ЖАНРЫ

Дочь врага Российской империи. Дилогия
Шрифт:

– Все нормально, няня, – успокоил ее он. – Теперь я знаю правду, а ты ни в чем не виновата. Он говорил о моем настоящем отце?

– Говорил, – вздохнула няня. – Говорил всякий раз, что отомстит, что месть – холодное блюдо, что он дождется своего часа. Грозился отнять у обидчика все, даже жизнь. А потом вовсе приходить перестал. Ты подрос, дедушка тебя забрал… я сюда переехала… – Няня перешла на шепот. – А потом друга его казнили. Боярина Ивана Морозова. И я подумала… не ему ли… отомстили? Ты ж вот… к вдове его сегодня ездил… не просто так?

Матвей молчал, но не от потрясения. Он и раньше подозревал, что Шереметевы причастны к делу Ивана Морозова. И даже как-то легче стало, что главный виновник – не дедушка, а его сын.

Слова няни, разумеется, надо проверить. Если она права, то Ивана Морозова предал друг. А дедушка защищал сына. Как ни крути, месть Яры приведет к краху рода Шереметевых. Матвею придется выбирать, Шереметев он или Морозов. По сути, он ни тот, ни другой. Но если он промолчит, то предаст Яру, а если расскажет ей правду – предаст деда.

Няня вновь принялась извиняться, по-своему расценив молчание Матвея. Это привело его в чувство. Успокоив ее, он отправился к друзьям, где и узнал об очередном безумном плане дяди.

«А ведь он, наверняка, помогал деду, – мелькнуло в голове. – И, значит, тоже виновен в предательстве и подлоге?»

Матвей смог бы скрыть свои эмоции, если бы не находился в обществе трех эсперов. Вот же… повезло! Три пары глаз уставились на него выжидающе. Но он не обязан объяснять, отчего так муторно на душе.

– Тамара Егоровна никому о нас не расскажет, – выдавил он. – Куда теперь? Сава?

– А черт его знает, куда, – неожиданно выдал Сава. – Александр Иванович сказал, что отсидеться в служебной квартире не удастся. Кто-то может узнать, донести. Дня на три надо залечь на дно.

– Переночевать мы можем здесь, – сказал Матвей. – Тамара Егоровна предложила. Она и на три дня приютит, но, пожалуй, не стоит. Соседи могут заинтересоваться. Все же нас четверо.

– Козельск – город маленький, – заметил Леня. – Отсюда надо уезжать. Даже изменив внешность, мы на виду. Нас четверо, и мы приезжие.

– Я могу предложить только родовой подвал Морозовых, – фыркнула Яра. – Хотя… Если император знал, где дедушка прячется, то знал кто-то еще. Скорее всего, Разумовский. Я не уверена, что защита от чужой крови не пропустит эспера внутрь подвала, если идти через Испод.

– Где вас точно не будут искать? – подсказал Леня. – Там и надо пересидеть.

– Там, где не будут искать… и где у нас не попросят документы… – задумчиво произнес Сава.

Они так ничего и не придумали. Чтобы в гостинице поселиться, нужно паспорт предъявить. Друзья, знакомые – все мимо. В большом городе можно затеряться, но ведь и ночевать где-то надо. В лес идти, туристов изображать? Снаряжения нет.

Леня как-то незаметно влился в команду. Теперь, когда они не следили за словами, как-то не казалось, что от него нужно что-то скрывать. Матвей доверял чутью Савы и Яры, да и собственная интуиция подсказывала, что Леня – свой человек.

Беспокоила Яра. Она все больше отмалчивалась, за разговором не следила, уставившись в одну точку отстраненным взглядом. Ее можно понять. Встреча с матерью получилась не лучше, чем у Матвея. Но ему тогда Сава не позволил рефлексировать, быстро выбил всю дурь из головы. А Яра предоставлена самой себе. И она… девочка. Там еще и брат младший, родной, рожденный в законном браке.

Выручил Сава. Любит он Яру, это и дураку понятно.

– Лень, пойдем на кухню, хозяйке поможем на стол накрыть, – сказал он. – Яр, Матвей, вы пока тут… приберитесь.

– Я тоже могу на стол, – дернулась Яра.

– Кухня маленькая, мы там все не развернемся, – остановил ее Сава.

И Матвею знаком показал, что минут десять у них есть.

Искать утешение в объятиях брата Яра не пожелала.

– Все со мной нормально, – сказала она. – Не нужно так рисковать, мы не одни.

Правда, заметив огорчение Матвея, чмокнула его в щеку.

– Я не сахарная, братик. Если ты беспокоишься, что я переживаю из-за матери, то это не так. Все лучше, чем я себе представляла. Я же не строила иллюзий. Я, вообще, ее видеть не хотела. Приехала за информацией. Кое-что узнала. И все равно ничего не сходится.

– И до чего ты додумалась? – поинтересовался Матвей.

– Если мой главный враг – Разумовский, то почему он отдал меня Шереметеву? Вот этого я не понимаю. Разумовский мог узнать о моем даре от деда. От моего, который провидец. Потому маму и заставили написать отказ. Разумовский имел на меня планы и хотел курировать мое обучение. Логично?

– Логично, – согласился Матвей. – Но он не подтвердил твой дар. К дяде ты попала случайно, и он получил право заниматься твоим обучением.

– Несмотря на то, что я – крепостная императора, – напомнила Яра. – Хорошо, допустим, что это не противоречило цели Разумовского, какой бы она не была. Пусть обучает кто-то другой, он все равно сумеет меня заполучить, через императора. Так?

– Так, – кивнул Матвей.

– Но, если он тот, кто убил отца, он не мог так поступить. Он контролировал бы каждый мой шаг.

– Если он и враг, то не главный, – выдохнул Матвей.

Кажется, он сделал свой выбор. Хоть так, хоть эдак, быть ему предателем.

– Ты будто знаешь наверняка, – нахмурилась Яра.

– Полагаю, что знаю. Это нужно проверить, но вероятность высока. Яра, твоего отца предал Павел Шереметев.

– Что? Ерунда! – отмахнулась Яра. – Я читала материалы дела. Твой отец… то есть, тот, кого ты считал отцом… Он единственный, кто защищал моего отца.

– Он знал, чей я сын, – упрямо возразил Матвей. – И мечтал отомстить.

Во взгляде Яры мелькнуло понимание. Она взяла Матвея за руку, сжала пальцы.

– Я разузнаю все тихо, без скандала, – пообещала она. – Возможно, ты ошибаешься.

Слабое утешение, но…

– Я на твоей стороне, Яра. При любом раскладе.

Она кивнула и обняла его, на мгновение прижалась… и отстранилась. Вовремя. В комнату заглянул Леня.

– Есть идите, – позвал он.

Идею, куда податься, подсказала няня. После ужина ей позвонила племянница, и разговор няню огорчил. Матвей, естественно, поинтересовался, что случилось.

Поделиться с друзьями: