Чтение онлайн

Вода, казалось, помертвела. Лишь мелкие водяные жучки и водомеры резвились в мрачном зеркале как выпивохи на погребальном пиру. А ведь еще в прошлом году, по осени Василий с сыном бывали тут и видели, как вода буквально кипела от носившихся тут и там рыб, как кишела прибрежная вода от скопления миллионов серебристых мальков, которые с плеском выпрыгивали из воды, когда в их стайки ударялись озерные хищники: окуни и щуки…Теперь же всего этого не было: и лишь мрачная тишина царила над поверхностью несчастного озера, да легкая рябь от набежавшего ветерка напоминала агонию умиравшего от тяжелого недуга тела.

Подойдя к небольшому песчаному плесу, где всегда был виден берег, Василий вгляделся в воду и содрогнулся: все видимое дно было густо усеяно трупами множества мелких и средних рыб!
– Неужели вода отравлена?
– подумал он.
– Что же тут произошло?!

Теперь он понял, что скверный запах, исходивший от озера, был следствием массовой гибели рыбы! Но вот по чьей вине? Пройдя еще с десяток шагов, Василий наткнулся на следы большого костра.
– Так, есть все подозрения, что здесь побывали браконьеры!

Вскоре он обнаружил еще три не просто костра, но даже кострища! Вокруг них в изобилии валялись крупные и мелкие рыбные кости, пустые стеклянные бутылки из-под водки и вина, большие полиэтиленовые бутылки из-под пива, консервные банки, куски сетей, обломки прочих браконьерских снастей…Он прошел еще немного и обнаружил в кустах выброшенную мелкоячеистую сеть, от которой исходило нестерпимое зловоние: она было полностью забита погибшей мелкой рыбешкой!

– Вот негодяи!
– подумал Василий.
– Крупную рыбу забрали, а мелочь оставили умирать! Но неужели вся рыба в озере погибла от этого? Может в воду попал трупный яд?

Он шел вдоль берега и все больше приходил в ужас. Повсюду в изобилии валялись мертвые рыбы, обрывки сетей и даже древки…острог!

Когда же он подошел к ручью, вытекавшему из озера с северной части и примыкавшему к густому лесу, ему все стало ясно: на берегу в куче полусгнивших рыб лежали длинные электрические пруты. Стало ясно, что браконьеры истребляли рыбу электрическим током и даже не посчитали нужным спрятать орудия убийства!

– А от кого их прятать?
– грустно усмехнулся наш грибник.
– От собственного народа, которому совершенно все равно, что останется после него не только другим людям, но и собственным детям?! От властей, которые больше увлечены борьбой за власть и деньги?

С больной душой Василий вошел в темный лес. Ему уже не хотелось ни грибов, ни лесной прогулки. Сердце щемило, болела голова.

– Вернусь-ка я назад к велосипеду!
– решил он.
– Нечего мне здесь делать! Разве можно спокойно ходить по этой земле, видя такой ужас?!

Он медленно поплелся, выйдя из леса, по берегу распятого людьми озера, качая головой и думая грустную думу. Вспомнилась недавняя телевизионная передача, в которой много говорилось о том, как обижают наших людей за рубежом, как недостойно и неуважительно относятся к нам иностранцы…

– А вот и ответ!
– подумал вслух Василий.
– Если мы так относимся к собственной природе, к народному достоянию, то достойны ли мы уважения вообще? Вряд ли бы те же иностранцы отнеслись к нам уважительно, если бы увидели, что сделали наши люди хотя бы с этим озером! А если мы также ведем себя и за рубежом?

Так, размышляя, он подошел к тому месту, где оставил велосипед, и оцепенел: велосипеда на месте не было! Василий покачал головой, потер глаза, но от этого ничего не изменилось: никаких следов от его «техники» не осталось!

– Может я не там его закрепил?
– подумал он, не веря своим глазам, и огляделся. Шелестел осенними листьями ветер, пузырилась и покрывалась рябью черная озерная вода. В груди нарастала мрачная тоскливая тревога.
– Значит, украли!
– опомнился, наконец, Василий.
– Как же я так оплошал?! Оставил свой новый велосипед здесь, где орудуют эти волки в людском обличье!

Он и не мог представить, что, путешествуя в одиночестве по берегу лесного озера был объектом пристального наблюдения профессиональных воров-мародеров.

А это стало ясно при внимательном обследовании местности. Василий обладал хорошим зрением для лесных походов и мог заметить следы не только людей, но и зверей по малозаметным приметам: сломанному сучку, сбитому грибу или примятой траве. А тут он ничего не увидел. Лишь обойдя десяток раз то место, где он оставил велосипед, Василий нашел в траве три хорошо замаскированные отверстия в земле. Это все, что осталось от березок, к которым он прицепил велосипед! Сами же березки, одна из которых была довольно крупной, бесследно исчезли! Стало ясно, что в лесу действует хорошо организованная группа опытных воров, умело убирающая все следы.

– Господи, куда же делась моя самодельная невзрачная сумка?
– думал он не столько с горечью, сколько с удивлением.
– Неужели эти мародеры покусились и на такую мелочь? А где бутылка с водой? Она-то им зачем?

Он прошел еще немного и вдруг, случайно бросив взгляд в отдаленные кусты, увидел свою полиэтиленовую бутыль из-под кваса.
– Вот так да, - тихо сказал Василий, осматривая коричневый сосуд.
– Даже воду выпили! Однако унесли пробку и срезали бумажную этикетку! Именно те места, которых касаются руки! Ловко!

Он вспомнил, как однажды на кладбище у него украли банку с краской, оставленную в сумке на велосипедном руле. Он тогда окрашивал ограду на могиле и, увлекшись, не заметил, как проходившие мимо него женщины обшарили его сумку.

А теперь-вот украли велосипед!

…Пришлось Василию на этот раз идти домой из леса пешком. Но он не чувствовал усталости и не очень переживал свою утрату. Он просто понял, что получил на этот раз пусть неприятный, но зато достаточно полезный урок.
– Теперь я уже больше не оставлю велосипед на произвол судьбы, - говорил он себе, мрачно усмехаясь.
– Разве можно доверяться людям, которые безжалостно уничтожают все живое и оставляют после себя только смрад и пустоту? Впрочем, важно не только это! Я теперь понял, почему у нас постоянно происходят всякие катаклизмы, случаются вечные неурядицы, не в чести ученые, умные и просто порядочные люди!

Он вспомнил о рассказе одного своего товарища приехавшего из Германии.
– Я не раз видел, как там оставляли без всякого присмотра и крепления велосипеды, тележки и даже хозяйственные сумки, набитые всякой снедью, - говорил тот.
– Потому что немцы - народ умный! А дурачки и есть дурачки! Они дальше своей мелкой выгоды ничего не видят!

– Именно так, - решил Василий, выходя из леса.
– Такие люди не считаются ни с чем! Что им честь и совесть! Но вот дурачки ли они, как сказал упомянутый товарищ?