Чтение онлайн

Лишь в номере гостиницы Лиля рассказала брату, как она, наслушавшись рассказов Игоря об ожидавших ее почестях в качестве, если не кинозвезды, так уж, по крайней мере, суперфотомодели, отправилась в Москву, как она скиталась по городу в бесплодных поисках работы и как, наконец, тот же Игорь «сдал» ее за приличную мзду в уже известную нам «контору».

– Намучилась же я здесь, братик, - заплакала девушка.
– Сколько пришлось пережить! Забрали паспорт. Денег совсем не давали…Все, якобы, уходило на еду! И кого только не пришлось принимать! И немцев, и китайцев, и даже…негров!

Однажды бедная девушка, обслужив за день двадцать шесть человек, потеряла сознание, и шеф был вынужден даже обеспечить ей лечение и суточный отдых.

– Спаси меня, Юрочка, - взмолилась Лиля, - иначе я не выдержу такой жизни!

– Ладно, я сейчас…, - бросил ее брат.
– Подожди здесь немного.

Он быстро спустился в вестибюль и переговорил с портье. После вручения определенной суммы тот пообещал, что их номер не будет сдан никому два дня, и никто не узнает, что постоялец уехал. Вернувшись в номер, Юра потребовал от Лилии беспрекословного послушания и немедленного отъезда.

– За паспорт, что остался у твоего шефа, не бойся. В Брянске скажем, что потеряла документ и выпишем новый. А чтобы не придрались на вокзале из-за паспорта, уедем на электричке, - быстро сказал он.

Спустившись вниз, они оглянулись. Бритоголовых парней нигде не было видно.

– Слава Богу, поверили!
– вздохнул с облегчением Юра. Они тут же у гостиницы «сняли» такси и помчались на вокзал. Там, купив билеты, они сели в калужскую электричку и к вечеру уже были в Калуге. Там - на другой электричке - они перебрались в Сухиничи и, наконец, оттуда, тоже электропоездом, прибыли в Брянск.

По дороге Лилия рассказала о своих мытарствах. Юра слушал, тяжело дыша и скрипя зубами.
– А как же твой шеф, как он к тебе относился?
– перебил он сестру.

– Шеф-то как раз относился ко мне сравнительно неплохо, - ответила Лиля, - он же друг Игоря. К тому же у него совсем, как бы это сказать, другая ориентация...

– Он - «голубой»?

– Да! И Игорь его обслуживает. Они такие друзья! Сам Игорь уже давно работает в «Салоне Анны Павловны Шерер», так, вроде бы, в Москве называется их заведение. Он так там приспособился, что хозяйка в нем души не чает. Он часто заходил в наш бордель и утешал меня. Как-то он пришел весь бледный, пошатываясь. Я удивилась, что с ним. На это он ответил, что очень сочувствует нашей горькой женской доле: у него только что побывал здоровенный негр из Занзибара, и после встречи с ним у Игоря что-то внутри как бы оборвалось...
– Ох, и нелегкий наш хлеб!
– сокрушался он.
– Но ведь такие «бабки» платят! Их уж отрабатывать надо честно! Кстати, Игорь не раз давал мне полезные советы, приносил разные мази и кремы, да и шефу всегда говорил обо мне только хорошее. Он обещал, что через год, когда я войду в полное доверие шефа, тот разрешит мне жить свободнее, вернет паспорт и станет платить хорошие деньги. Но я уже не могла больше терпеть это. Ты спас меня!

– Будешь знать, как безобразничать!
– буркнул Юра.
– Уходить из дома, дружить с кем попало! Надо же, до чего докатилась: в бордель попала! И себя, и нас опозорила!

– Ну, быть проституткой, братик, не позорно. Это сейчас даже престижно. Другое дело, как!
– усмехнулась Лиля.
– Я, конечно, с этим «завязала», - глянув на покрасневшего брата, добавила она, - с меня этого по горло хватит! А что касается репутации, то ты ведь помнишь слова поэта: - Все профессии важны, все профессии нужны...

Когда они вышли из электрички в Брянске, Лиля, выскочив на перрон, упала на колени и поцеловала мокрый асфальт. Выходившие пассажиры в ужасе бросились в разные стороны. Юра, подбежав к сестре, поднял ее и уже хотел строго отчитать, но, глянув в ее лицо, замолчал: молодая женщина выглядела такой отчаянно беззащитной и жалкой, так горько плакала, что у него не хватило сил ругаться.

