Чтение онлайн

За годы своего правления господин Лизоблюдов сумел войти в полное доверие чиновникам. Он знал, что им нужны только власть и деньги. Но властью они уже обладали, а вот денег им всегда не хватало, тем более, что Ругаевская казна была почти пуста. Лизоблюдов нашел и здесь способ удовлетворять аппетиты своих покровителей. Само собой разумеется, не из своего кармана. Ежегодно управление выделяло на строительные и ремонтные работы в музее большие денежные суммы. К концу года они переводились на счета музея, а затем директор, за спиной не только всего коллектива, но и своих хозяйственников, возвращал эти деньги назад в управление, как неиспользованные. Чиновники, благодаря этому, получали хорошие премии за «экономию средств». Как не любить такого директора?! К тому же, он продолжал свою практику беспрекословного выполнения всех указаний чиновников, не обращая внимания на их некомпетентность, навязывая сотрудникам все виды деятельности, вплоть до уборки территории вокруг других учреждений. Интересы музея и коллектива ему были глубоко чужды. Главное - это личное благополучие, почести, слава. А тем временем музей приходил в упадок. Протекала кровля, трескались и осыпались стены кабинетов, в аварийном состоянии оказались экспозиционные залы.

За все эти «заслуги перед Отечеством» Лизоблюдов был буквально засыпан наградами, подарками и благодарственными письмами. В Ругаеве его иначе как «крупным ученым», «краеведом с огромным опытом», «честнейшим и бескорыстнейшим человеком» не называли. Это был огромный авторитет. Он ухитрялся угодить едва ли не всем, кроме своих «работяг», которые ковали для него награды и почетные звания. С ними он был беспощаден! Уже сразу после избрания на должность директора Лизоблюдов «забыл» о многих своих предвыборных обещаниях. Так, к концу его «правления» сотрудники музея, ученые люди, имевшие научные и литературные труды, получали зарплату ниже тарифной ставки уборщицы или дворника в жилищном, к примеру, управлении! К простым людям, которые не могли «дать сдачи», директор музея относился особенно нагло и цинично, издеваясь над их бедностью. Бывало и так, когда он давал кому-нибудь из своих сотрудников дополнительную работу «по совместительству», а потом вдруг, по своей прихоти, отнимал ее, не сообщая об этом несчастному труженику. Человек продолжал работать, добросовестно выполнял чужие обязанности, а когда приходило время получать заработанные деньги, бухгалтера, смеясь, говорили, что он «уже давно уволен директором»! Если же обманутый сотрудник пытался что-то доказать Николаю Ивановичу, тот, весело говорил, наслаждаясь его страданиями: - Иди! Жалуйся в управление! Там тебя все равно никто не послушает!

И люди молча переносили подобные унижения. Впрочем, иногда некоторые работники музея приходили в управление культуры и робко пытались что-то выяснить, но получали неутешительную информацию. Так, однажды две работающие пенсионерки явились в управленческую бухгалтерию и спросили, почему работникам музея, несмотря на выполнение планов, не выплачивают премии.
– Как это не выплачиваем?!
– возмутилась бухгалтер.
– Еще как выплачиваем! Например, вашему директору и главному бухгалтеру! Сам Лизоблюдов сказал нам, что у вас работают одни бездельники, недостойные премий!

Основным критерием человека Лизоблюдов считал его близость к вышестоящим чиновникам и представителям власти. Все остальные им не воспринимались как люди.

Однако рисоваться он умел! Кто бы ни пришел к нему на прием со стороны, он был «сама любезность»! И люди верили, что перед ними добрый и отзывчивый человек! Немногие знали истинное лицо этого карьериста! Некоторые сотрудники музея долгое время были убеждены, что Лизоблюдов - просто слабый руководитель, но зато честный и порядочный человек.

Так бы все и продолжалось в славном ругаевском музее, если бы не случай. Как-то в Ругаев прибыл из Москвы отставной чиновник, родственник или приятель одного из областных руководителей. Там он чем-то проштрафился и просился на какую-нибудь должность. Перебрали все. Но везде «сидели» «свои» люди. Тогда вспомнили о музее. Кто был Лизоблюдов? Обычный подхалим! Правда, с большим «народным» авторитетом…Но что для чиновников народ? Так себе, быдло! До чиновников периодически доходила информация о финансовых и прочих «нарушениях» Лизоблюдова, но очарованные его рабской покорностью, видимой скромностью и определенным «вниманием», они до поры до времени не верили «вредным слухам». Теперь же наступило время воспользоваться «тенденциозной» информацией.

