Чтение онлайн

– Прости Рис, я, наверное, не смогу прийти.

Тот заметно скис. А Бэрс, не обратив внимания на мою фразу, продолжил разговаривать с другом, отмахнувшись от меня, как от назойливой мухи:

– Не обращай внимание, она придет. Я ведь обязан за ней следить, как за, пока еще, подозреваемой.

Гэрис радостно хлопнул в ладоши, поторопив мираж развеяться, чтобы я не успела придумать новый предлог для отказа.

Тарелка с салатом так и застыла у меня в руке, потому что к нашему столику стали пробираться пара бугаев, одетых во все черное. Они уже сплетали магические формулы атак, судя по движениям рук. Теперь я знала, куда деть мой гнев. И мгновенно вскинула ладони пальцами вперед, сыграв на опережение:

– Парадокс пила-фулгур!

Гигантский мыльный пузырь шаровой молнии, искрясь на солнце, понесся в бандитов. Тот, что слева выставил маг-щит и молния, сверкнув, бахнула и исчезла. Люди, сидящие за соседними столиками, завизжали и стали разбегаться, лишь несколько человек остались сидеть на месте и закрыли себя и своих спутников «щитами». Марун бросил в нападающих парадокс Зенона, но бандюги увернулись и выстрелили в нас «сетью» и «ножами». Щит, выставленный Бэрсом, прикрыв наше отступление к примверу, со звоном исчез. Рванув с набережной, мы летели с такой скоростью, что меня начинало уже мутить.

– А вот это уже ягодки!
– Марун быстро и ловко маневрируя в потоке летающих аппаратов, явно балдел от всей этой ситуации.

Меня же эти игры со смертью совсем не веселили. Мы приземлились на лужайке возле его дома. Он неожиданно наклонился ко мне близко-близко и протянул в самое ухо:

– А ты неотразима, когда злишься!

И выскочил из примвера. Опять вогнал меня в краску, гаденыш!

Я была сейчас просто в бешенстве. Хлопнув со злостью дверцей, я поспешила за несносным детективом, который уже вошел к себе, оставив для меня дом открытым.

– Ты будешь чай?
– крикнул он из кухни.

Я вошла и встала в дверном проеме.

– А иди ты в... гости один!
– бросила я.

– Один не могу, приказ начальства, помнишь?
– он подмигнул мне, - считать тебя подозреваемой до конца следствия.

Хозяин маленького уютного домика уже приготовил красивые расписные вручную чашки и разливал по ним его любимый ягодный чай. Вдохнув его чудесный аромат, у меня потекли слюнки, но сдаваться я не собиралась, хотя соблазн был очень велик. Мне хотелось поквитаться с Маруном за его самоуверенность и непрошибаемость. И я поняла, как его достать: показать, что мне все равно. Поэтому я спокойно пожала плечами и тихо сказала:

– Ладно, как хочешь.

Он тут же подозрительно уставился на меня. А я продолжала его добивать:

– Меня сейчас интересует совсем не это, (детектив вопросительно изогнул бровь) мне необходимо перевести один важный документ, чтобы разгадать тайну.

Повернувшись, я медленно пошла в гостиную, чувствуя, как он буравит меня взглядом.

– Какой документ?
– услышала я заинтересованный голос прямо у меня за спиной.

Ого, пробрало! Я вытащила манускрипт из сумки и повернулась к Бэрсу.

– Вот этот.

Он выхватил папирус у меня из рук. И сделал то, чего я никак не ожидала: вытащил из шкафа толстый фолиант и сел с ним за стол. От такого поворота я забыла на него злиться и, нагнувшись над его плечом, уткнулась в книгу. Это была научная работа, посвященная разбору древних текстов харикан. Пока я ломала голову над тем, почему у Маруна дома обнаружилась такая специфическая литература, он уже взял блокнот, ручку и что-то быстро строчил.

Прошло уже больше часа, а может быть двух, как мы вдвоем сидели за столом, обложившись кучей исписанных листков. Посередине лежал научный трактат и древний манускрипт. Каждый знак или иероглиф мы проверяли и перепроверяли по несколько раз. Глаза уже болели от напряжения. Но текст мы, все-таки, перевели.

Наши предки были очень суеверны. Многие легенды харикан повествовали о том, что существовали такие места на земле, где любой человек приобретал невиданную доселе силу. Он мог творить невероятные чудеса. Но такую силу нельзя было сохранить навсегда. Эти средоточия энергии находились где-то в горах на севере от поселений харикан. Древние считали, что скопления магии появились после огненного дождя. Они думали, что это Бог уронил свои слезы на Землю и даровал смертным частицу своего могущества.

– Очень красивая легенда, - вздохнув, произнес Марун, - но я не понимаю, какое отношение она имеет к нашему делу.

Я многозначительно повела бровью, мол, кто знает. Вообще, я была настроена не столь пессимистично, как детектив, потому что знала, отец не послал бы мне этот документ, если бы не был уверен в его важности.

– А для чего тебе эта книга дома?
– решила я удовлетворить свое любопытство.

– Я закончил исторический факультет, - неожиданно ответил Марун, - тогда писал дипломную работу по похожей тематике.

От удивления у меня отвисла челюсть.

– Так ты дипломированный историк? А почему же ты не стал работать по специальности? Можно было бы исследовать тайны прошлого!
– воскликнула я.

– И в настоящем тайн хватает. Их тоже надо раскрывать.
– загадочно ответил он и, посмотрев на часы, подскочил, - Уже 18.30. Пора собираться в гости.

Со всеми этими головоломками я и забыла про приглашение на ужин. Марун вылез из-за стола и ушел в спальню. Через несколько минут он вышел в белоснежной рубашке, черных классических брюках и в красивых модельных туфлях ручной работы. Я просто глаз не могла от него отвести! Он выглядел очень просто, но элегантно. Мне в голову пришла мысль, что, если бы Марун надел на себя лохмотья, все равно был бы неотразим.

– Пойдем, тебе, наверное, тоже надо переодеться, - его голос спустил меня с небес на землю. И я послушно поплелась за Бэрсом к зеркальному коридору, установленному в его спальне.

Притянув меня к себе, он дольше обычного задержался между зеркалами. Я приготовилась уже к скачку, но он все стоял и обнимал меня, притягивая к себе все ближе. От его тела исходил жар. От возбуждения голова плыла, а кровь пульсировала в висках. Мне казалось, что еще чуть-чуть и я расплавлюсь в его руках. Марун сглотнул и слегка охрипшим голосом произнес, словно подгоняя самого себя:

– Ладно, нам надо поторопиться, - и перенес нас через серебристый туннель.

Мы выбрались из зеркала в прихожей моего дома и остолбенели от увиденного. Все в гостиной и моей открытой комнате было перевернуто и разбросано.

– Дежавю, - вырвалось у меня.

А Марун, тут же выпустив меня из объятий, поспешил к разбитому окну. Поднял несколько осколков и зашептал:

– Татус - гласса.

Осколки стекли по рукам парня и словно живые прозрачные капли стали соединяться в единую лужу, пока на полу не оказалось лежать целое оконное стекло.