Чтение онлайн

Нет, не беспомощным. В сознании начали всплывать отрывки из мерейской книги, и на этот раз их смысл стал ясен. Слова соединились с воспоминаниями об изгнанных мной моргорах.

Я поднялся из Темных вод и закричал, ощущая веревки на теле. Среди сапфировых и серых огней Пустоши замелькали оранжевые огоньки, их становилось все больше, даже больше, чем звезд в ночном небе.

Сначала ко мне повернулись гистинги. Потом слетелись стрекозы, рокот их крыльев перешел в гул, они окружили меня, как морская пена, так что я не мог разглядеть сквозь них Мэри. На мгновение накатила паника, но когда она исчезла, в душе родилась надежда – дикая, безрассудная надежда, и я твердо решился.

– Приди! – обратился я к Темным водам. – Вот он я, приди!

Среди деревьев загорелся новый свет, кроваво-оранжевый и ужасающе стремительный. Воодушевление захлестнуло меня и тут же сменилось паникой: оставались считаные секунды до их появления.

В мире людей мне удалось освободить одну руку от веревок. Я сжал в кармане монету. Задыхаясь и потея, я вернулся в сознание. Пираты и пленники с восторгом наблюдали за Лирром, стоявшим перед лиственницей. Огонь все еще полыхал, и его языки поднимались слишком высоко, чтобы я мог разглядеть Мэри.

Она никак не могла остаться в живых. Я знал это, но не хотел верить. И в этот момент услышал голоса. Они были тихими и далекими, но шепот становился все сильнее. Гистинг, стоявший с Лирром, поднял голову и посмотрел на верхушки деревьев, которые колыхались не от ветра, а по собственной воле.

Раздался треск, затем шелест. На ветвях проклюнулись листья, от них в морозном воздухе шел пар. Снег и лед под моими коленями растаяли, туман застилал землю. Вскоре пробился мох, зеленые ковры поползли по корням, камням и деревьям. Из земли поднялись головки грибов, а над костром вырос пышный зеленый полог. Холод исчез, и спящая Пустошь пробудилась в теплых сумерках середины лета.

Неподалеку раздался недоуменный возглас Пенна.

Мир недолго пребывал в безмятежности. Как только сладкий теплый воздух наполнил мои легкие, костер угас. Вокруг нас сгустилась тьма, заклубился дым, и из Иного вырвалось чудовище.

Огромные щупальца обвились вокруг стволов деревьев, листья сразу опали, и деревья застонали. Чудовище воплотилось в кроваво-оранжевый кошмар, повисший между деревьями над нашими головами, – клыкастый, хищный союз осьминога и паука-охотника, размером с гарпию.

Дым повалил мне в лицо, когда я смотрел на вызванное мной чудовище, и волнами накатывал ужас. Я хотел отвлечь Лирра, но это… Что я наделал? И где Мэри?

– Бегите! – крикнул я Пенну, своей команде, всем, кто мог услышать и откликнуться.

Одновременно я бросился к погасшему костру по теплой летней земле.

Все разбежались, и похитители, и пленники, спасаясь от чудовища. Кто-то все еще восторженно наблюдал за Лирром, окруженным густым сладковатым дымом, не обращая внимания на опасность. Лирр повернулся. Раздражение сменилось ужасом, когда он увидел, как тварь выползает из ткани мира и устраивается на деревьях прямо над нашими головами.

– Мэри! – Я закашлялся и закрыл нос от дыма, глаза щипало, пока я пытался разглядеть ее в гаснувшем пламени. Но было слишком темно, а дым был слишком густым, и жар все еще поднимался от почерневших углей. Я не мог понять, жива она или мертва.

– Мэри! – крикнул я. – Мэри!

Надо мной содрогнулась лиственница. Лирр продолжал смотреть на нее, а его гистинг спустился к костру, такой же бесформенный, как и дым вокруг нас. Подобно мне, гистинг, похоже, не нашел того, что искал. Неужели Мэри сбежала в суматохе?

Словно почувствовав невысказанный вопрос, гистинг на мгновение поднял на меня глаза. У него не было лица, но в тот момент он был похож на Лирра. Он и был Лирром.

Вызванное мной чудовище издало хищное душераздирающее рычание.

Оно спустилось ниже. Кроваво-оранжевый свет разливался над нами все быстрее, становясь с каждым мгновением более и более объемным. Наконец его свет померк, когда он полностью просочился сквозь границы между мирами и оказался в арктической Пустоши. Даже сила магни не могла побороть страх команды Лирра. Те немногие, кто еще оставался на месте, кинулись прочь. Но чудовище и не думало их догонять. Вместо этого оно устремило свой взгляд на гистинга Лирра и бросилось в атаку.

Гистинг исчез, а Лирр, побежав вверх по холму, скрылся в тумане. Хищник взревел от досады и повернулся ко мне. Он не произносил ни слова, но я знал, чего он ждет.

Приказа.

Мне хотелось смеяться и плакать одновременно. Приманить тварь, чтобы она погналась за мной и провалилась в мир людей, – это одно. Но управлять им? В книге рассказывалось о таком, но справлюсь ли я с чудовищем?

– Напугай их, – сказал я, стараясь не звучать слишком жалко и взвинченно. – Но никого не убивай.

Чудовище взвизгнуло и скрылось в деревьях, преследуя пиратов Лирра. Я не был до конца уверен, что оно подчинится, но непосредственной угрозы, похоже, оно больше не представляло.

Я попятился, ужас и благоговение на мгновение овладели мной. Но тут до моих ушей донеслись крики, я увидел Пенна, с трудом поднимающегося на ноги, и вспомнил, кто я такой.

Мимо меня в вихре дыма пронесся пират. Не задумываясь, я выбросил вперед левую руку, попав кулаком точно ему в челюсть. Он упал, а я стащил с его пояса нож и саблю. Раненая рука не дала бы мне фехтовать, но нож был не для меня.

Через мгновение я оказался рядом с Пенном, поспешно освободил его от веревок и протянул ему нож.

– Соберите кого сможете и атакуйте, – приказал я моряку. – Найдите мистера Кео и мисс Скэрроу, если получится.

– Есть, сэр!

Окровавленная нога Пенна едва удерживала его вес на суглинистом лесном склоне, но это не помешало ему начать выкрикивать приказы. Все, кто остался в живых из наших людей, стали собираться вокруг. Команда Лирра пряталась где-то в лесу, но, поскольку их предводитель исчез, а сами они разбежались, у нас появилось время для передышки.

Где-то на краю хаоса из тени возник новый силуэт. Я повернулся и поднял саблю, чтобы хотя бы защититься, но обнаружил, что на меня смотрит мое собственное лицо.

– Бен? – выдохнул я, опуская раненую руку.

– Ата решила довериться мне, – ответил Бенедикт, откидывая с глаз мокрые от пота пряди. Он был весь в грязи и легко одет, благо мороз уже отступил. – Я могу быть очень убедительным. Это чудовище – твоя заслуга?

Прежде чем я успел ответить, из леса выскочили три пирата и напали на нас. Мы с Бенедиктом расступились. Он парировал удар и вогнал саблю в грудь противника. Я вспорол живот другому и кинулся на последнего, но Бен уже пронзил его насквозь.