Чтение онлайн

— Это вообще не вопрос. Конечно, хватит. Сделаем расчеты и рванем. Ускорители у нас есть. Вокруг никого. Выйдем на орбиту, а там плазменные двигатели не подведут. Просто подкорректируем орбиту, чтобы нас не засекли с Земли. Это же межпланетный корабль, а не орбитальный бот. Он таким и проектировался. Завтра произведу расчеты оптимальных траекторий.

— Я вообще схожу с ума, — призналась Юнна. — Нейросеть развернулась, и я вижу вещи, недоступные окружающим. Они словно мыслят в замедленной съемке. Вот, я только что получила звание доктора наук. А ведь я еще студентка. И тут же всякие члены-корреспонденты начали меня оттирать от науки. Хорошо, что Кирсанов за меня горой, а иначе бы сожрали. Где мы живем, Влад?

— Мы живем в государстве, которое долго не воевало. Люди забыли, что ядерная бомба — это реальность, — ответил Влад. — Почти восемьдесят лет не было большой войны в Европе. Ты думаешь, Германия забыла об унижении? Нет. Они только и мечтают о том, как нам напакостить. Но ресурсов у них нет. Колонии закончились, и брать сырье для переработки на халяву просто неоткуда — все приходится покупать. А денег на это нет. Американцы подсунули им модель экономики, основанную на сфере обслуживания. Если завтра им перекроют поставки сырья, они рухнут до уровня бесплатных супов в богадельнях. Сейчас они еще производят автомобили, но Япония и Америка выпускают в три раза больше. Никто в здравом уме не купит французский «Ситроен» или «Рено». Или «Ровер» из Британии. «Мерседес» купят, но он слишком дорогой. Рынок сбыта они потеряли, и даже Африка предпочитает наши внедорожники. Самолеты — тоже наши или американские. Даже такая развитая страна, как Япония, не может создать конкурентоспособный пассажирский самолет. Они предпочитают нашу технику. Южная Америка покупает у американцев. Это и есть разделение рынков. Пока всех все устраивает, но еще не вечер.

— Не заводись. Я просто констатировала факт.

— Знаешь, я тут порылась в сети об этом атолле. Говорят, будто пираты зарыли здесь клад, да так и не смогли его забрать. Не хочешь поискать? — с надеждой спросила Юнна.

— Думаешь, до нас тут никто не рылся? — усмехнулся Влад. — Тут всего три квадратных километра суши. Остальное — лагуна.

— Я подумала, ты можешь воспользоваться аурным зрением. Вдруг что-нибудь увидишь. Кто знает, — уточнила Юнна, — мы ведь так никого и не встретили с твоим набором подполей. Давай просто пройдемся. Все равно отдыхаем.

И они двинулись вдоль берега, обследуя остров. Буйная растительность затрудняла путь, но предусмотрительно взятые мачете помогали прорубаться сквозь плотные тропические заросли. Поговаривали, что когда-то здесь кишели змеи, но, видимо, их кормовая база — птицы — исчезла, и пресмыкающиеся тоже пропали. Такое часто случается в замкнутых биоценозах. Змеи съели всех птиц, а потом вымерли сами. Новым же пернатым не судьба долететь — слишком далеко до материка. Миграционные пути здесь не проходят. Здесь у птиц совсем другие маршруты.

В аурном зрении тропические заросли представали в совершенно ином свете. Ничего общего с привычной дальневосточной тайгой. Здесь царила ярко выраженная многоярусность, и игра света и тени создавала причудливую палитру буйных красок, а не сдержанную зелень, как в тайге. Верхние ярусы плотным пологом укрывали землю, погружая нижний ярус в полумрак. Бесчисленные лианы придавали пейзажу загадочность, а терпкий запах гниения из лесной подстилки смешивался с летучими фитонцидами тропических цветов, создавая опьяняющий, неповторимый аромат.

Услышав журчание, Влад направился к источнику родника и вдруг заметил белесые тени, смутно напоминающие виденные им ранее призраки или души ушедших. Устремившись к ним, он не заметил, как Юнна остановилась как вкопанная, не смея двинуться с места.

Влад мысленно поздоровался, и в голове явственно зазвучали голоса. Один — молодой, надрывный, а второй — какой-то скрипучий, старческий.

Они явно угрожали ему, на что Влад лишь рассмеялся в ответ. Оказывается, пираты похоронили здесь не только награбленное золото и серебро, но и, дабы наложить заклятие на клад, зверски убили двоих своих подельников прямо над местом захоронения. В те темные времена пираты свято верили в силу проклятий. Но прошло время, и души убитых так и остались привязаны к месту своей насильственной смерти.

Расчистив подстилку, Влад обнаружил два скелета, почти истлевших от времени. Подошедшая Юнна тоже увидела кости и тяжело вздохнула. Ей почудилось, будто она тоже увидела тени убитых.

— Надо будет пригнать дроидов, — задумчиво произнес Влад, — самим нам с этим не справиться.

Решив отложить раскопки до завтра, они вернулись на побережье. Солнце уже коснулось воды и медленно, торжественно погружалось в море. Сначала оно казалось цельным огненным шаром, затем начало сплющиваться, вытягиваться, словно растекалось по водной глади. Вот уже лишь половина диска, и море будто жадно пьет свет, впитывая его в себя. Мгновение — и над горизонтом повисла узкая расплавленная полоска, дрожащая, словно струна.

И вдруг — как по волшебству — свет схлопнулся. Последний луч пронзил небо, рассыпался искрами по волнам и исчез.

