Чтение онлайн

— До са-а-амо-ого кра-а… — затянул было Наг, но женщина грубо тряхнула его за рукав и он умолк.

— Я этой должности в мэрии ждала несколько лет! — зашипела прямо в ухо Ламия, опасно приблизившись, и Наг по привычке съежился. — Мой муж отвалил за неё три слитка золота! Если из-за вас я потеряю должность, так прокляну, что семь реальных монахов не отшепчут!!!

— Ой, не пугай, сестрёнка! — не выдержал музыкант. — Пойдём, лучше, их поищем. Они, придурки, заметные.

И в самом деле, один из пропавшей троицы нашёлся едва ли не сразу, Наг даже яблоко с лотка украсть не успел. Конечно же Горын.

Видно было проклятого высидиша издали, ибо находился он на высоком, ярко освещенном борцовом ринге, возвышался в углу всё в той же грубой монашьей термухе с опущенным и затянутым капюшоном — один рот и торчит. Хвост атамана агрессивно гулял вокруг широко расставленных в бойцовой стойке ног, язык бесконечно выглядывал и прятался. Сердце у Нага ёкнуло и замерло, но быстро одумалось и заработало в два раза быстрее. Уборщик затирал кровь на покрытии, другие двое тащили с ринга тушу мутанта.

— Треш-ш-пакет, — тонко просипел Наг. — Какого пс-са, ублюдок?!

Он перевёл взгляд в другой конец ринга и чуть не помер на месте, а клоака дернулась и сжалась в узкую дырочку, хоть проволоку перекусывай. Сука-мать!!! Там стояла дикая девка, змеевичка, с которой всё и началось, которой он обязан был своим рабским ошейником, Наг никогда её не забудет. Плохой его гороскоп! Голая, в одной короткой юбке, в бойцовой позе с упором на левую ногу, с гуляющим по ногам хвостом. Эти двое друг друга стоили. И плевать, чем там дело у них закончится, славными пиздюлями пахло даже с такого расстояния. Горын просто убьёт Нага за краденый респиратор, раздавит как таракана. Расплющит кулаком его тупую голову и помочится на труп.

— А чтоб к воротам выбраться, надо на той стороне фуникулёр поймать? — спросил он у Ламии.

— Нет уж, — прошипела та, железной хваткой вцепляясь в его локоть, — никуда ты не пойдёшь! Или я сейчас вызову охрану.

— Откройте!!!

Сперва Адам бесновался, кричал и тряс стальную решётку. Затем понял, что на шум охранным роботам плевать, они молча заполняли свои бумаги, и выглядело это странно: сидели вдоль стены неподвижно, только лампочки во лбу и горели в знак включения, как вдруг принимались плеваться из щели в боку готовыми протоколами, составленными на его соседей-алкашей, орущих песню в соседней камере полицейского участка, воришек-репти в другой соседней камере, и на Адди, который метался по тесному загороженному пространству, пока один из робопсов через решётку не ткнул в него зарядным хвостом. Трысь! Тряхнуло — няня не горюй, Адам сразу попустился и успокоился к вящей радости, точнее, злорадству рослого парня в синей шерстяной термухе, дежурящего за стеклом, в наушниках, перед мониторами. Иногда парень ритмично покачивал головой, кажется, слушал музыку. Алкаши с воришками были скучны ему и привычны, в то время как Адам реально залетел.

Ножи с отвёрткой у него забрали ещё на ярмарке, а вот деньги и ремень уже тут, под опись, что, теоретически, давало возможность получить их назад. Где сейчас Ольга — он не знал, а уж где няня — тем более, и про шлюхоробота думал меньше всего.

Койка была в меру мягкой, только матрас вонял мочой и застарелой рвотой. В углу стоял переносной экотуалет, оттуда тоже потягивало. Адам закрыл глаза и перед внутренним взором начали навязчиво мелькать дурацкие события, закончившиеся его арестом. И, как Адам не крутил, выходило, что сам и виноват, увы.

