Чтение онлайн

ужасно исполосованной спиной.

– Бедный, - вздохнула Скирни, - уснул...

Алеста присела рядом и достала свои лекарства.

– А зачем она его заколдовала?

– Как зачем? Чтобы слушался. У него силища-то какая!

– Это правда. Такой, если захочет, всю охрану раскидает. .

– А толку-то?

– И это правда...

Для Алесты даже побег не имел никакого смысла. Она понимала, что если украдет

Сьюлли, они тут же за ненадобностью убьют Джаэко. Спасая одного сына, она теряла

второго. Вот такая была безвыходная ситуация.

– 212 -

Молчун и правда на боль не реагировал. Он даже не стонал, когда она обрабатывала

ему раны. Конечно, хорошо было иметь такого силача в приятелях, мало ли что! Но она

действовала все-таки из жалости.

На следующий день она пришла одна. Принесла миску с едой. Молчун сидел у огня и

собирал распавшуюся на прутики метлу, косматый, мощный. И жалкий, и грозный

одновременно.

– На, - она села рядом и протянула ему миску, - поешь.

Он тут же втянул ноздрями воздух, отложил метлу и начал есть. Рефлексы его были

просты. Потом он поел, насытился, увидел женщину и потянулся к ней. Алеста настолько

этого не ожидала, что визгнула и бросилась к двери.

– Ты что! Я... я.... я не за этим пришла! Не трогай меня!

Дворник от удивления застыл на месте, стоя на четвереньках.

– Ты... ты не так понял, - покраснела она, - меня нельзя трогать. Я не ваша, я

аппирка... и вообще, я замужем!

Он уставился на нее, как будто она сказала что-то невероятное. Алеста волновалась,

поэтому сама не понимала, что происходит, видела только, что ее слова возымели

действие.

– Да, - повторила она, - я замужем. Тебе, наверно, не понять, что это такое, ты вообще

слов не понимаешь... но у нас на Пьелле принято, чтобы у одной женщины был один

мужчина. Так бывает. Называется моногамия.

Она не могла уйти и бросить его в таком состоянии, но и приблизиться теперь

боялась. Все-таки в нем больше было от животного, чем от разумного существа, приручать

его следовало осторожно, жалеть тоже. Женщина пришла к нему ночью с миской еды, и он

решил по своей простоте, что ей что-то нужно от него.

Молчун сидел на земле, потрясенно глядя на нее из-под своих черных косм, как будто

женщины ни разу в жизни ему не отказывали, как будто это гром с ясного неба.

– Это у вас женщины все общие, - добавила она с досадой, - вы их даже не

спрашиваете...

– Говори, - вдруг медленно произнес он, - говори еще... я понимаю.

Самое невероятное было то, что говорила она по-аппирски, и он тоже.

– Ох...
– у Алесты даже колени подкосились, - ты понимаешь?! Ты... ты аппир?!

– Не знаю, не помню. Ничего не помню, - говорил он с трудом, как бы вспоминая

слова, - как странно...

– Милый ты мой...

Молчун сидел с потрясенным видом, как будто его только что разбудили от долгого сна

да еще и ударили при этом по голове. Она не менее потрясенно села рядом и погладила его

черные космы.

– Бедный мой, что они с тобой сделали!

– Не помню, - повторил он, мотая головой.

– Я все поняла! Все! Эти ублюдки используют аппиров для связи. Тебя, наверно,

похитили еще в раннем детстве, как моих детей.

– Не знаю.

– У тебя был брат? Или сестра?

Молчун даже застонал, напрягая память.

– Брат, кажется, был.

– Вот видишь! Какой ужас...

Ей было тем страшнее, что такая же участь ждала ее детей. Теперь она видела это на

живом примере. Их замучат до потери памяти, а потом превратят в бессловесных

животных, тупо подметающих хозяйские дворы, если они, конечно, не умрут раньше.

Сьюлли уже начал заикаться.

– А слуги придумали легенду, что тебя заколдовала какая-то злодейка, - с досадой

сказала она, - но уж лучше бы это было так.

– Не помню, - снова помотал головой Молчун.

– Бедный, - повторила она, - а как тебя зовут, помнишь?

– 213 -

– Ничего не помню.

– А Пьеллу помнишь?

– Пьеллу?

– Это наша планета.

– Знакомое название.

– Еще бы! Ты же аппир!

Молчун только пожал огромными плечами.

– Ты даже не похож на них, - добавила Алеста, - они все мелкие, с узкой костью, а ты

вон какой могучий. И глаза у тебя светлые. Ну-ка посмотри на меня.

Она убрала его космы с лица. Глаза у него были ясно-голубые, как будто детские, лицо

при этом суровое и обветренное, совсем немолодое и явно аппирское.

– Сколько тебе лет, Молчун?

– Не помню. Наверно, много.

– И ты все время подметаешь тут дворы?

– Нет. Я работал на каменоломне. Очень долго.

– На каменоломне?!

– Да. Потом стал задыхаться от пыли, и меня продали.

– А убежать ты не пробовал?

– Куда?

– Мало ли куда?! Это мне бежать некуда, у меня дети, я слабая женщина. А ты такой

сильный!

– Не помню. Может, и пробовал.

– Знаешь что, - предложила она, - ты молчи и слушай. А я расскажу тебе о Пьелле.

Хорошо?

Он молча кивнул.

– Ну так слушай. На Пьелле живут аппиры....

**************************************************

**********************

**********

Леций с трудом смотрел в зеленые глаза сына.

– Ну прости меня, Эд! Я был уверен, что она вернулась! Мне и в голову не пришло...

– А должно было придти! - рявкнул сын во всей злостью, - все очевидно, если

задуматься! Но тебе даже лень было о ней подумать! Кто она тебе! Но мне-то она жена,

понимаешь? Я ее люблю!

– Эд, мы все были уверены, что это ошибка, что им нужна Сандра.