Чтение онлайн

От неожиданной мысли я вспотела. Может, Олег и Клаус сообщники? Конечно, почему это раньше не пришло мне в голову? Естественно, они договорились, вместе улетели в Германию - Рихт приготовил для Гладышева документы на другое имя. Меня опять заколотило.

Дрожащей ногой я нащупала педаль газа и порулила назад, к Гарику. Обильный снегопад сильно затруднил движение, из-под колес впереди идущих машин разбрызгивалась жидкая грязь, но непогода меня не пугала - только бы Гарик не ушел.

Модельер оказался на месте и очень удивился, снова увидав меня:

– Вы еще тут? Заказали костюм?

– Целых пять, - бодро соврала я.
– Угостите выгодную клиентку кофе? Честно говоря, устала, никогда не думала, что перелистывание модных журналов так утомляет!

Сизов засмеялся и принялся насыпать в кофеварку порошок из ярко-желтой банки Lavazza.

– Примерки еще хуже, - сказал он.
– Работа модели - тяжелый труд! Попробуйте по пять-шесть часов стоять перед фотографом... А бесконечные дефиле? Сплошные нервы. Думаете, случайно в мире моды стоит проблема наркомании и пьянства? Девочки не выдерживают нагрузок.

– Ужасно, - вздохнула я.
– А из зала все так красиво: шикарные наряды, макияж, изумительное белье...

– Балет из партера - тоже волшебство, - улыбнулся Сизов, наливая кофе.
– А вы видели вблизи ступни балерины? Честно говоря, зрелище не для слабонервных.

– Кстати, о балете, - мило улыбнулась я, - вам передавал привет Клаус Рихт. Хотя лично мне кажется, что, украв полмиллиона долларов, не стоит лезть с поцелуями. Правда, переправить деньги легальным путем не было никаких шансов, понятно, пришлось рискнуть...

Гарик выронил чашку, на светло-зеленом ковре растеклась уродливая темно-коричневая лужа.

– При чем тут балет и Клаус?
– прошипел Гарик.

Значит, сочетание "полмиллиона долларов плюс Рихт" вас не удивляет! хихикнула я.
– Какое отношение немец имеет к танцам? Если помните, Олег училище при Большом окончил, и они сейчас припеваючи живут на ваши денежки...

– Кто вы?
– отрывисто спросил Сизов.

– Выгодная клиентка, - хмыкнула я.

Сколько вы хотите за молчание?
– побелел Гарик.
– И откуда знаете о моих делах?

Я демонстративно открыла сумочку, вытащила зеркальце, помаду и принялась подкрашивать губы. Сизов из бледного начал превращаться в серого... Может, Гарик и впрямь гениальный портной, не знаю, но с нервами у парня просто швах. Скорей всего, он не умеет играть в покер и не обучен блефовать. Мне же бабушка, страстная картежница, объяснила правила этой забавы в пять лет, и с тех пор я редко проигрываю, даже не имея на руках простенькой пары. Гарику следовало с невозмутимым видом сказать: "Что за чушь! Знать не знаю никакого Рихта". Но Сизов испугался, раскис. Да будь я на самом деле шантажистка, тут же увеличила бы вдвое сумму своего "гонорара". Разве можно так глупо себя вести?

– Игорек, - проникновенно произнесла я, - вы разлили мой кофе, сделайте новый.

Сизов покорно схватил банку Lavazza.

– Вам не надо бояться меня, - завела я.

– Сколько?!
– отрывисто спросил Сизов.

– Дело не в деньгах.

Модельер вновь уронил чашку на ковер. На этот раз уродливое пятно расплылось в другом месте, ближе к окну.

Я поцокала языком.

– Эх, пропал ковер. Хотя положение можно исправить. Сварить третью порцию и вылить у двери, и всем говорить, что пятна - дизайнерская находка. На что угодно спорю: через месяц ваши клиенты обзаведутся "кофейными" ковриками!

– Вы пришли надо мной издеваться?
– прошептал Гарик.

– Помилуй бог, конечно, нет!

– Что вы хотите?

– Адрес Клауса Рихта и сведения о нем.

Сизов уставился в окно, медленно-медленно его лицо стало приобретать естественный цвет.

– А если я не дам адрес?

Я вздохнула:

– Мы топчемся на одном месте. Естественно, я пойду к Завальнюку. Что-то я никак не пойму, вы не настроены получить деньги назад? Полмиллиона симпатичных зеленых бумажек?

– Вы хотите их вернуть мне?
– оторопел модельер.

– Конечно.

– Кто вы?

– Частный детектив, которого наняли, чтобы отыскать Олега Гладышева.

– Он мертв.

– Вот тут вы ошибаетесь, - мило улыбнулась я и рассказала о конверте с долларами, найденными в почтовом ящике.

Гарик вернулся к кофеварке. Мне стало интересно, где он теперь уронит чашку. Но модельер ухитрился донести емкость до стола и мигом выпить.

– Однако!
– возмутилась я.
– Хорошенькое гостеприимство! Сами пьете вкусный кофе, а гостье не предлагаете?!

– Клаус не мог взять деньги, - внезапно сказал Гарик.
– Это совершенно невозможно. Я доверяю ему как себе.

– Очень опрометчиво. Огромные суммы способны управлять людьми.

– Согласен, но не в этом случае.

Настал мой черед удивляться.

– Рихт мой двоюродный брат, - пояснил Гарик, - сын сестры матери.

– Катерины Неуманн?Именно.

– Но у них же разные фамилии.

– Ну и что? Первый супруг Катерины умер, она вышла замуж за Франца Рихта и родила Клауса, а фамилию от первого брака менять не стала.

– Знаете, - протянула я, - у меня много друзей-иностранцев, в Европе не принято жить с мужчиной, нося фамилию его предшественника.

– Ага, - кивнул Гарик, - только не в случае моей тетки. Она была известной актрисой, и сочетание "Катерина Неуманн" было брендом, понимаете?

Глава 13

– Клаус - дипломат, - принялся рассказывать Сизов.
– Первый раз его прислали в Россию очень давно, сразу после окончания университета.

Несмотря на то что большая часть сознательной жизни Катерины прошла в Германии, она считала себя русской и с маленьким сыном разговаривала дома только на родном языке. Хорошее знание русского решило карьеру Клауса.

В Москве он оказался еще до перестройки и в отличие от Гарика хорошо знал, что где-то на необъятных просторах СССР обитают его ближайшие родственники. Проведя в Союзе около года, Клаус понял, что, объявись он у своей тетки открыто, неприятностей не миновать. Поэтому Рихт обставил свидание тайно. Двоюродные братья встретились, подружились, а после восемьдесят пятого года стали свободно переписываться.

– Я пожаловался ему на то, что Завальнюк меня грабит, - продолжал Сизов, - и Клаус придумал этот ход с завещанием. Нет, он не мог взять деньги. И Олег - тоже! Кто-то ограбил и убил Гладышева!