Лизоблюдову вежливо предложили перейти на должность заместителя, освободив кресло для более высокого лица. Но тот, забыв о прежней скромности, проявил упрямство.

Тогда в музей прибыла комиссия контрольно-ревизионного управления и, несмотря на секретность информации, коллектив узнал, что их замечательный директор не только не идеал, но обыкновенный жулик. Полученные от комиссии сведения о злоупотреблениях Лизоблюдова потрясли даже видавших виды чиновников. Они совершенно не ожидали, что скромная поверхностная ведомственная проверка найдет столько всего! Такие сведения не подлежали огласке, но меры принимать было нужно…

Буквально через несколько дней несчастный директор предстал перед чиновниками управления культуры.

– Вы недостойны занимать столь высокий пост!
– сказал начальник управления, грозно нахмурив брови.

– Пощадите! Я ни в чем не виноват!
– вопил, катаясь по полу, несчастный директор.

– В таком случае, ознакомьтесь с актом ревизии!
– промолвила заместитель начальника и протянула лежавшему на полу Лизоблюдову документы. Тот взял их дрожавшими руками и, плача, стал читать.

– Миллион рублей! А здесь - два!
– периодически вскрикивал он.
– Да когда же я брал такие деньги?! Это не я, это главный бухгалтер!

– Да только ли миллион?
– возмутился привставший из-за стола председатель комиссии от контрольно-ревизионного управления.
– А прочие нарушения?! Да там «статьями» попахивает!

– Помилуйте, люди добрые!
– взвизгнул директор музея.
– Я не виноват! Все для государства старался! Хотелось, как лучше…Да вот недоглядел как за моей спиной орудовали прохвосты!..

– Смиритесь, Иван Николаевич, - смягчился, видя унижение Лизоблюдова, добросердечный начальник.
– Мы оставим вас на работе, конечно, не директорской…А там будет видно…

– Спасибо, большое спасибо!
– бормотал трясущимися губами Лизоблюдов.
– Век буду помнить вашу доброту!

Он встал и, стараясь не повернуться к чиновникам задом, медленно поплелся, непрерывно кланяясь, к двери. Так закончилось долгое правление директора музея местных древностей Лизоблюдова. Хотя, кто знает, закончилось ли оно? Ведь ходят слухи, что скоро в городе Ругаеве опять начнутся административные игры и на таком ответственном посту понадобится «честный и бескорыстный» человек. Поживем - увидим.

23 ноября 2011 г.

Ч А С Т Н Ы Й О Х Р А Н Н И К

1.

Володя Боровиков был совестливым и скромным человеком, старался изо всех сил добросовестно исполнять любые указания своих начальников, никогда не брал взяток и не пользовался своим служебным положением в корыстных целях. Он был умен и хорошо справлялся с работой, поэтому во время известных «реформ» оказался на улице, в числе безработных. Его достоинства стали его недостатками, потому как он не умел делать то, что умеют многие россияне: восхвалять своих начальников и врать!

Известно, что в нашей стране достоинства человека определяются не деловыми и душевными качествами людей, но умением, как говорится в простонародье, «лизать начальнику зад». В «пореформенное» время установилась довольно четкая градация статусов работающих. На первом месте располагаются не самоотверженные труженики, а лишь льстецы и доносчики, которые почти ничего не делают на работе, но только имитируют труд, как можно громче хвалят своих начальников, делают им подарки и периодически доносят на своих товарищей. Далее идут работники, которые мало-мальски справляются со своими обязанностями, хвалят начальников, но не доносят. Последними же, худшими считаются настоящие профессионалы, творческие люди, которые создают материальные и духовные блага, но не хвалят руководителей, не делают им подарков и не доносят. Есть, конечно, в создавшейся кастовой лестнице и свои «неприкасаемые» - это трудолюбивые и талантливые люди, которые, помимо неспособности доносить начальству на своих товарищей и делать «шефам» подарки, обладают «даром» критиковать «непререкаемые авторитеты». Это - худшие и самые опасные люди в России! Впрочем, благодаря дальнейшему развитию демократии и гласности, эта последняя категория работников исчезает.