Чтение онлайн

— Только маркиз, насколько я вижу, относится к супруге не так, как предполагает генерал. После свадьбы даже года не прошло, а в поместье уже три наложницы, а маркиза подвергается не только публичным унижениям, но и побоям.

— Господин, вы не так поняли. Это… Это клевета. Моя супруга… Она сама взяла в дом наложниц. Маркиза бездетна. У нее слабое здоровье. Я не могу ее заставить рожать наследников. Это сделают наложницы. Они… Они нужны, чтобы подарить маркизе материнское счастье.

Лицо Хан-Шэнь хоть и оставалось безучастным, но внутри князя с новой силой разгорался пожар ненависти. Этот подонок смел врать ему прямо в лицо. Нетронутую женщину обвинить в бесплодии, заставить ее растить бастардов, пользоваться влиянием ее семьи.

Все это было омерзительно. Но Хань только кивнул. Пока он не мог выдать их общую с Мин-Сю тайну. Взгляд князя скользнул поверх головы маркиза, упал на стол, зацепился за пластинку со странным узором, напоминающую старомодный оберег.

— Надеюсь, маркиз говорит правду.

— Я не могу вам врать, Ваше Высочество.

— По поручению генерала Вэй, все приданое маркизы находится под надзором торгового двора. И не забудьте возместить содержание, которое вы задолжали супруги. В противном случае мне придется обо всем доложить не только генералу, но и Императору.

Фэн-Жун упал на колени и трижды поклонился, ударившись лбом о пол. Хань вскользь подумал, что после двадцати ударов кнутом он двигался слишком резво. Можно было бы и увеличить количество ударов.

Дверь павильона распахнулась. Князь вышел на улицу. Зимний ветер подарил некоторое облегчение.

— Домой? — спросил Лян, забирая у хозяина окровавленный кнут.

— Сначала навестим ее. Хочу убедиться, что маркиза не пострадала.

Хань-Шэн

Чтобы не скомпрометировать маркизу, и лишний раз не привлекать к себе внимание, князю пришлось покинуть поместье через главные ворота и вернуться через хозяйственный двор. Маркиза не спала. В ее павильоне горели свечи, но слуг рядом не было. Мужчина вошел внутрь и плотно закрыл за собой дверь.

— Князь?

Девушка вскочила со своего места, упала на колени и опустила голову до самого пола. По спине князя побежали неприятные мурашки. Он, с детства привыкший к земным поклонам и подчинению, сейчас испытал неловкость и злость. Видеть любимую женщину на коленях, побитую и униженную, было невыносимо больно.

Он тут же бросился к ней, схватил за плечи и попытался поднять на ноги. Маркиза оказалась сильнее, чем казалась на первый взгляд. Все ее тело напряглось, и она не дала себя поднять. Сделала еще один поклон.

— Встань, — быстро сказал Хань. — Поднимись!

— Ваша ничтожная рабыня просит князя о защите! — голос Мин-Сю дрожал.

Она подняла голову и посмотрела ему прямо в глаза. По щекам текли слезы. На правой щеке алел кровоподтек от пощечины, припух уголок губы. В хорошем освещении побои оказались гораздо более серьезными, чем он думал.

— Нужен лекарь, — он хотел позвать Ляна, но Мин-Сю вцепилась дрожащими пальцами в подол халата и не позволила позвать помощника.

— Нет! Нельзя!

Мин-Сю

Мне было противно от этого спектакля. Но, это был единственный шанс спасти семью. Я надеялась, что у третьего господина империи была ко мне симпатия. Или, хотя бы чувство благодарности, которое не позволило бы оставить дочь генерала Вэй в беде.

— Маркиза, — Хань опустился на колени. — Ваше лицо пострадало.

Он аккуратно, дрожащими пальцами, коснулся уголка разбитой губы. Удар Мэй оказался сильнее, чем у Фэна. Но, несколько синяков ничего не значило в сравнении с тем, что на кону была жизнь всего рода Вэй.

— Это не важно! Князь, рабыня умоляет спасти…

— Я все сделаю, — он вдруг погладил меня по голове, и в глазах мужчины появилось что-то новое. Что-то, чего я еще никогда не видела в глазах мужчин. — Я заберу тебя отсюда.

— Господин, ваша рабыня…

— Не называй себя так, ты не рабыня!

— Я… Я прошу вас выслушать. Маркиз Фэн-Жун в сговоре с варварами!

Я замолчала. Необоснованные обвинения мужа могли стоить мне жизни. Хань отстранился, моргнул, поднялся на ноги. Все внутри напряглось. В этот момент решалось слишком многое. Я даже испугаться не смогла. Просто ждала реакции третьего князя. Но он ничего не сказал. Только подхватил меня на руки, словно я была невесомой, и понес в сторону кровати.

— Пол холодный, — сказал мужчина, опуская меня на кровать. — Завтра тебе доставят жаровни.

— Господин…

— Не называй меня так.

— Что?

— Не называй меня так. Наедине зови по имени.

Во рту пересохло. По имени? Даже мама никогда не называла отца по имени.

— Но… Как я могу? Вы сын императора.

— А ты моя единственная женщина.

Он сказал это спокойно, уверенно, словно озвучил истину, не требующую доказательств.

— Я… Мой статус… Я жена маркиза… Я не могу просить князя о такой милости.

Кулаки Ханя сжались. Но он ничего не сказал. Гнетущее молчание длилось несколько минут. Я была потрясена и не могла подобрать слов, чтобы вернуться к разговору. К счастью, Хань-Шэн начал его сам.

— Ты обвинила маркиза в измене, — от его тона похолодели руки. И мне снова стало страшно. — У тебя есть доказательства? Или мне нужно их найти?

Он смотрел мне прямо в глаза. И я вдруг поняла, что если бы доказательств не было, то они появились бы не позднее грядущего утра.

— Сегодня муж…

— Не называй его так! — приказал Хань и больно сжал мою ладонь.

Я кивнула. Руку освободить не путалась, чтобы его не разозлить. Только опустила взгляд. Стальная хватка тут же ослабла.

— Прости. Я впредь буду осторожен с тобой.

— Сегодня, — продолжила говорить, тщательно подбирая слова, — маркиз пригласил меня в кабинет, чтобы…

— Чтобы потребовать от тебя денег, — зубы Ханя сжались. Челюсть напряглась.

Он смотрел на стену и тяжело дышал, словно злился.

— Верно, — тихо ответила я. — У маркиза в кабинете, на столе, я заметила пластину с необычным узором. Она была накрыта бумагами, но орнамент мне удалось рассмотреть.

— Почему тебя привлек этот предмет?