В ту же секунду все преобразилось. Небо из огненного стало темно-синим, почти чернильным; море, еще секунду назад пылающее, теперь таило в глубине отблески угасшего пламени. Тени выросли из под пальм, воздух остыл, и первые звезды робко проступили на востоке. Лишь море, все еще взволнованное закатом, тихо шептало, перекатывая на гребнях последние золотые блики, словно хранило в себе память о солнце, пока ночь не накрыла тропики своим бархатным покрывалом.

Влад и Юнна сидели за столиком, заваленным остатками пиршества. Лангусты на гриле оказались восхитительными и прекрасно сочетались с искусно приготовленным чесночным соусом, который соорудила Юнна. Она умела готовить, но в Москве, за неимением стимула и времени, делала это нечасто. Влад же мало внимания уделял еде, так как был постоянно занят и все свалил на Дусю. Запив все это великолепие белым вином, они завалились спать — день выдался весьма насыщенным.

Утром, умывшись и почистив зубы, они отправились на раскопки в сопровождении двух дроидов. Следуя по зарубкам, они быстро вышли к месту захоронения клада. Первым делом они предали земле останки пиратов, а затем дроиды приступили к раскопкам. На глубине полутора метров лопаты наткнулись на первый сундук. На удивление, хоть он и потемнел от времени, но не развалился. Древесина походила на тик или красное дерево, но из-за возраста определить точнее было невозможно — так сильно она потемнела. Влад не был знатоком деревянных дел, никогда этим не интересовался. Расширив яму, они увидели шесть сундуков, изготовленных примерно в одном стиле и плотно прижатых друг к другу. Влад спрыгнул вниз и сбил бронзовый замок с первого сундука. Их глазам предстали изящные сосуды и украшения из золота и серебра, явно индейского происхождения. Определить истинную ценность находки он не мог — тут требовался эксперт по инкскому золоту. Но было очевидно, что пираты ограбили каких-то испанцев, перевозивших сокровища инков из Перу в Панаму. Отбросив ненужные размышления, Влад отдал команду грузить все сундуки на борт «Луня», который вчера получил свое имя и о нос которого Юнной была разбита бутылка шампанского.

После трех дней блаженного ничегонеделания и купания в лагуне Влад решил испытать корабль в деле: выйти на орбиту. Подъем начался по обычной схеме — против вращения Земли. На высоте тридцати километров включились ускорители, которые помогли вывести «Луня» на низкую околоземную орбиту, примерно четыреста километров.

Совершив несколько витков вокруг Земли и рассчитав траекторию, включили плазменные двигатели. Из дюз вырвалось ослепительное синее пламя, и «Лунь» устремился к Луне. Влад не стал выжимать из двигателя максимум, ограничившись сначала второй космической скоростью, а через несколько часов увеличил ее вдвое. Выполнив несколько корректирующих маневров, он снизил скорость для выхода на лунную орбиту. Принимая во внимание лунные масконы (области повышенной плотности в коре), выбрал оптимальную высоту орбиты — тридцать километров. Он решил сначала провести гравиметрическую разведку поверхности. Для этого предусмотрительно захватил с собой лазерный альтиметр для контроля высоты над поверхностью и высокоточный акселерометр/градиентометр для измерения гравитационных аномалий. Расшифровкой полученных данных займется Малай — родной брат Бабая. А пока придется нарезать круги над Луной. Затем Влад планировал осуществить посадку в районе полюса для проверки наличия замороженной воды. Для этой цели он взял с собой прибор под аббревиатурой CORALS, основанный на эффекте Аскарьяна и предназначенный для обнаружения льда в лунном грунте. Этот прибор регистрирует радиоимпульсы, возникающие при взаимодействии космических лучей с лунным веществом. Характер этих импульсов зависит от состава вещества: прохождение через лед и сухой реголит дает разные сигналы. CORALS способен «видеть» лед на глубине до тридцати метров. В основном его интересовали затененные участки в кратерах на полюсах, где наличие воды наиболее вероятно. Ну и нейтронный спектрометр тоже может пригодиться, он был штатным на корабле, поскольку незаменим при работе в поясе астероидов.

Отрегулировав гравитацию до двух третей от земной, Влад достал саморазогревающиеся пайки, и они с Юнной приступили к обеду. Она же все это время посвятила расчетным программам по навигации и коррелирующим программам по расчету удельного импульса. Вот такие у нее выдались интересные каникулы.

Они неделю кружили в лунных реалиях. Спутник, конечно, готовился для монотонной работы, но Влад решил не отступать от намеченных испытаний. На следующее утро — посадка на полюсе, в районе, где брезжили надежды на воду. Сам рисковать не стал, доверив это ИИ. И Малай не подвел: все четыре опоры корабля мягко коснулись лунного реголита. В пустотных скафандрах еще не было нужды, и вглубь отправился малый дроид, с задачей пробурить несколько скважин. Результат превзошел ожидания: тридцать сантиметров водяного слоя под поверхностью! (В виде льда, конечно) Вполне достаточно для добычи технической воды, избавляющей от дорогостоящих полетов на Землю. Мгновенно была составлена карта Луны с пометками перспективных водных источников. Отозвав дроида, Влад отдал команду на взлет. В процессе полета особые датчики вели неустанный мониторинг космических частиц, бомбардирующих корпус. Результаты его приятно удивили. Графеновая броня оказалась надежным щитом, почти полностью нейтрализовав космическое излучение. Внутренние датчики едва фиксировали фон. Полеты к дальним планетам переставали быть смертельно опасными. Влад поставил себе мысленную галочку: корабельные скафандры! Не просто удобная одежда, но и абсолютная защита от статического электричества, коего на корабле быть не должно.