Дороги Малого Льва
Шрифт:
наладится. А я больше твоего покоя не потревожу. Вот так.
С минуту Леций молчал, осмысливая происходящее.
– Значит, я зря сюда пришел?
– Вовсе нет. Тебя давно уже ждут и с хорошими новостями.
– Кто меня ждет?
Сиргилл с замершим сердцем вышел из своего угла.
– Я.
Леций возмущенно обернулся. Он не ожидал, что при таком разговоре да еще в его
спальне присутствует кто-то посторонний.
– Вы?! Что вы, собственно, тут делаете?
Если бы он знал, что этот незваный гость действительно тут делал!
– Прежде всего он утихомирил своего разъяренного наследника, - сказала Термира, -
поэтому твой дворец еще цел.
Лицо у Леция болезненно передернулось. Видимо, сынок его достал своими
выходками. Не зря он так упорно хотел родить другого.
– 254 -
– Благодарю, - сказал он, устало поднимаясь, - извините за грубость. Я совсем забыл,
что эта гостиная уже не для гостей.
Его хотелось обнять поскорее, встряхнуть и ободрить, сказать, что теперь есть кому
заступиться за него и разделить его трудности, но годы сделали свое дело - сын
совершенно не узнавал его. Смешно было даже надеяться на это. Сиргилл смотрел на него
со странным чувством любви и в то же время отстраненности.
– Я бы не стал так нагло вторгаться, ваше величество, но дело того стоит. Надеюсь, я
могу вас обрадовать.
– Да? В этом мире еще бывают хорошие новости?
– Бывают. Я знаю, где ваша невестка.
– Как?!
– Леций тут же оживился, - вы нашли Алесту?!
– Скорее, она меня нашла.
– Она жива? Что с ней?
– Она жива. И ребенок жив. Правда, далековато, На Оринее. Думаю, самое время вам
их вытащить оттуда.
– По-вашему, я знаю, где эта чертова Оринея?
– Покажите мне звездный атлас, и я покажу вам, где эта планета.
– Хорошо. Пройдемте в мой кабинет.
Уходя Сиргилл оглянулся. Термира стояла у окна. Как будто вечность прошла с тех
пор, как он обнимал ее. Это была уже совершенно другая женщина, отстраненная и
независимая и, возможно даже, не желающая помнить о том, что здесь только что
произошло.
******************************************
Развернутый звездный атлас занял почти половину кабинета.
– Это земная программа, - предупредил Леций, - все сектора пронумерованы по
галактическому соглашению, а названия земные.
Ни про какое соглашение Сиргилл естественно не знал. Точкой отсчета была Земля.
Названия созвездий загорались оранжевыми буковками, звезд - зелеными, а известных
планет - голубыми. Пьелла, как ни странно, называлась «Ингерда» и была третьей
планетой какой-то Беты Малого Льва. Буквы были аппирские, а имена земные. Понять что-
то в незнакомой звездной россыпи было совершенно невозможно.
– Как тут называется Наола?
– спросил он.
– Наола, - ответил Леций удивленно, - зачем она вам?
– Так мне легче будет сориентироваться.
– От Наолы?
– Да.
Сиргилл нашел родную планету. Когда она стала точкой отсчета, все встало на места.
– Узнаете родное небо, ваше величество? Корабль-призрак, Слезы королевы, Осиное
жало, Мельница...
– У меня хорошая память.
– Тогда запоминайте. Идем в созвездие Лилий, вот так, Алоус и Мертран оставим в
стороне... теперь будет видна тусклая зеленая звездочка. Вот она. У нее восемь планет.
Четвертая - Оринея. Климат жаркий, в основном это пустыня. Скафандр не нужен, но
термостат придется надевать.
Самой планеты в атласе не было. Земляне до нее еще не добрались. Внесли в
программу очередную зеленую звездочку и успокоились.
– Какой будет ориентир на планете?
– спросил Леций.
Без четких ориентиров невозможно было подключиться к информационному
проводнику. Тогда Прыгунам приходилось тыкаться вслепую, самостоятельно контролируя
свою мощность, глубину и направление канала, что и считалось «высшим пилотажем». Так
нередко делал он сам, открывая неведомые миры, так он учил своих сыновей.
– 255 -
– Если от северного полюса, то вектор голубой, потенциал 15, глубина 5, угол 40. Это
примерно. Но там вы уже не заблудитесь. Там будет сияние. На берегу озера стоит черный
модуль в виде жабы, в нем Алеста с мальчиком. В общем-то все просто, надо только
поторопиться.
Леций долго молчал, стоя у него за спиной. В полной темноте и тишине их окружала
звездная стереогалактика, родной разворот на звездное небо и родные созвездия. Только
уже не маленький мальчик смотрел на них вместе с отцом.
– Теперь я должен спросить...
– проговорил он наконец не слишком решительно.
Сиргилл напрягся, даже голову непроизвольно втянул в плечи.
– Откуда вам все это известно?
Решимости признаться вот так сразу не хватило. Сердце сжалось от глубокой и не
слишком понятной боли. Казалось бы, надо радоваться.
– Давайте поговорим об этом потом. Когда вы вернетесь.
– Хорошо, - согласился Леций, - мне почему-то кажется, что вы меня дождетесь.
Он вышел резко, не прощаясь. Как будто сбежал. Сиргилл так и не понял, узнал его
сын или нет. Или просто с кем-то спутал? Он устало откинулся на спинку кресла и долго
еще сидел в мерцающем звездном окружении, осознавая происшедшее. Все свалилось
сразу: побег, пробуждение, возвращение в замок, сын, внук, прекрасная женщина...
Он подумал, что не успел ее поцеловать на прощанье, даже кивнуть не успел. И
ничего не объяснил: кто он, откуда, почему так изголодался по любви. Она, наверно, была
еще там, в спальне.
Быстрыми шагами он вернулся в разрушенную янтарную гостиную. В ней уже вовсю
трудились слуги. А в спальне никого не оказалось. Это было досадно.