Чтение онлайн

Похоже, гибель моих знаменитых родителей была многим известна.

– Ой, прости меня, пожалуйста, Солари!
– она так искренне извинилась, что я сразу перестала на нее злиться.

– Я не сержусь, ты же не знала, - ответила я, и Гэрис с сочувствием поглядел на меня.

Заметно было, что стоявший рядом с этой болтушкой Бэрс ощутил неловкость из-за ее бестактности и опустил глаза, будто увидел под ногами нечто интересное.

Мы с Гэрисом вернулись в гостиную и долго еще болтали обо всем на свете. Я даже перестала замечать аристократическую обстановку его дома. Наши разговоры так меня увлекли, что я пропустила тот момент, когда Бэрс со своей подружкой присоединились к нам за столом.

Оказалось, что родители Риса и Фэи, были какими-то высокопоставленными особами. Они по-настоящему гордились своими детьми, которые сами добились всего в жизни, а не злоупотребляли своим положением в высшем свете. Гэрис давно мечтал стать дознавателем, поэтому начал с самого низа и работал визуаром. А его сестра была талантливой виртуозной пианисткой и часто ездила на гастроли по разным странам.

Выйдя из-за стола, мы с Рисом решили погулять на свежем воздухе, а Бэрс со своей пассией остались любоваться природой с широкого балкона. Спускаясь по широкой лестнице вслед за Гэрисом, до нас долетал их тихий разговор.

– Скоро в Большом концертном зале у меня будет сольник. Ты, ведь, придешь?
– пианистка с надеждой обратилась к Маруну.

– Прости, Фэя, сейчас так много работы, поэтому, скорее всего, не получиться, - с удовольствием услышала я его ответ. «Хотя, какое мне до этого дело?!» - снова попыталась я унять свое упрямое сердце, возбудившееся от решения детектива.

– Милый, мы и так редко видимся. Не говоря уже о том, что в последнее время ты совсем погряз в своих расследованиях. Нет, я не утверждаю, что твоя работа не важна, но все же, отложи ради меня дела, хоть на один вечер.

Что ответил ей Бэрс я не услышала, потому что Гэрис подхватил меня под руку и повел по аллее в глубину парка. Было уже темно, поэтому вдоль дорожек зажглись круглые фонари, проецирующие на газон игру бликов от зачарованных язычков пламени. Мы спустились к пруду, и я смотрела, как в воде отражались золотые огоньки. Из дома полилась красивая грустная мелодия.

– Можно пригласить тебя на танец? – неожиданно произнес Рис вкрадчивым голосом и протянул мне руку.

Я согласно вложила свою ладонь в его, очарованная тихим теплым вечером и приятной дружеской компанией. Лёгкое опьянение от выпитого шампанского и томная обстановка полуосвещенного парка рождали романтический настрой. Но возле меня сейчас был совсем не тот мужчина, с кем я бы хотела оказаться наедине. И сколько бы я себя не убеждала, что Гэрис благородный, галантный кавалер, превосходная партия для любой девушки, это ни капли не действовало на мое бестолковое сердце.

Рис очень хорошо танцевал и не сводил с меня глаз, не скрывая своего восхищения, отчего меня начинала мучить совесть.

– Гэрис, Фэя ведь музыкант, как же ее угораздило познакомиться с дознавателем?
– спросила я, чтобы нарушить тишину, которая рождала нежелательную для меня интимную атмосферу, сгустившуюся между нами, и заодно хотела выяснить побольше о секретах Маруна.

Парень улыбнулся, воспринимая мой интерес по-своему.

– Мы были на каком-то задании (сейчас уже не помню на каком), а у меня совсем вылетело из головы, что я должен был встретить Фэю на станции примвер-перевозчиков. Она только вернулась из музыкального турне по Мирионе, в которое ездила вместе с оркестром. Бэрс был как раз на своем примвере, и мы захватили ее по дороге. Так они и познакомились. Сестре он сразу понравился, о чем она мне все уши прожужжала потом. По возвращении из гастролей Фэя должна была дать в Хардироне два сольных концерта, куда она и пригласила нас вместе с Бэрсом. Вечером он остался ее провожать, с тех пор они и начали встречаться. Если честно, я до сих пор не пойму, почему он не сделал ей еще предложение, ведь они уже почти год вместе. У них очень сложные отношения: она часто в разъездах по гастролям, так что времени на свидания почти не остается.

