Чтение онлайн

– Учти, - он погрозил указательным пальцем, - ты спас мою жизнь, я это ценю, но не вздумай открыто оспаривать мои решения, когда мы окажемся в Иканоре. Это недопустимо.

Теперь Эмир напоминал индюка, как никогда.

– Ты меня понял?
– каждое слово принца было сдобрено порцией желчи.

Гэбриэлу захотелось закатить глаза и послать его куда подальше, но он сдержался.

– Понял, - ответил он. Что ж, пусть Эмир устраивает свое шоу, это его королевство.

Процессия подъехала к ним. Ехавший впереди спрыгнул с коня. Это был мужчина лет сорока, высокий, подтянутый, с легкой проседью в темных волосах и бороде. Его глаза лучились радостью.

– Ваше высочество!
– выдохнул он и отвесил Эмиру поклон до самой земли.
– Вы живы! Это правда!

– Кто это?
– шепнул Джоф принцессе.

– Ноквелл, - ответила Эрилин, почти не разжимая губ, - много лет был правой рукой моего отца, а с тех пор, как Ридок стал активно участвовать в делах королевства, Ноквелл отдалился от дворца, и отец произвел его в главнокомандующие армии и королевской стражи.

Тем временем Ноквелл устремил взгляд на принцессу, его глаза расширились.

– Ваше высочество?
– ахнул он.

– Моя сестра спасла меня из плена, - сказал Эмир, - и помогла вернуться сюда. Поэтому я официально заявляю, что все обвинения в ее сторону были клеветой.

Ноквелл выдохнул и устало провел рукой по лицу.

– Слава Богу, - пробормотал он.
– Я так и думал.

Эрилин натянуто улыбнулась, можно было понять и без слов, что она подумала, что одной веры было как-то маловато, когда ее заперли в темнице и предоставили на растерзание стражников. Гэбриэл тоже нахмурился, представив, что стало бы с принцессой, если бы тогда ее притащили не в его камеру.

– Ты приказал взять Ридока под стражу?
– спросил Эмир.

Ноквелл вытянулся в струнку.

– Как и передал гонец.

– Его схватили?

– Не знаю, ваше высочество, я поехал встречать вас.

Эмир скрипнул зубами.

– Плохо. Его необходимо схватить, пока он ничего не успел предпринять. Он виновен в смерти моего отца и должен ответить за все.

Глаза Ноквелла подернулись праведным гневом.

– Будет сделано, ваше высочество.

– Хорошо, и не забудьте о его секретаре, - важно кивнул Эмир.
– А теперь, не медля, я хочу предстать перед своими подданными и сообщить им о своем возвращении, - он кинул быстрый взгляд на Эрилин, - и обелить имя моей сестры.

– Как пожелаете, - Ноквелл отвесил ему еще один поклон и распахнул перед ним дверцу кареты, - прошу вас.

– Пошли, Эрилин, - распорядился Эмир приказным тоном.

Принцесса не выглядела довольной, но все же слезла с коня и передала поводья одному из стражников.

Они с Эмиром сели в карету, и главнокомандующий закрыл дверцу, потом повернулся к остальным:

– Прошу следовать за нами, господа, - кивнул он и пошел к своей лошади.

Гэбриэл с Лорисом переглянулись.

– Шоу начинается, - пробормотал маг.

Гэбриэл хмыкнул.

– Похоже на то.

Ко времени их прибытия площадь была полна людей. Слухи о возвращении наследника разлетелись быстро.

Когда Эмир вышел их кареты, поднялся радостный гул, который тут же удивленно смолк при появлении Эрилин. Еще бы, ведь все считали ее виновницей смерти и отца, и брата. Надо отдать Эмиру должное, он оценил этот нюанс, и демонстративно взял сестру за руку, толпа ахнула и снова радостно загудела.

Принц и принцесса поднялись на помост, Лорис последовал за ними, чтобы включить громкоговорители, как и обещал.

Джоф потянулся за ними, но Гэбриэл поймал его за рукав.

– Куда? Тут и без нас полно драматических артистов.

Генти непонимающе уставился на него, но возражать не стал и остался у помоста.

– Ты туда не пойдешь?
– удивился он.

Гэбриэл скривился.

– Ни в жизнь, - отозвался он. Что бы там он ни обещал принцессе, Гэбриэл все равно не верил Эмиру.

Тем временем Лорис настроил громкоговорители, и голос принца разлетелся над площадью, подобно грому. Ропот в толпе смолк, и все, как завороженные, уставились на помост.

– Мои дорогие иканорцы, - провозгласил Эмир.
– Я рад приветствовать вас и сообщить о своем здравии и возвращении, - люди радостно загудели, но принц властно поднял руку, и голоса снова смолкли.

"Интересно, - отрешенно подумал Гэбриэл, - если он снова поднимет руку, они опять зашумят?"

– ... Я пришел сюда, чтобы рассказать вам правду о вероломстве своего дядюшки, самозвано провозгласившего себя королем. Это он виновен в смерти моего отца, короля Эрона. Он обвинил во всем мою сестру, пытаясь уйти от возмездия. Но правда всегда выходит наружу! Принцессе Эрилин удалось сбежать, и она разыскала меня и помогла вернуться домой. Теперь мы, дети Эрона Квинтано, здесь, и мы положим конец несправедливости. Я обещаю вам, что виновные будут наказаны, а я буду править так же честно, как мой отец, и сделаю все для своего народа.

– По-моему, он хорош, - шепнул Джоф.

– Ага, - хмыкнул Гэбриэл.
– Прямо соловьем заливается.

– За что ты на него так взъелся?
– недоумевал Генти.

Гэбриэл дернул плечом.

– Не знаю.

Эмир говорил долго, о чести, о доблести сестры, о коварстве дяди, а люди слушали его, поразевав рты. Что ж, видимо, принц действительно знал свой народ и правильно предугадал его реакцию. Никому не нужно было ничего доказывать, одного его появления было достаточно, чтобы люди обвинили Ридока во всех смертных грехах.

Появился Ноквелл, отлучившийся на время выступления Эмира, он выглядел довольным. Главнокомандующий поспешил к принцу, едва он спустился с помоста.

– Мои люди взяли Ридока, он пытался бежать, его схватили уже на выезде из города.

– А его секретарь?
– встревожено спросил Эмир, и Гэбриэлу показалось, что в поимке сатанида принц заинтересован даже больше, чем в дядюшкиной.

Ноквелл развел руками.

– Как сквозь землю провалился. Говорят, его никто не видел еще со вчерашнего дня. Усилить поиски?

Эмир подумал пару секунд.

– Нет, - решил он, - думаю, раз его никто не видел, он почувствовал опасность и сбежал еще вчера.

Не послышалось ли в его голосе облегчения? Или Гэбриэл сам подгонял факты под свои подозрения? Он не знал ответов.

– Ридока в темницу под особую охрану, - распорядился Эмир.
– И пусть все готовят к казни, проведем ее завтра на рассвете.

При этих словах Эрилин, стоящая за плечом брата, побледнела, но решительно сжала губы, соглашаясь со справедливым решением.