Чтение онлайн

Андрей не спал.

– Ушибся?

– Нет, ничего.

– Вставай. Вызывают.

В дверях стоял старшина Доценко с наганом в руке.

Он привел нас в одну из соседних комнат, где за небольшим конторским столом сидел плотный майор. В комнате было темно. На столе у майора горела коптилка. Она освещала его широкоскулое лицо и интендантские петлицы с двумя зелеными шпалами. Возле стола стоял и другой командир. Он был в черном кожаном реглане. На ремне через плечо у него висел маузер в деревянной кобуре. Ни лица, ни петлиц, ни даже цвета фуражки этого командира я разглядеть не мог. В дальнем углу комнаты виднелись очертания еще одного человека, высокого и худого.

– Товарищ майор, по вашему приказанию задержанных доставил, - доложил старшина Доценко.

– Старший сержант Первого стрелкового полка Девяностой стрелковой дивизии Шведов, - вытянулся Андрей.

– Отставить!
– сказал майор.
– Доложить как положено: "Задержанный такой-то, ранее находившийся на службе там-то и там-то..." Ясно?

– Ясно, товарищ майор административной службы.

– Гусь свинье не товарищ.

– Так точно. Однако вас за гуся не признаю, а себя за свинью, товарищ майор административной службы.

– Ишь ты, ишь ты, говор-говорок.
– Майор явно разозлился.
– Из Девяностой дивизии, говоришь? Кадровый, что ли?

– Так точно, служу в кадрах Красной Армии, - отчеканил Андрей.

– До армии кем был?

– Рабочий я.

– Рабочий?!
– В голосе майора прозвучала ирония.
– Какой же ты рабочий?!

– Токарь пятого разряда.

– Не всякий, кто стоит у станка, рабочий! Рабочий - это почетное звание! Настоящие рабочие сейчас Ленинград защищают, грудью! Рабочие с фронта не бегут!

– Мы тоже не бежали!

– Не бежали?! Верно. Вы просто шли. Все известно! Вот акт о вашем задержании лежит.

– Товарищ майор, - вмешался я, - задержавший нас лейтенант не пожелал нас выслушать.

– А он не доктор, чтобы выслушивать.

– Товарищ майор, а где карта немецкая, которая при мне была? спросил Шведов.

– Цела карта, - вмешался командир в кожаном реглане.
– Вам придется объяснить, как она к вам попала.

– Давно бы объяснил. Просил ведь, доставьте в штаб, на карте я отметил немецкие батареи. Их можно накрыть. Они, наверно, еще и сейчас на том же месте.

– Карта доставлена в штаб Сорок второй армии. Там артиллеристы разберутся, что к чему.

– Ну, тогда хорошо, - облегченно вздохнул Андрей. И хотя было почти совсем темно, я разглядел на его лице улыбку.
– Это хорошо, если разберутся, - повторил он.
– Однако мне и лично надо доложить...

– Вот лично и доложишь капитану - начальнику разведки дивизии, сказал майор.
– Можете располагаться в соседней комнате, товарищ капитан. Доценко, обеспечь там стол, стул, чернила.
– Майор сделал паузу.
– А этому табуретку найди.
– Майор кивнул в сторону Шведова.

– Спасибо за заботу, товарищ майор административной службы!
– гаркнул Шведов, снова вытягиваясь. Нетрудно было заметить, что нарочитое подчеркивание Шведовым "майор административной службы" было тому не очень-то приятно.

– Прекратите болтать, - цыкнул он на Шведова.
– Идите с капитаном.

– Есть идти с капитаном, товарищ майор администр...

– Отставить!
– закричал майор.

– Есть отставить...

– Ну, ладно, ладно, пошли, - сказал Шведову капитан.

Мне в его голосе послышался смешок. Это еще больше расположило меня к нему. До этого я отметил, что в отличие от майора капитан говорил с Андреем спокойно и обращался к нему на "вы".

Андрей по-уставному повернулся и пошел к двери. Капитан двинулся за ним.

– Товарищ капитан!
– крикнул я.
– Разрешите и мне с вами. Мы ведь со Шведовым все время вместе были.

– Отставить, - ответил капитан.
– Если надо будет, я вас вызову.

– Доценко, - сказал майор, - отведи этого чудака обратно. Пусть еще там позагорает.

– Нет, я прошу и со мной разобраться!
– выпалил я.
– Прикажите и меня допросить или допросите сами, товарищ майор. Мне надоело ходить под подозрением. Я ни в чем не виноват.

– Поговори у меня!
– крикнул майор и стукнул кулаком по столу.

В этот момент человек, молча стоявший в углу, выступил вперед и подошел к столу.

– Товарищ майор, - заговорил он просительным тоном, - разрешите мне допросить этого гаврика. Пока там разведотдел пушками да пулеметами противника интересуется, я бы от этого, может быть, кое-что поважнее узнал.

С этими словами говоривший нагнулся к уху майора и стал ему что-то нашептывать. Теперь я увидел и на его гимнастерке интендантские петлицы с "колесиком" и с двумя кубиками.

– Думаешь?
– спросил майор, когда лейтенант выпрямился.

– А зря, что ли, он на лейтенанта, который его задержал, автомат поднимал? Нет, тут дело не чистое! Честный дезертир никогда бы на такое не пошел...

– Думаешь?
– снова переспросил майор.

– А вы разрешите его допросить - вот и увидите.

– Что ж, валяй. Только в качестве кого, Будяков, ты будешь его допрашивать? Ты ведь не прокурор, не следователь какой-нибудь, а по строевой части...

– Как это в качестве кого?
– удивился лейтенант.
– Разве вы не знаете, что я назначен дознавателем по подразделениям штаба дивизии?

– Да нет, не знал, - признался майор.

Похоже было на то, что майор, так же как и я, впервые слышит слово "дознаватель".

Лейтенант Будяков это подметил и тотчас разъяснил:

– Дознаватели, товарищ майор, назначаются в подразделениях для всяких первичных расследований. Не всегда ведь в момент ЧП или чего другого в подразделении прокурор или следователь окажется. Вот как, например, у нас сейчас... Короче, я имею право и даже обязан этого подозрительного гаврика допросить.

– Я не против. Пускай лейтенант меня допросит, - решительно заявил я, полагая, что любой допрос тотчас приведет к выяснению истины.
– Только скажите, чтобы дали хоть что-нибудь поесть. С утра ничего во рту не было.