Дикий Огонь
Шрифт:
– Кириан, принеси вина.
Мальчишка, во все глаза пялящийся на Проповедницу, аж подпрыгнул от неожиданности. Секретарь и раньше-то умом не отчитался, а при виде знаменитых сисек и вовсе потерял дар речи. Хотя он в восемнадцать был таким же, только баб выбирал попроще.
Промокший плащ Проповедницы сушился у огня, в дорожном платье она казалась еще меньше. Маленькая, худенькая, лет семнадцать, не больше. И уже сделала такую карьеру. Интересно, какой именно частью тела?
– Что с террористами, господин наместник?
– Что с террористами?!
– Наместник аж поперхнулся. – Вы спрашиваете, что с террористами?! Напали на наш патруль в какой-то сотне метров от города и пожгли живьем, вот что с ними! Не делайте вид, что ты не слышали!
– Слышала. Все слышали. Я спрашиваю, что с ними сейчас.
– Попытались вылезти еще раз, но, к счастью, напоролись на засаду. Двух уродов удалось взять.
– Их сожгли?
– Еще нет. Пока что они живы. Хотя, - наместник мрачно усмехнулся, - не сказал бы, что они в целости и сохранности. Мои палачи пытаются вытянуть из них что-нибудь полезное. Остальные все там же. Сидят в лагере, убивают всех, до кого могут дотянуться. А вокруг чудовища.
– Потому что мы убиваем их.
– Мы?! Убиваем их?! Да их надо было перерезать изначально, а не отправлять в этот гребаный лагерь! Если б вы видели трупы, вы бы перестали их жалеть. Знаете, что они творят с нашими солдатами? Я послал несколько десятков человек в руины. Надеялся, после засады они ослабели. Они и полпути не прошли. Один выжжен изнутри, второй сожран крысами, а третий вырвал себе глаза. Вырвал. Себе. Глаза. Сам. Про остальных говорить не буду, поверьте, им повезло не больше. Это не просто колдуны, это Шамор во плоти.
– Вы развесили трупы их сторонников на деревьях. Неудивительно, что Трехпалый озверел.
Наместник фыркнул.
– Не равняйте правосудие с разбоем. Они монстры. Монстры по рождению и неоднократно доказали это своими деяниями. А что до трупов, у них нашли колдовские книги. Это назидание остальным. Пусть видят, ублюдки, что будет с теми, кто хоть на милю подойдет к магии.
– Они увидели. Боюсь, вам это не помогло. Чем больше будете убивать, тем больше убийств получите в ответ.
Глупая девка начиталась детских сказок, где все враги в итоге мирятся и идут в обнимку срать под кустик. Что ж, ей придется разочароваться. Пусть поживет недельку в Тан-Фойдене, где каждый день ты рискуешь умереть страшной смертью, посмотрим, что останется от ее миролюбия.
– Если вы продолжите в таком духе, город сгорит. Огнетворец не шутит.
– О нет, не город, - Якоб мрачно усмехнулся. – Еще немного, и я спалю этот лагерь к Шамору.
– Не спалите. Сами сказали, вокруг чудовища.
– Разберемся. Сотне солдат один монстр не помеха, будь он хоть с Изнанки, хоть из самой Тьмы.
И ты не помеха, если продолжишь лезть, куда не просят.
– Полезете на них, и огнетворец подожжет вас первым. В конце концов, он умеет это делать гораздо лучше вас. И потом, я не позволю вам спалить полсотни людей.
– Жалеете этих кровожадных тварей?
– Они люди! Такие же, как и мы, загнанные в угол, угнетаемые, годами содержащиеся в нечеловеческих условиях, оставленные без выбора. Стоит ли удивляться, что теперь они хотят отомстить? Особенно Аскольд Андван, - Проповедница сделала ударение на последнем слове.
Наместник сжал кулаки под столом. Никому здесь не дозволено произносить эту фамилию.
– Ваши люди, - медленно проговорил наместник, - полгода назад устроили бунт и убили всех. Всех: мужчин, женщин, надсмотрщиков, уборщиц, прачек, без разбора. А головы насадили на пики ворот. Ваши люди, пусть и невольно, выпустили шаморовых тварей. А теперь эти люди сидят в восьми милях от города и нападают на купцов и всех, кому не посчастливится подойти к ним достаточно близко. Расправляются с ними с такой жестокостью, которая вам и не снилась. А, если армия Лофт все же атакует, эти люди ударят нам в спину и обрушат город во Тьму. И что же вы предлагаете делать с этими прекрасными людьми? Ждать, когда они всех перебьют?
– Монстры вас от них не защищают?
– Еще как защищают. Их от нас. Гребаный Аскольд как-то проходит, когда ему надо.
– Я поговорю с ними. Пойду туда.
Забери его Изнанка! Он-то думал, что таких дур не бывает. Значит, слухи не врут, девка действительно верит, что с магами можно наладить мир и жить долго и счастливо. Мясников можно призвать к состраданию, а лисицу убедить не жрать зайца.
– Вокруг лагеря творится Шамор знает что. Из-за этих выродков там сама реальность рвется. Сделаете неверный шаг и останетесь валяться в двух частях, одна половинка тут, другая через десять метров. А даже если вдруг, по невероятному везению, вам удастся подойти к лагерю, вас сожгут заживо.
– Я дам понять, что я не враг.
– Для них враги все. Вы не пройдете.
– Я пройду.
– Как?! – терпение наместнику, наконец, изменило. – Споешь песенку о мире во всем мире, ромашками их закидаешь, и они прослезятся?! Дура столичная, ты приехала в пекло! Оставь свои больные фантазии о переговорах и либо дай мне делать свое дело, либо убирайся. Здесь не место для глупых девчонок.
На Проповедницу тирада не произвела ни малейшего впечатления. Ну и пусть дохнет, если хочет, одной проблемой станет меньше.
– Я пойду к ним и поговорю, господин наместник, нравится вам это или нет. Выделите мне эскорт или не выделяйте, дело ваше. Жечь людей я вам не дам, такова воля Максимильена де Лантора.
Якоб обреченно махнул рукой.
– Хочешь умирать – умирай. Эскорта я тебе не дам, не хочу терять своих людей. Пойдешь одна.
– Хорошо.
– Я провожу госпожу, - вдруг пискнул Кириан.