– Вот так я съездил в Москву и узнал, как достаются нашим землякам «бешеные» деньги, - закончил свое повествование Юра.
– Так что знай, на каких «престижных стройках» платят тысячи долларов!

Я ничего не ответил и мысленно представил себе молодого крановщика, упомянутого в разговоре рабочих в утренней электричке, которого атакует, как таран, огромный темнокожий парень из Занзибара, и ощутил головокружительную тошноту.

– Неверно утверждали древние, - подумал я, - что деньги не пахнут. Такие деньги источают настоящий смрад!

«Брянский перекресток», № 45 от 10.11.2004 г.

ТОРЖЕСТВО ВЕЛИКОГО ЗАТЕЙНИКА

Игорь Григорьевич всегда отличался от окружавших его людей веселостью, необычайной общительностью, умением придумывать самые эксцентричные ситуации и совершать смелые, неожиданные, далекие, порой, от здравого смысла поступки. Уроженец старинного брянского городка, славившегося болтливостью жителей и своеобразным говором, он был душой компаний. Высокий, красивый парень имел успех у девушек. О его романах со студентками ходили легенды. Еще обучаясь на иностранном факультете пединститута, Игорь рано женился, но своих привычек не оставил…Шутки-прибаутки, подтрунивания над товарищами и всевозможные «хохмы» продолжались.

Конец студенческой жизни нашего героя положила история с портретом генерального секретаря ЦК КПСС Л.И.Брежнева.

Как-то раз студенты, отмечая очередное праздничное событие, обрисовали висевший на стене общежитийской комнаты портрет выдающегося ленинца. Кто-то подрисовал руководителю партии бороду, кто-то - усы, а кто-то - и веснушки. Игорь не остался в стороне и стал бегать по этажам студенческого общежития, показывая всем изуродованный портрет и насмехаясь над вождем. Об этом тут же узнали в комитете комсомола, парткоме и ректорате. История была так раздута тогдашними активистами (которые, кстати сказать, ныне - активные борцы с коммунизмом и поклонники американского образа жизни), что политический шутник был немедленно исключен из комсомола. Его оставили в институте лишь из снисхождения к матери, крупному торговому работнику районного центра. Но этого Игорю больше всего не хотелось! Разгневавшись от унижения, он вскоре ушел с дневного отделения пединститута и перевелся в другой заочный вуз. Затем Игорь Григорьевич, к тому времени уже ставший молодым отцом, решил не надеяться на помощь родителей и поступил на работу в школу-интернат. Молодого мужчину-педагога встретили с распростертыми объятиями. Здесь он проработал почти год и был бы весьма авторитетным наставником, если бы не избивал своих подопечных. Будучи вспыльчивым, горячим, он не терпел малейшего шума и непослушания на своих уроках. И за все безобразия щедро сеял «доброе» и «вечное» в форме…пинков, подзатыльников и затрещин. Но вскоре, когда одного из самых злостных «трудновоспитуемых» вынесли из класса для оказания медицинской помощи, дело всплыло наружу, и молодой талантливый педагог вынужден был оставить столь перспективное поприще, уйдя работать на ближайший завод сменным мастером.

Не заладилось и в семье. Однажды во время лежания на диване, когда его супруга, худенькая и хрупкая женщина, работавшая школьной учительницей, занималась ремонтом квартиры, Игорь неловко повернулся с боку на бок и вдруг ощутил сильную боль в спине - радикулит!

В больнице он довольно быстро встал на ноги. Помогла умелая, добрая и красивая медсестра. Игорь сразу же влюбился в нее и довольно быстро, как он это умел, установил контакт. Итак, девушка делала ему уколы сзади, а он ей, главным образом - спереди.

Выписавшись из больницы, Игорь отправился не домой к своей супруге, а на новое место жительства - в квартиру хорошенькой медсестры. Так разрушилась семья Игоря Григорьевича.

Надо сказать, что медсестра недолго терпела лежание на диване своего возлюбленного. Вскоре вещи нашего героя оказались выставленными на лестничную клетку. Наш герой ринулся к своей жене, надеясь получить прощение. Но и его прекрасная половина «турнула» незадачливого мужа. Пришлось оправляться из Брянска на родину, на «мамины хлеба».