Дочь Короля. В погоне за счастьем
Шрифт:
— А ну отвернись, развратник! — закричала она.
Незнакомец послушно отвернулся к каменной стене.
— Я не хотел вас обидеть. Это не то, о чем вы подумали. Уверяю, я сам ничего не понимаю…
— Ты кто такой? — повторила вопрос Стузи, натягивая на себя первое попавшееся платье.
— Умоляю, вы не должны меня бояться. Я лорд Валд из Трагии. — ответил парень со спины.
— Ладно, поворачивайся и объясни, что в моей пещере делает достопочтенный лорд.
Валд развернулся и только тут Стузи заметила, что грудь молодого лорда была перевязана холщовыми бинтами. Девушка прикусила свой словоохотливый язычок. Видимо, дело серьезное.
Новый подопечный Отшельника поведал ей странную историю, о том, как его в беспамятстве подобрали и приютили у себя два старика, благодаря которым он выжил после серьезного ранения.
Стузи внимательно слушала, чутье подсказывало ей, что парень не лжет. Слишком уж искренними и серьезными были его черные глаза.
— И кто тебя так? — спросила она
— Король Лагеррии- Алдер.
Стузи до слез рассмеялась.
— Умоляю, не обижайтесь, лорд Валд. Этот смех не про вашу честь. Просто мне до ужаса странно, доколе… Хотя, если вы живы, это многое объясняет…
Белокурая красотка осеклась, поднесла ладонь к губам и завопила от ужаса.
— Трелла! Где сейчас Трелла? — заорала она так, что едва не устроила обвал.
Валд озадачено уставился на девушку, пожимая плечами, не понимая о ком идет речь. Блондинка, как умалишенная стала носиться по пещере, собирая вещи в дорогу.
— Далеко собралась? — оборвал сборы вернувшийся Отшельник.
— Трелла осталась в Трагии. Надо спешить!
— Оставь Принцессу в покое! Со своим будущим она разберется сама.
Стузи рассвирепела.
— Ты не понимаешь? Трелла, она как слепой котенок, ее нельзя оставлять одну. Обидят!
— Трелла больше не нуждается в твоей опеке. Позволь ей полагаться на саму себя. А вот кое-кому, твоя помощь сейчас необходима. — Отшельник незаметно кивнул в сторону лорда.
Стузи сжала кулаки и выбежала из пещеры. Оказавшись на свободе, она попыталась обернуться в горностая, но у нее ничего не получилось.
— Не старайся- осадил ее Отшельник, — ты больше не оборотень, ты больше не ведьма. Сила отказалась тебя!
Стузи задрожала и закрыла глаза. Она вспомнила все, даже то, что однажды ей приказано было забыть, когда старое прошлое заменила удобная версия. Отшельник подошел к ней и обнял.
— Все кончилось! Теперь ты просто красивая девушка. Смертная и бренная. Поэтому, поклянись мне, что больше никогда не будешь стоять на пути у Лагеррийца.
— Но- Трелла!?
— Это ее судьба. — сказал Отшельник и вернулся на тропу, уводящую в пещеру.
— Я обещала сестре спасти Ревера! — прокричала блондинка в сгорбленную спину.
— За этим дело не станет. Только ты останешься здесь. Поклянись мне!
— Клянусь! — ответила Стузи, скрестив за спиной указательный и средний пальцы.
Порошок высыпался из бархатного мешочка и завис мутным туманом над седой головой. Смесь распалась на исходные ингредиенты, сцепившись частицами воедино. На столе оказались: зуб ящера, коготь летучей мыши, пучок разрыв- травы, плоды белладонны, пара веточек изъящера болотного, редчайшего ценного растения, которое цветет раз в тридцать зим. Старик придирчиво изучил состав, а после вынес вердикт:
— Жертва не напрасна, замес с подковыркой, извращенный рецепт. Без исходника- проигрышный, но только не для моего опыта. Час времени и все будет готово.
Зарывшись в книгах, Отшельник занялся перегонкой формулы лечебного настоя, избавляющего от последствий апоплексической летаргией. Он долго перетирал компоненты противоядия в каменой ступке, а после залил полученную смесь расплавленным золотом.
В это время, разгоряченная Стузи, в тысячный раз пересекая пещеру на своих двоих, в красках описывала в какой части замка Медрич и под какими засовами томится в заточении несчастный Ревер. Валд переводил удивленный взгляд то на старика, то на девушку, стараясь уловить смысл происходящего. Лорда мучили предположения и вопросы, он не смел отвлекать хозяев пещеры.
К приходу Сони противоядие было готово. Схватив с полки пустой флакон, старик влил туда содержимое пиалы, запечатал шипящие зелье свинцовой пробкой и присутствующие распрощались. Маги растаяли, перешагнув границу портала, оставляя молодежь в смущенном одиночестве.
***
В тайной комнате не жгли свечей, пристанище умирающего короля было черно. Отшельник запустил вверх сферу, та зависла над потолком, слабо подсвечивая обзор. Через мгновенье к первой присоединилась вторая. Только после этого обстановку можно было рассмотреть доподлинно.
Ревер лежал в кровати. Ссохшийся скелет, покрытый желтой кожей, глазницы провалились, скулы и нос заострились, властелин Чаззии истлевал заживо. В углу, ощетинившись длинным подшерстком, отплевываясь и почесываясь, сидел морок. Копия уже слабо напоминала не то что Ревера, но и просто человека. Морда вытянулась и почернела, уши удлинились, крупные влажные глаза вылезли из орбит. Возвеличенная Хеллен давно не навещала своих подопечных.
Соня помогла раскрыть плотно сомкнутые губы. Старик влил противоядие в горло короля. Сначала ничего не происходило, но через минуту Ревер стал жадно хватать воздух пересохшим ртом и закашлялся.
— Ваше Величество, вы меня слышите?
Ревер открыл глаза и попытался разглядеть говорящего, а после согласно замычал.
— Выпейте лекарство до дна. Оно вам поможет.
Король стал жадно прихлебывать бурлящее зелье. К ни го ед . нет
— Вы были больны, Ваше Величество, но сейчас идете на поправку. Скоро вы окончательно придете в себя, и у вас появится масса вопросов. Ответы будут ждать вас в Лагеррии. Вас там давно ждут. Вы слышите меня?
Лицо Ревера порозовело, кожа разладилась, в глазах появился блеск и осознанность.
— В Ла-ге… Все от-ве-ты в Ла-ге-ррии… Ждут… — запинаясь повторил Ревер, стараясь правильно выговаривать каждое слово.
Маги переглянулись и удовлетворенно покачали головами.
— Выспался и полон сил! Ох, не завидую я кое-кому. — заключила Соня
— Главное, чтобы с голодухи кишки не порвал.
— Обойдется, Ревер бывалый вояка.
— Сдается мне, что бывалому вояке не мешало бы помочь! — предложил Карл.
Соня согласилась, подельники ударили по рукам и провалились вниз. С их исчезновением, морок пошатываясь поднялся с кресла и рухнул на карачки. Пуговицы на тесном камзоле отлетели в стороны, швы на одежде разошлись, руки удлинились, вместо распухших пальцев появились роговые окончания копыт. Сквозь остатки магии продрался конь гнедой масти, соскучившийся по свободе, он призывно заржал.