Чтение онлайн

— Надеюсь, ты не убил и не покалечил мастера?
– забеспокоился командир десятка.

— Нет, и пальцем не тронул. Это он меня пытался покалечить. Жахнул заклятьем каким-то, меня в стену так впечатало…

Ван застыл на месте, задумавшись, потом воскликнул:

— Собака недорезанная! Нападение на представителя стражи — серьезное преступление… Пошли!

— Куда?

— К капитану. Расскажешь, все как было.

— Может не надо?
– заупрямился Олег. — Зачем ворошить осиное гнездо? Я Юйфэна хоть не тронул, но сказал ему кое-что хамское.

— Что?

— «„Думаю, мне удастся найти нормального мастера в другом месте“». Вот, в ответ он магию применил.

— У старого пердуна будут большие проблемы.

— Еще раз давай уточним. Все было ровно так, как ты и рассказал, Кан?
– переспросил капитан Си у Олега. — Ничего не переврал, не исказил, не упустил?

— Нет, командир.

— Пойми, при дальнейшем разбирательстве важно честно поведать про каждую деталь случившегося.

— Я понимаю, -вновь произнес Олег. — И мне нечего скрывать. Старый придурок решил, что перед ним очередной мешок для битья.

Си слегка поморщился.

— Только не вздумай ляпнуть подобное при начальнике стражи. Каким бы Юйфэн ни был гадким, он пока является почтенными мастером Пути Воздуха.

— Какое его наказание ждет? Если его вина будет установлена?

— Не знаю… Зависит от судьи. Выговор, порицание, штраф, в худшем случае — запрет обучать искусству управления ци…

После разговора с капитаном Си дело действительно покатилось дальше уже не на уровне слухов и пересудов, а по всем положенным канцелярским рельсам. Для городской стражи подобные инциденты были неприятными, но далеко не уникальными. Мастера ци, особенно признанные и обеспеченные, нередко начинали путать собственный статус с безнаказанностью. Империя это терпела ровно до того момента, пока подобные выходки не затрагивали служивых при исполнении. А в данном случае затрагивали напрямую.

Олег формально находился не просто в отпуске и не по личной прихоти явился к Юйфэну.

Он был направлен приказом начальника городской стражи на дополнительное обучение, то есть выполнял служебное распоряжение. С юридической точки зрения он оставался стражником при исполнении. Любое применение силы против него автоматически переходило в разряд тяжких проступков, а если речь шла о магическом воздействии, то категория нарушения поднималась еще выше.

Капитан Си доложил обо всем Ли Бану в тот же день, без попыток что-либо сгладить или утаить. Начальник стражи, выслушав доклад, лишь мрачно хмыкнул и велел вызвать Кана к себе. Разговор вышел обстоятельным, без повышенных тонов. Ли Бан расспрашивал методично, возвращался к деталям, уточнял формулировки, но ни разу не попытался прижать Олега или поймать его на слове. Выговора не последовало.

Наоборот, Ли Бан дал понять, что прекрасно осведомлен о нравах некоторых мастеров ци и что это далеко не первый случай, когда подобные люди позволяют себе лишнее, полагая, будто их умения ставят их выше имперского закона. В этот раз, по его словам, он не собирался ограничиваться устными предупреждениями или закрывать глаза ради чьего-то титула и репутации. Дело получало официальный ход.

Материалы уходили дальше, в соответствующие инстанции, где уже разбирались не только в том, кто на кого накричал, но и в том, какие техники применялись, с каким намерением и с какими последствиями.

Для Юйфэна это означало как минимум разбирательство с риском дисциплинарного наказания, а при неблагоприятном раскладе — серьезные ограничения в статусе, вплоть до запрета на преподавание. Для мастера его уровня это было чувствительным ударом, почти равным изгнанию из приличного общества.

Олег вышел из кабинета Ли Бана с двойственным ощущением. С одной стороны, он отчетливо понимал, что оказался на опасно близком расстоянии от людей, способных разглядеть в нем куда больше, чем положено обычному цуаню. С другой, впервые за все время пребывания в Империи Дракона он увидел, что система, при всей своей жесткости и деспотичности, все же работала не только в интересах сильных.

Самосуд здесь не приветствовался. Личная сила давала преимущества, но не абсолютную индульгенцию. Даже знатный маг, даже признанный мастер не мог безнаказанно ударить стражника и отделаться отговорками. Все должно было идти по установленному порядку, через приказы, бумаги, подписи и печати. Для Олега это стало важным выводом.

Империя Дракона была жестокой, местами несправедливой, но она не была хаотичной. А значит, при достаточной осторожности и умении лавировать между правилами, в ней все еще можно было выживать, не скатываясь каждый раз к бегству и тотальному уничтожению свидетелей…

Здание городского суда Шанду производило гнетущее впечатление даже на видавших многое стражников. Тяжелые каменные стены, высокий сводчатый потолок, узкие окна под самым карнизом, все здесь было рассчитано не на удобство, а на подавление. Воздух казался сухим и неподвижным, словно само помещение не терпело суеты и лишних слов.

Олег стоял у правой стороны зала, на отведенном для стражи месте. Чуть позади находился Ван, непривычно собранный и молчаливый. Рядом капитан Си, с каменным лицом и сцепленными за спиной руками. Чуть поодаль, ближе к центру, стоял Ли Бан, спокойный, уверенный, будто происходящее его вовсе не касалось лично. Напротив, за длинным столом обвиняемого, сидел Юйфэн.

Он выглядел мрачно и напряженно. Прямая спина, сжатые губы, пальцы, вцепившиеся в подлокотники кресла. Его аура полыхала раздражением и яростью, не скрывая намерений. Если бы обстоятельства позволили, он действительно попытался бы убить. Взгляд, которым он сверлил Олега, был тяжелым и откровенно враждебным. За высоким каменным пьедесталом восседал судья.

На нем был пышный желтый ханьфу — цвет имперской власти и закона. Ткань переливалась сложной вышивкой с облаками, драконами. Широкие рукава ниспадали почти до пола. Волосы судьи были собраны в сложную прическу с костяными и нефритовыми шпильками, подчеркивающими высокий статус. Лицо, лишенное эмоций, словно перед ним были не люди, а строки на бумаге. Судья неспешно развернул свиток и заговорил ровным, хорошо поставленным голосом:

— Мастер Пути Воздуха Юйфэн, признанный практик ци. Вы обвиняетесь в применении магического воздействия против представителя городской стражи при исполнении служебных обязанностей.

Он сделал короткую паузу, затем продолжил:

— Обвиняемый, суд предлагает вам признать вину немедленно и дать официальные показания. Это позволит не затягивать разбирательство и будет учтено при вынесении приговора. Вы готовы?

Юйфэн резко вскинул голову.

— Это фарс! Все произошедшее — ложь. Этот цуань решил меня оговорить. Я лишь пытался поставить его на место. Он провоцировал меня, хамил, вел себя вызывающе.

Олег на это никак не отреагировал. Он лишь слегка пожал плечами, словно услышанное не имело к нему никакого отношения. Ли Бан шагнул вперед и спокойно произнес:

— Почтенный судья, не вижу смысла выслушивать пустые речи. Предлагаю сразу применить Зеркало Расплетенной Истины. Этот артефакт давно используется в подобных делах и избавит нас от бесполезного словоблудия.

Лицо Юйфэна перекосило от возмущения.

— Да как вы смеете!? Сам факт использования подобного артефакта — оскорбление для заслуженного мастера! Я не какой-то уличный колдун!