Чтение онлайн

Вампы не ответили.

Глава 31. Хижина двух вампов

Алекс толкнул ногой дверь, источенную древесным вредителем, она противно заскрипела, открываясь. Десятиваттная лампа под потолком тускло светила своей вольфрамовой спиралькой. На кровати в позе лотоса восседал Энди, вокруг него валялись исписанные листы. Энди посмотрел на друга, увидел яростно горящие глаза, окровавленный рот и понимающе усмехнулся: Алекс вернулся со своей ночной кровавой трапезы. Энди отложил ручку и спросил:

– Ну как?

Алекс подошел к унитазу, открыл кран и омыл лицо.

– М-м-м, - промычал он, вытираясь вместо полотенца чьими-то трусами огромного размера, висевшими на гвозде в стене.
– Нормально. А где же твоя Софи?

– Понятия не имею... Ее почему-то очень всполошил арест Тайтуса, и она пошла навести о нем справки.

Алекс злорадно улыбнулся:

– Наверное, у нее есть хороший друг среди Синих Касок... Кстати, почему арестовали Тайтуса?

Энди состроил абсолютно невинную рожицу.

– Скорее всего, он сам виноват, засыпался, когда орудовал без нас, в одиночку. Ты же знаешь этих дигов...

Алекс довольно грубо сгреб бумагу на пол и сел, устало вытянув ноги. Из кармана он выудил тонкую золотую цепочку с брелоком и помахал ею перед лицом товарища. Энди выхватил драгоценность у него из рук, глаза его вспыхнули, но не от алчности, а от беспокойства.

– Алекс, ты нарушил главную заповедь вампа - ни в коем случае не обворовывать наших жертв!

– Наплевать мне на заповеди. Тем более, это произошло совершенно случайно.

– Не нравится мне это...

Энди осматривал цепочку, взгляд его остановился на брелоке.

– Алекс, тут выгравировано имя.

– Какое же?
– усталый вамп, откинувшись назад, лег и прикрыл ладонью глаза.

– Танья Бэксайт.

Алекс мгновенно скатился с кровати, его рот изверг страшное проклятие. Это было понятно, ведь Танья Бэксайт была единственной дочерью мэра их городка со стотысячным населением. Конечно, удивительно, как она оказалась ночью на улице без телохранителей, но... что сделано, то сделано. Танья Бэксайт, в которой первый человек города души не чаял, подверглась нападению вампира и вдобавок была ограблена.

– Она меня не видела, - быстро сказал Алекс, восстановив способность здраво рассуждать.

– А это?
– Энди швырнул золотую безделушку в лицо другу, но тому не изменила вамповская реакция. Алекс подошел к унитазу, послышался всплеск, и цепочка исчезла в бесконечных и вонючих глубинах канализации.

– Что <это>?
– захихикал Алекс.
– У меня ничего и не было!

Энди неодобрительно помотал головой, собрал раскиданные листы по номерам страниц и снова взял в руки карандаш, который он заточил при помощи своих острейших зубов.

– Что ты это пишешь?
– Алекс опять успокоился и бросил свое тело на кровать.

– Поэма <Антидиг>. В ней я подниму вопросы, глубоко волнующие любого обывателя нашей страны, - серьезно ответил Энди. Он встал, спустил штаны и уселся на унитаз.

Алекс протянул руку, схватил первый лист рукописи. Под огромными квадратными буквами <Антидиг кодекс> Энди изобразил какую-то дебильного вида морду с тарелкообразными глазами и усиками типичного негодяя. Из макушки нарисованного идиота торчала антенна, а его шея была прикована цепью к коробке с надписью <Юнипак>. В завершение вышесказанного следует заметить, что уши вамп нарисовал задом наперед.

– Это диг?
– спросил Алекс. Энди довольно кивнул.

– Хм, - хмыкнул Алекс.
– Я догадался об этом лишь по заумному выражению лица этого несчастного.

Вообще-то у дигов никогда не торчали антенны из головы или других частей тела; диги всегда ходили в своих специальных очках, являющихся, по сути, дополнительной частью их организма; у дигов никогда не было никакого выражения на лице. Но в воображении Энди они, по-видимому, представлялись именно такими. Алекс, помолчав, добавил:

– У тебя прирожденный талант художника.

Энди залился краской от смущения, он не привык к похвалам.

– Прости, Алекс, что я перебиваю твою скромную речь в адрес такого ничтожества, как я, но скажи мне: имела ли кровь юной дочери мэра какой-то свой особенный, благородный вкус?

– Нет, Энди. Если бы на ее месте была какая-нибудь подзаборная девка, я бы и не почувствовал разницы, - свои слова Алекс подкрепил незамысловатым ругательством. Энди внимательно выслушал его и сказал:

– Так я и знал. Алекс, произнеси-ка первое слово, что придет тебе сейчас на ум...

– Дерьмо!
– выпалил Алекс.

– Ага. Алекс, ты заметил, что с каждым днем процент цензурных выражений в твоей речи все уменьшается?

– Ну, ты загнул! Прямо как засра...
– Алекс внезапно замолчал. Действительно, в словах Энди было зерно истины, и от этого Алекс немного смутился. Как-никак, а он все-таки носитель культуры, молодой плодовитый писатель... И он аккуратно закончил фразу:

– Прямо как настоящий диг.

– Вот видишь, Алекс, - Энди Эйнджел был всепонимающ и всепрощающ, как некое высшее существо.
– Нужно работать над своим языком.

Алекс хотел сморозить очередную гадость, но вовремя сдержался. Одновременно он вспомнил, что диги никогда не снисходят до грязной ругани, и от этого ужасно разозлился. Если бы рядом был Тайтус, лежать бы этому дигу в луже своей собственной крови!

– Вечно так, когда этот Тайтус нужен, тогда его нет!

Энди встал с унитаза, помыл под краником руки и вытерся экзотическим полотенцем в виде трусов. Эти трусы, к слову, остались от предыдущего владельца этого домика. Он давно уже умер, оставив жилище в подарок вампам. Алекс и Энди действительно рыдали от горя, когда спускали в этот же самый унитаз разрезанное на маленькие кусочки тело своего благодетеля. Им пришлось это сделать из-за ужасного трупного запаха, денег на крематорий или кладбищенский участок тогда у вампов не было, а сообщить о смерти хозяина властям они не хотели - в этом случае этот удобный домишко был бы потерян для них навсегда.

Глава 32. Неподражаемый Джадж

Дж. Джадж, 22 года, студент четвертого курса Медицинского института днем и неумолимый крысник по ночам, проскользнул в прохладное помещение прозекторской, где его с нетерпением ждал новый труп, и плотно прикрыл за собой дверь. Труп был накрыт непрозрачной клеенкой, но по торчащим из-под нее грязным ступням Джадж догадался, что это немолодой мужчина, скорее всего, нищий или какой-нибудь другой обитатель дна; к большому пальцу правой ноги стальной проволочкой была прикручена бирка. Столик с инструментами стоял в углу, но почему-то металлическая ложка из их числа лежала на полу, причем сориентирована она была точь-в-точь на дверь. Джадж замер у двери и задумчиво потер небритый подбородок.