В какой-то момент я осознала, что наша квартира имеет неуловимое сходство с квартирой Моники, но за исключением, что она в два раза больше, с панорамными окнами и открытой верандой. У нас даже фиолетовая рамочка на глазке двери была, хотя сам интерьер отличался: там, где у них была кухня — у нас был бар, но с такой же стойкой, переходящий в общий зал, где современная мебель копировала только расстановку, и комнат было больше. Я вспомнила его кружки с надписью сериала, и прочий фан-стафф, на который раньше не обращала внимания, И тогда поняла, что Фил на самом деле был отчаянным фанатом «Друзей», особенно героини этой Моники, даже ходил к ней на фан-встречу когда-то давно. Лично мне актриса своей чопорностью и принципиальностью напоминала Викторию, сестру братиков-блондинов, и не особо впечатляла.

— Не могу поверить, что ты этого не видела! — удивлялся Фео и восторженно добавлял: — Как же я тебе завидую.

Мы и так долго наряжались, красились: Фил в своей обычной манере вызвал специалистов на дом, и они очень долго над нами работали, делая конфеток. Я была в бежевом кожаном платье с буфами и шипами на талии, чёрными узорчатыми колготками, в агли-шузах, с дерзким макияжем и распущенными волосами. Фила облачили в чёрную рубашку, верхние пуговицы которой были расстёгнуты (этот образ ему шёл, и он активно им пользовался), дополняли образ обтягивающие кожаные брюки, словно он был корейской поп-звездой. Чёрные волосы загеленные и залакированные лежали в творческом беспорядке, закрывая одну сторону лица, как у аниме-персонажа. Мне многие девчонки завидовали. Но я собиралась это прекратить.

Оторвал нас от просмотра сериала менеджер, который испереживался, ожидая нас внизу в микроавтобусе. Мы катастрофически опаздывали на премьеру фильма, где у Фила была хоть и не главная роль, но очень достойная (а словами профессионалов — эпизодическая). Он мне миллион раз пересказывал сюжет, повторял свои реплики, и кажется я знала фильм наизусть. Но я ещё никогда не была на премьере. Нас обещали пустить по красной дорожке, это было крышесносно. Но я всё равно опасалась, будучи уверенной, что обязательно зацеплюсь обувкой за что угодно, за любую знаменитость, и тогда сама стану печально знаменитой звездой Ютуба.

Я согласилась на контракт с Фео, сделав ошибку. Но наказала не столько себя, сколько Артёма. Все полгода он верил, что мы с Филом пара, и я бросила Артёма ради него. Наверное, я достаточно отомстила своему бывшему. Мне стоило остановиться и принимать отныне верные решения.

Поэтому я осмелилась на разговор и поэтому мы сидели в машине оба, словно воды в рот набравшие. Зато менеджер костерил нас обоих, а водитель мчал так, будто его дедушкой был Молния Маккуин.

Я прожигала его взглядом, он не смущался: