Чтение онлайн

– Джадж, но это же смешно: какому-то блохастому коту ты веришь больше, чем нам, своим лучшим друзьям!
– чуть ли не рыдал Алекс.

Джадж угрюмо молчал. Энди под прицелом арбалета достал из кармана новую пачку сигарет с развратной картинкой на коробке и глубоко, от души закурил, ведь это могла быть последняя сигарета в его жизни.

– Тимоти - хороший кот, - глаза Джаджа постепенно наливались кровью, и от этого становилось все страшнее.
– Это был бинокль фирмы <Кейс> с пятидесятикратным увеличением, с просветленной оптикой. Его купил еще мой дед... Merde!

– Джадж, Джадж, мы купим тебе новый бинокль, еще лучше старого, - пытался найти выход из положения Алекс. Палец крысника на спусковом крючке дрогнул.

– Джадж, у тебя за спиной Чистильщик!
– Алекс пустился на хитрость, но Джадж лишь покачал головой и страшно улыбнулся. Нормальный человек не смог бы так улыбнуться хоть один раз, крысник мог улыбаться только таким образом.

Энди сделал глубокую затяжку, закрыл глаза и с ледяным спокойствием (если бы на нем в эту минуту были черные очки, он был бы неотличим от дига) произнес:

– Джадж, я скажу тебе правду: бинокль взял Алекс.

Алекс от возмущения сначала чуть не проглотил язык, но в следующее мгновение взорвался:

– Жалкий лжец! Джадж поверь мне: это сделал Энди.

Гнусная улыбка змеилась на губах крысника.

– Я все равно убью вас обоих, - совершенно обыденно, как будто приглашая их на совместный обед, уведомил Джадж.
– А потом, - он взглянул на сверкающее острое лезвие, - я позабавлюсь с вашей подружкой.

Вампы лихорадочно обшаривали глазами окрестности пляжа, но безрезультатно. Как раз в это время в центре города произошла вооруженная стычка между озлобленными, вооруженными камнями и палками смоукерами и защищающими законопослушных торговцев стражами порядка. Вскоре небольшой инцидент перерос в кровавую бойню: нормики хватали похожих на мутантов людей, мальчишки били все попадающие на глаза окна, смоукеры разворовывали прилавки, трайкеры давили всех подряд, вампы у всех на глазах сосали кровь у подвернувшихся им под руку, крысники быстро пускали во все стороны стрелы, Чистильщики махали белоснежным знаменем, вскоре окрасившимся в багровый цвет. В общем, начался самый настоящий конец света, и над всем этим насмешливо сияла единственным глазом комета; ее уже было видно даже днем.

Джадж зажал в зубах запасную стрелу и невнятно сказал:

– Презренные вампы, узрите смерть во всем ее великолепии!

Алекс упал на колени, наручник глубоко врезался ему в запястье. Наверное, металл причинил боль и Энди, но белокурый вамп, опять закрыв глаза, флегматично докуривал сигарету. Больше он не сказал ни слова, да ему и нечего было говорить. Алекс взяв себя в руки, громко возвестил:

– Джадж, обещаю: я отомщу тебе даже на том свете, ибо мы все попадем в Ад! Будь уверен, есть ли эта чертова душа или это пустые россказни попов, я не успокоюсь, пока ты не испытаешь все, что ты устроил нам...

Джадж еще шире растянул губы в улыбке. Он не боялся угроз, но не потому, что считал их безосновательными, а потому, что это чувство было чуждо его психике.

– Ave, Satanas, morituri te salutant!
– Алекс твердо поднялся на ноги, широко их расставив, и, мучительно стиснув зубы, скомандовал:

– Стреляй, гад!

Джадж, никогда не испытывавший пустых сомнений (за редким исключением), поковырял в зубах ножом, сплюнул на раскаленный солнцем песок и взял арбалет на изготовку. Прицел остановился как раз посредине между головой Энди и головой Алекса...

ЧАСТЬ ВТОРАЯ.

СУЕТА СУЕТ

Глава 1. Костер

Костер весело трещал, с аппетитом поедая положенные в него сухие ветки и сучья, а стоило потревожить его трапезу палкой, как он сердито вскидывал в ночное небо целые снопы искр. Возле костра сидело двое, а вокруг них господствовала бесконечная ночь, полная своих особенных звуков. Звезд почти не было видно, а лунный серп был так тонок, что его можно было не принимать во внимание. Костер горел в самой глухой и непролазной части леса, но люди не боялись опасностей. Один из них, широкоплечий, светловолосый насадил на металлический прутик тушку какого-то мелкого животного и аккуратно поджаривал ее на жарком огне; на лице его блуждала непонятная меланхолическая улыбка. Когда он повернулся на какой-то подозрительный шорох, осветился старый обезображивающий шрам, тянущийся от угла глаза до верхней части уха. Второй мужчина застыл в неподвижности, положив руки на колени. Он был немного моложе, с темными ершистыми волосами. Смуглый цвет кожи, печально опущенный нос и остекленевший взгляд веяли ощущением мрачности и полной безысходности. Иногда он поглядывал на мясо, приготавливаемое его другом, и тогда ему приходилось украдкой сглатывать слюну.

– Ну что, угостить тебя жарким?
– тихо засмеялся крепыш, в огненных отсветах блеснули его не совсем обычного строения зубы: клыки верхней и нижней челюстей выделялись из общего ряда и имели поразительную для нормального человека длину и остроту.

– Нет, спасибо, - ответил второй, изо рта его предательски капнула слюна; зубы у него имели такие же особенности.

– Это будет стоить двести миллионов, - то ли шутя, то ли серьезно сообщил первый.

– Хм. А кто позавчера наловил рыбу, которую ты с удовольствием сожрал?

Светловолосый крепыш с интересом поглядывал в сторону товарища, видимо, ему доставляло удовольствие наблюдать, как у того с каждой минутой возрастает беспокойство.

– Если уж на то пошло, наш любезный друг, то не можешь ли ты припомнить, чьей удочкой ты целые сутки ловил этих головастиков, которых мы ели только из глубочайшего уважения к твоей личности?

– Удочка-то твоя, - согласился мрачный друг, - но когда ты ее покупал, ты занял у меня три миллиона. Я хотел бы получить их сейчас обратно.

– Подожди, пока я съем этого превосходно прожаренного зверька. Тогда мы и поговорим, - крепыш облизал пальцы, плечи его тряслись от беззвучного смеха.

– А девять дней назад я угостил тебя кружкой пива, когда мы заглянули в деревню, - продолжала вспоминать мрачная личность.

– То было не пиво, а настоящая теплая моча.

Тем не менее, когда дикий кот, насажанный на вертел, был готов, мужчина со шрамом поделился со своим младшим и очень мрачным товарищем, причем раздел производился по строгой справедливости.

– Ладно, отдашь три миллиона потом, - смилостивился кредитор, усиленно чавкая и обгладывая буквально каждую косточку. Ему было не так уж трудно быть щедрым: за вышеуказанную сумму нельзя было купить и спичечный коробок, разве только пустой.

После жаркого они достали большую флягу с самодельным вином и утолили жажду, прикладываясь по очереди прямо к горлышку.

Костер догорал; жестокосердные люди перестали приносить ему в жертву дерево. Но это не очень пугало двух странников: глаза их имели вертикальный зрачок и, вдобавок, превосходно видели в кромешной темноте. Усталые люди улеглись, предварительно подстелив на землю свои одинаковые куртки из непромокающего, нервущегося, немнущегося материала; замерзнуть они не боялись, так как было очень тепло.

Светловолосый крепыш залез в один из карманов и достал потрепанную и очень пожелтевшую газетенку. Зрачки раскрылись чуть ли не на весь глаз, и он мог спокойно начать читать:

– Новости медицины. Хирург-самоучка из города N в результате труднейшей трехчасовой операции...

– О боже! Я слышал это уже раз сто, если не целую тысячу!

Крепыш удивленно пожал плечами и спрятал газету. Они лежали на спинах и смотрели в темное небо с грозно застывшими в неподвижности грудами черных облаков. Каждый думал о чем-то о своем, безвозвратно ушедшем в прошлое, а может быть, о грядущем, полном несбыточных надежд...