Чтение онлайн

– Я еще ни в чем его не обвинял, - напомнил он.

– Ах, значит, "еще"?!
– вскинулась принцесса.

Гэбриэл пожал плечами:

– Нам нужно больше информации.

Эрилин смотрела на него просто убийственным взглядом.

– Послушай меня, - ее голос звенел от ярости, - я скажу это только один раз, потому что я не хочу, чтобы разговор на эту тему когда-либо повторился. Я прошу, умоляю, требую, - ее руки поднялись, как если бы она хотела схватиться за голову, но потом опустились и снова сжались в кулаки, - чтобы ты никогда не выдвигал подобных предположений о моем брате. Он мой брат! Моя семья! Я верю тебе, как себе, но ему я верю еще больше, потому что Эмир мой родной брат!
– голос Эрилин стал еще громче.
– Если ты, и правда, любишь меня, никогда больше не смей говорить что-то о моем брате. Это жестоко! Это неправильно! Потому что я все равно не поверю! Ты не заставишь меня выбирать между ним и тобой. Это моя семья, понимаешь?

Что он мог на это сказать? Гэбриэл чувствовал себя отвратительно, но со своими подозрениями ничего поделать не мог. У него никогда не было семьи, чтобы так слепо кому-то доверять.

– Эр, я не хотел сделать тебе больно, - это все, что Гэбриэл мог сказать.

– Но сделал!
– ее щеки пылали.
– Да, я признаю, твои ощущения не обманули тебя тогда с Андресом, но Эмир не он. Здесь ты ошибаешься!

"Надеюсь, что именно я..."

В этот момент снизу из кают показался Джоф. Он выпучил глаза.

– Вы? Ссоритесь?
– ахнул он, будто считал такое совершенно невозможным.
– Что случилось?

– Ничего!
– отрезали Гэбриэл с Эрилин в один голос.

Генти испуганно попятился.

– Да я-то... Да я просто спросил...
– и он убежал обратно вниз, чтобы не вызвать огонь на себя.

Глаза Эрилин все еще яростно блестели.

– Разговор окончен, - отрезала она.
– Я пойду спать. Теперь меня тошнит не физически.

Гэбриэл ничего не сказал и не стал ее останавливать. У него на сердце тоже было скверно, но ощущения не обманывали его ни разу!

Он вовсе не утверждал, что Эмир все это затеял, но, возможно, что-то знал. Если сатанид позволил ему вернуться в Иканор, значит, его план предусматривал это изначально. Но что Гэбриэл может? Прийти и обвинить принца прямо, а потом посмотреть, лжет он или нет? Эрилин никогда ему этого не позволит.

Он вздохнул и задумчиво уставился на тихую гладь воды.

"Дай Бог, чтобы я оказался не прав..."

Неделя морского путешествия прошла без неожиданностей. Только принцесса теперь его всячески избегала, проводя время или в одиночестве или в компании брата.

А ведь Гэбриэл так стремился отдалиться от нее, и вот, пожалуйста, все произошло само собой. Но это почему-то не радовало.

Лорис нашел его на палубе. Солнце садилось за горизонт, а на следующий день судно должно было прибыть в Миранью.

– А, вот ты где!
– обрадовался маг.

Гэбриэл равнодушно пожал плечами.

– Я вообще-то и не прятался.

Лорис подошел ближе, в его взгляде была тревога.

– Тебя не было за ужином.

– Я не нуждаюсь в пище так часто, - отмахнулся Гэбриэл. Сейчас он нуждался кое в чем другом - в ответах.

– Что с вами происходит?
– не отставал маг.

Гэбриэл сыграл в дурочка.

– С кем это - с вами?

Но Лорис не повелся на эту удочку.

– Не притворяйся идиотом, - отрезал он.
– Ты меня прекрасно понял. Эрилин ходит, как в воду опущенная, ты какой-то задумчивый. Что-то случилось?

В том-то и дело, что ничего еще не случилось, совершенно ничего, что подтвердило бы его подозрения, а он уже поспешил и выдвинул обвинения.

Гэбриэл вздохнул. Что толку скрывать и увиливать? Лорис на его стороне, он прекрасно видел это по тревоге в его глазах.

– Эрилин мне кое-что рассказала, - признался Гэбриэл.
– Мы пришли к выводу, что переворот в Иканоре - дело рук сатанида.

– Ого!
– Лорис даже присвистнул.
– То есть нам придется столкнуться с сатанидом? Да уж, - он помрачнел, - нелегкая задачка.

– Меня волнует не то, с чем мы столкнемся потом. Меня беспокоит то, что события, произошедшие в Иканоре, в той версии, которая нам известна, совершенно не сочетаются с действиями Братства. Планы сатанидов сложные, многоступенчатые, идеальные. Они не срываются просто так, потому что принцесса по чьему-то недосмотру сбежала из-под стражи.

Гэбриэл еще раз убедился, что не ошибся в Лорисе. Этих слов было достаточно, чтобы маг все понял. Лорис нахмурился.

– Ты хочешь сказать, что если Эмир и Эрилин возвращаются домой живые и невредимые, план сатанида это предвидел?

"Хочешь сказать" точно неверная формулировка, ему совсем не хотелось говорить ничего подобного.

– Я думаю, что план не просто это предвидел, возможно, именно в этом он и состоял. Эмир возвращается домой чуть ли не народным героем, наследником престола, чудом спасшимся из плена, и разоблачает дядюшку. А дядюшка, как всем известно, никогда умом не блистал. Что, если Ридок всего лишь расходный материал?

Вот теперь глаза Лориса расширились от ужаса.

– Бог мой, только не говори, что ты выложил эти мысли принцессе?
– простонал он.

Гэбриэл поморщился.

– А почему, по-твоему, она смотрит на меня волком все эти дни?

– Вот дерьмо-то, - не сдержался Лорис.

– И ни говори, - признал Гэбриэл.
– Дерьмо еще то. Ты-то сам что об этом думаешь?

Маг поджал губы, будто демонстрировал, что вообще не желает думать и говорить на эту тему.

– Я ничего не думаю, - сказал он после затянувшегося молчания.
– Я не питаю симпатии к Эмиру, но тут я прекрасно понимаю Эрилин и ее реакцию. Ты ведь понимаешь, что фактически обвинил ее родного брата в убийстве их отца?

Еще бы он не понимал.

– А что, если я прав?
– не сдавался Гэбриэл. Он не мог объяснить свои ощущения известными словами. Это говорило подсознание и прекрасная осведомленность в методах сатанидов.

– У нас нет доказательств, - напомнил Лорис.

Что ж, по крайней мере, он употребил "у нас", а не "у тебя".

– Но мы должны держать с Эмиром ухо востро, - продолжал настаивать Гэбриэл.

Лорис еще немного помолчал.

– На самом деле, я не верю, что принц способен на нечто подобное, - наконец, решил он.
– Эмир не герой и далеко не золотой души человек, скорее уж избалованный эгоист, считающий себя лучше других, но он не подлец. И он заботится о своей сестре, конечно, в свойственной ему эгоистичной манере, но заботится.