Чтение онлайн

Так они дошли до окраины города, где, выстроившись рядами, охраняли границу Энионы.

Ривиэл наклонился к Эйри.

– Думаешь, нас пропустят?

– Будем надеяться, Фэй что-нибудь придумает, - покраснев, пробормотала Эйри.

Энионы выглядели слишком уж неприступно. Они стояли вдоль маслянистой черной линии, за которой начиналась пустошь, и сверлили кладоискателей своими черными глазами-буравчиками.

– Куда направляетесь?
– грубым, гортанным голосом осведомился главный Энион-пограничник. На нем была голубая каска и тугой синий пиджак с золотыми заклепками.

– Мы хотим разбогатеть, - ничуть не смутившись, сказала Фэй.

– Что ж, когда разбогатеете, возвращайтесь, - ухмыльнулся Энион.
– Я хочу взглянуть на ваши богатства.

«Знаю, чего ты на самом деле хочешь, - подумала Фэй.
– Ты собираешься проглотить нас, как проглотил почти всех жителей Лайреона. Но сегодня я положу конец противозаконным заглатываниям. Сегодня Энионам не поздоровится».

Всю дорогу до Мрачного утеса над кладоискателями порхали оранжевые и желтые бабочки. Ветра почти не было, трава от жары пожухла, и малышка Мэджи жаловалась, что умирает от жажды.

– Раньше Мрачный утес стоял над морем, а теперь высится в пустоши. Не завидую я призраку тряпичной куклы, - сказала Элл.

– Призракам совершенно всё равно, что окружает их крепость, - ответила Фэй.
– Если с самой крепостью полный порядок, призрак спокоен.

Она воткнула лопату в землю.

– Вот мы и на месте. Давайте поторопимся. Надо выкопать сокровища до темноты.

... Элл копала и думала, что, если б они взяли Будюпа, то лопаты были бы ни к чему. Но его, как всеобщего любимца, решили оставить дома, тем более что Кэри вызвалась за ним присмотреть.

– Устала?
– через каждые пять минут спрашивал Ривиэл у Эйри.
– Если устала, отдохни.

– И вовсе я не устала, - утирая пот со лба, говорила Эйри.
– Вон, погляди, как работает Фэй! Нам стоило бы брать с нее пример.

А Фэй рыла с таким ожесточением, словно от того, найдет она клад или нет, зависела ее судьба. Вдруг лопата ударилась обо что-то твердое.

– Будем надеяться, это не булыжник, - сказала себе Фэй и замахала остальным: - Эй, а ну, все сюда! Кажется, я нашла!

Элл, Эйри и Ривиэл побросали свои ямы и поспешили на помощь.

Элис со старым пекарем отдувались, опершись на лопаты, и не сразу сообразили, что произошло. А произошло нечто удивительное: очередной сон Фэй стал явью. Под крышкой сундука, на который наткнулась ее лопата, лежали сверкающие бриллианты, серебряные и золотые украшения, монеты и лампы, похожие на лампу Аладдина. Таким сокровищам позавидовала бы любая королева.

– Отлично!
– потер руки Ривиэл.
– Давайте распределим добычу по ведрам и отправимся уже домой. А то я страх как проголодался.

– Пересыпайте, пересыпайте, - разрешила Фэй.
– Но только возвращаться пока рано. Слышали, что сказал Энион? Он хитер и превратит нас в маленьких блестящих рыбок, если увидит на ком-нибудь хотя бы одно украшение. Поэтому ведра с драгоценностями мы поднимем на утес.

– К замку призрака?
– поперхнулась Эйри.
– Но это же высоко!

– Только так мы избавимся от Энионов, - загадочно изрекла Фэй.
– А ну, живо! Не расслабляться!

Через час они стояли на краю утеса, и им в спины дул невесть откуда взявшийся ветер. Ривиэл с сожалением разглядывал короткий меч в ножнах со вставками из рубинов и изумрудов.

– Что, и его тоже выбросить?
– потерянно спросил он.

– Выбрасывай, - распорядилась Фэй.
– Всё в пропасть! Себе ничего не оставлять! Если кто-нибудь пожадничает и сохранит хотя бы монетку, мы пропали.

– Я тебя не понимаю, - говорила Элл, вытряхивая очередное ведро. Дивные украшения, лампы и бриллианты со звоном летели вниз.

– Я сама себя не всегда понимаю, - с усмешкой отвечала Фэй.

К городской черте они вернулись за полночь, едва волоча ноги. Энионы по-прежнему стояли на своих постах. Их широкие черные головы лоснились в свете кривых фонарей.

– Ну, что?
– полюбопытствовал главный.
– Прибыли? А где сокровища?

– Мы их выбросили, - сказала Фэй.
– Уж больно много от них проблем.

– Как?
– удивился Энион.
– Не может быть! Это против правил!

– О каких правилах речь?
– встряла Элл.

– Я ел...
– с запинкой проговорил Энион.
– Я ел тех, кто мечтал о наживе и несметных богатствах. Они уходили с желаниями и возвращались с набитыми карманами, - Энион прервался. Его глаза вылезли из орбит. Казалось, еще немного, и он взорвется.
– Но вы... Вы нарушили всю последовательность. Где логика? Где, спрашивается, логика? А?!

Тут другие Энионы не выдержали. Они упали на землю и начали таять, как тают льды. Растаяли и их темные шары. Скользкие разноцветные рыбки наконец-то выплыли на свободу. Они шныряли в оставшихся от Энионов лужах и одна за другой превращались в людей.

– Брр!
– воскликнул тот самый человек с золотыми часами, который приснился Фэй.
– Больше не буду мечтать о таких глупостях, как личный бассейн и прислуга! Помечтаю-ка я лучше о длинной бороде! Ведь ее ничего не стоит отрастить.

Стоял погожий, пронзительно яркий день. Фэй что-то строчила в помятом блокноте. Эйри пила какао в кресле-качалке, которое на днях приснилось Фэй. А Элл с Будюпом разбирали на ковре ракушки, найденные у моря. Море и ракушки тоже приснились Фэй, поэтому теперь Мрачный утес высился не в пустоши, а, как ему и полагалось, над водой.