– Вы с сестрой так дружны!
– заметила я, сменив тему, - А мои братья - (язык не повернулся сказать «были») такие непоседы, но мы тоже очень близки, просто между нами очень большая разница в возрасте.
– И с грустью задумалась о Кори и Тилсе.

Мы танцевали, уже не произнося ни слова, а когда музыка закончилась, Гэрис наклонился и осторожно поцеловал меня в щеку. И вдруг за спиной я услышала строгий голос:

– Нам пора!

Мы оба вздрогнули от неожиданности и резко оглянулись. В тени рододендрона стоял Марун, скрестив руки на груди.

– Уже поздно, а завтра много работы, - зло отчеканил он.

Рис с сожалением вздохнул и развел руками. Я поблагодарила его за прекрасный вечер и попросила передать мою признательность Фэе и от моего имени извиниться, что не зашла попрощаться. Поцеловав мне руку, сэр Гэрис Нордик вогнал меня в краску. А я заметила, как у Бэрса заиграли желваки, когда он, ни словом не обмолвившись с другом, решительно развернулся и устремился к выходу. Бросив напоследок ему извиняющуюся улыбку, я поспешила за дознавателем. И по его походке и движениям я поняла, что он кипит от гнева. Возможно, его настроение испортила размолвка с Фэей, но его поведение говорило, (и мое сердце предательски затрепетало) что я стала свидетельницей и причиной его ревности.

Уже сидя у меня на кухне Бэрс не выдержал и выпалил:

– Ты была права, не надо было ходить на этот вечер! Зря только время потеряли!

Он положил ногу на ногу и нервно постукивал пальцами по столу. Мне показалось это весьма презабавно, так что злобная ухмылка сама расплылась у меня по лицу.

– Но ведь это была твоя идея, - уколола я. И Бэрс тут же подскочил, как ужаленный. И сверкнув глазами, отзеркалил:

– Не моя, а Фэи, если ей отказать, то она потом замучает!

В конце концов, он сам согласился на эту «пытку», а теперь ещё жалуется! Бедняжка, запутался в своих любовных перипетиях! Бабник!

– Тебе виднее, - съязвила я, садясь за стол и наливая себе чай. Мне до жути захотелось ему отомстить, поэтому я не сдержалась:

– Теперь после твоего отказа, она устроит тебе воздержание по полной программе! – фыркнула я с удовольствием.

Он мгновенно вскочил, с грохотом уронив стул и разъяренно подскочил ко мне и воззрился, словно коршун на добычу, сверху вниз. Ещё чуть-чуть и разорвет на куски!

– Это тебя не касается!
– рыкнул он. – Ты что, подслушивала нас?!

– Кто бы говорил, - огрызнулась я, не заметив, что тоже поднялась со своего места и, задрав голову выпалила ему в лицо, - ты, вообще подглядывал за нами, как шпион!

То, что мы уже открыто орем друг на друга, до нас дошло одновременно. Бэрс, чуть унявшись, скрестил на груди руки и не без издевки добавил:

– Похоже, ты не очень-то скучала, хотя сначала не хотела идти!

От удивления у меня поднялись брови. Мордобой временно отменялся, перейдя в словесную баталию.

– Я просто не хотела показаться невоспитанной по отношению к гостеприимным хозяевам, - парировала я.

– А я не знал, что воспитанность выражается в том, чтобы разрешать себя це... чтобы танцевать.

Я засмеялась от того, что он придумал для упрека столь наивный повод.

– Так вот в чем дело! А может, ты просто позавидовал нашей идиллии?

Мой ответ подбросил дровишек в уже потухающий костер нашей распри.

– Что, уже начала осаждать неприступную крепость по имени Гэрис Нордик?! – съязвил он.

Лезть за словом в карман долго не пришлось. Ревность и досада помогли быстро подобрать подходящую грубость:

– Да и не особо пришлось напрягаться, если честно! Но в отличие от некоторых, я не собираюсь играть чужими чувствами!