Во-первых, потерянные рюкзаки со всем буквально нужным и полезным, с палаткой, сменными термухами, одеялами из козьей шерсти, с сухарями и белковыми тюбиками, инструментами и аптечкой. С питьевой водой. Всего лишились! Следовало срочно купить новое, хотя бы основное, и они пришли в ближайшее обитаемое место — фармкопь. Тут удалось неплохо толкнуть найденное золото, не просто по весу, как металл, а как предметы старины, до которых копчане весьма охочи. Пожалуйста, покупай что душе угодно! Те же рюкзаки да одеяла, хоть и дорого всё копи, зато какое качество! Но нет, Адам отличился повторно:

— Няня, ярмарка у них смотри, какая людная, небось с ареной, давай удвоим сумму! Глядишь, и на верблюдов хватит.

Ринг и в самом деле нашёлся, а в нём — хозяин, увешанный золотом репти с татуированной мордой. Ня долго спорила, начала торг с пятидесяти процентов сбора, но согласилась и на меньшее.

— Три боя, дылда, — сказал учредитель, тыкая когтистым пальцем в её мускулистый живот. — Три. И в финале третьего ты ляжешь.

Обычное нечестное требование, в половине случаев она соглашалась и специально проигрывала, если оплату давали приличную.

В соперниках были мутанты-переростки, само собой люди, впрочем, опасные на вид, один — с когтями по колено, другой зубатый, как туннельный мотылёк, третий вообще — с рогами. Ничего, ня разберётся. Рогатый, здоровенный, был местной достопримечательностью, популярным бойцом, урождённым копчанином, и ему обычно выбирали соперников покруче, а на выход включали светомузыку. Сегодня он собирался драться с привозным, шахтарским бойцом, но тот не доехал — потерялся в Степи, а достойной замены отыскать не смогли.

— И с-сорок процентов с-сбора.

— Нет, дылда, расклад такой: бойцы на всех получают шестьдесят процентов сбора, из которых твои законные — двадцать, при учёте, что ты ляжешь, потому что он — звезда, а ты просто Нагиня с какой-то копи. Сечёшь?

— С-сколько это в шахтарских магнитных? — подумав, уточнила ня.

— Тыща. На степные иногда и полвеса металла.

Ня бросила на Адама короткий быстрый взгляд, означающий, что примет сделку. Отколотит двоих и поддастся горе мяса с рогами на спине и голове, чьими постерами был увешан шатёр учредителя.

— Он тоже дерётся? — татуированный кивнул на Адди, золотые его серьги звякнули. — В малом весе на разогреве выступит?

— Да! — радостно сказал Адам.

— Нет! — синхронно с ним отрезала ня. — С-слишком мал.

На бой Адам и не рассчитывал. «Один побитый из нас-с двоих, — говаривала ня. — Ес-сли двоих ис-сколотят, как идти с-сможем? А я принес-су больше денег, чем ты». Конечно, теперь у них была Ольга, но в её полезности по уходу за побитым оба одинаково сомневались и Адам вздохнул, соглашаясь.

Дальше схема была отлаженной: он поставил на два выигрышных боя и третий проигранный, хотел занять место рядом с секундантом, который должен был помогать ня в перерывах, да только в первые ряды его не пустили. Всё пространство вокруг ринга и нижние ряды занимали привилегированные местные, пришлось притулиться с краю. Да подумаешь! Главное, денег скосить столько, чтобы и снарягу взять, и двух верблюдов.

Первое время всё шло по привычному плану. Скучая, он посмотрел разогревочные бои, прикидывая собственные шансы, судя по всему, неплохие, если не считать основного гладиатора в среднем весе, возрастного мужика с немалым опытом. Адди мысленно повторял его выпады и думал, как бы вёл себя против дядьки, ничего не придумал путного, тот был слишком изворотлив и хитёр. Также думал, в чём состояли ошибки его противника, которого, кстати, утащили с арены под руки, так отделал. Казалось бы, чего прикидывать, если не попробуешь, но так и сяк воображал себя на ринге.