Чтение онлайн

– Рано меня хоронить!
– сказал, встав над богатым поминальным столом и как бы подводя итог своему подвигу, Игорь Григорьевич.
– Мы еще поживем и совершим немало славных дел на благо нашего любимого и мудрого народа!

«Брянский перекресток», № 39 от 05.10.2005 г.

Н А Ш И Г Е Р О И

Утром в электричке было, как всегда, много народа. Люди толпились и в проходах вагонов, и даже в тамбурах. Они оживленно между собой беседовали.

– Ну, как, Коля, прошли выборы?
– промолвил один из сидевших неподалеку от меня пассажиров и устремил взгляд на своего соседа.

– А что тут говорить, проголосовали, - буркнул названный «Колей».
– Избрали новых, так сказать, народных депутатов!

– А что ты так мрачен?
– не унимался любопытный приятель.
– Опять, думаешь, никакого толка не будет?

– Насчет толка я и не сомневаюсь, - последовал ответ.
– Тут у меня в этот день беда, можно сказать, приключилась. Скончался мой дядя!

– Анатолий Дмитриевич?!
– вскричал его собеседник.
– Вот это беда! И надо же, в день выборов!

– Да, скажу даже больше, дядя умер не внезапно, все знали, что он давно болел, но вот смерть он принял прямо-таки по-советски, героически…

И Николай поведал окружающим следующую печальную историю.

Его дядя был известным и уважаемым в городе человеком. Выходец из бедной крестьянской семьи, он «своим горбом» добился и образования и солидной должности - главного бухгалтера на одном из больших заводов. Всю свою жизнь он уважительно относился к людям, был тих и скромен, можно сказать, мухи не обидел. И вот, достигнув семидесяти пяти лет, будучи уже давно на пенсии, он вдруг тяжело, неизлечимо заболел. В семье знали, что дело плохо и уже свыклись с горем, понимая, что почтенному труженику осталось жить совсем немного…

И вот наступил смертный час. В этот день проходили выборы в Государственную Думу, и несчастный старик категорически отказался от инъекций наркотиков, снимавших сильную боль.

– Не хочу умереть в столь светлый день под воздействием дурмана, - морщась от боли, сказал он своему старшему сыну, стоявшему у изголовья.
– Ведь именно сегодня наши граждане отдадут свои голоса самым достойным представителям страны! Я надеюсь, что новые люди наведут, наконец, порядок в стране!

– Дедушка, да что ты, милый, какие тебе выборы, - пробормотал со слезами на глазах его любимый внук, - ты же так плохо себя чувствуешь?!

– Плохо?
– встрепенулся старик.
– Да я еще…сам проголосую!
– Он подскочил и уперся локтями в подушку. Дрожь исказила измученное болью лицо, щеки у старика задергались, на губах появилась пена.

– Пап, да ты что!
– вскричал стоявший в ногах больного младший сын.
– О чем ты говоришь? Зачем себя мучаешь?

Старик вновь улегся, опустив руки, и, казалось, замер. Лицо у него сначала пожелтело, потом позеленело, но вдруг опять покраснело, и больной открыл глаза.

– Вот что я скажу вам, жена и дети мои, - дрожавшим голосом выговорил он.
– Я принял, наконец, последнее и единственно правильное решение: я буду голосовать! Немедленно идите к телефону и звоните на избирательный участок. Пусть пришлют сюда комиссию, и я выполню свой конституционный долг!

– Но, папа, ты же…, - буркнул старший сын, но отец перебил его: - Немедленно беги, исполняй мою последнюю волю!

Пришлось сыну повиноваться.

Не прошло и получаса, как в комнате, где собрались все близкие родственники умиравшего, появились новые люди: пожилой высокий мужчина с красивым волевым лицом и седеющей лысоватой головой, худенькая и тоже рослая, средних лет, изящная дама и две молоденькие девушки, державшие с обеих сторон небольшой красный ящик, на передней стенке которого красовался яркий герб Российского государства - двуглавый орел.

Поздоровавшись, члены комиссии сразу же приступили к делу.

– Итак, Анатолий Дмитриевич, - громко пробасил старший член комиссии, вероятно, председатель, - вот перед вами лист с вашими данными, в котором следует расписаться, а вот и избирательные бюллетени-бланки: большой с партийными списками, и малый - с кандидатами по одномандатному округу…- И он протянул документы больному.

Схватив их, несчастный старик попытался быстро прочитать отпечатанные ярким шрифтом слова, но, видимо, перенапрягшись, не выдержал волнения и выронил заветные бюллетени из дрожавших рук на пол.

– Не волнуйтесь, уважаемый, - улыбнулась худая женщина. Она наклонилась и протянула листки избирателю.
– Вы не так худо выглядите. У нас вот только что на участке стало плохо одной женщине. По сравнению с вами она выглядела, как небо и земля. Слава Богу, что проголосовать успела!

Больной, однако, не шевелился и, казалось, окаменел. Багровое доселе лицо несчастного вновь посинело, а затем пожелтело.

– Кончается!
– крикнула молоденькая девчушка из комиссии.
– Врача! Скорее врача!

Старик, тем не менее, очнулся и вновь открыл глаза.

– Ничего, товарищи, - сказал он вдруг уверенно и спокойно, - я еще не кончаюсь. Давайте скорее бюллетени!

– Толенька, - жалобно прошептала подошедшая к изголовью больного жена, - может, священника позовем? Ведь дело-то такое…

– Да ты что, жена!
– встрепенулся старик.
– О каком может идти речь священнике? Я - старый коммунист! Сейчас же выборы! Вот лучше помоги мне надеть очки!

Трясущимися руками он вновь завладел священными бумагами, быстро расписался в листке со своими анкетными данными, как-то решительно просмотрел бюллетени и, не приподнимаясь с подушек, взял протянутую старшим сыном авторучку. Несколько быстрых движений, и на бюллетенях появились заветные «галочки».

– А теперь давайте скорее урну, - пробурчал как-то неестественно старик.
– Я буду вбрасывать!

Девушки быстро подбежали прямо к изголовью больного и поднесли красный ящик.

В этот момент лицо больного выражало сладостное умиротворение, улыбка праведника освещала его гаснущие, но все еще живые черты…Вот он улегся на подушки, вперил свой взор в потолок, скрестил руки и в мгновение умер. Лицо несчастного, быстро менявшее свой цвет, постепенно приобрело восковато-бледный оттенок, черты заострились и посуровели.

Горький плач и стенания всколыхнули мрачную, но торжественную тишину…

– Да, вот это герой!
– пробормотал один из пассажиров, выслушав повествование.- Вот ведь какие бывают люди!

– Да, как говорится, в жизни всегда есть место подвигу!
– поддакнул его сосед, доселе молчавший мрачный здоровенный верзила.
– Наши люди как были, так и остались отважными, смелыми, именно героями!

– Вот, возьмите, к примеру, моего соседа, - промолвила вдруг сидевшая неподалеку старушка.
– Он как-то выпивал с компанией в насосной будке, где работает оператором…Да вот, видимо, под водочными парами оступился и провалился прямо в канализационную яму. Ну, нахлебался там всякого, понимаете ли дерьма…Ан, даже и в больницу не пошел! Так, поболел с неделю, но все терпел, даже на свою родную насосную ходил каждый день - на работу! Вот видите, тоже герой!