Дороги Малого Льва
Шрифт:
ней такое сотворила...
– А Ольгерд?
– А что Ольгерд? По-моему, его все устраивает. Дома жена, в кофейне - любовница. Их
всех это устраивает, когда и жена, и любовница. Мы же терпим!
– Ну нет, - Алеста покачала головой, - мой Эдгар не такой.
– У тебя и Кед был не такой, - усмехнулась подруга.
– Что ты сравниваешь! То Кед, а то Эдгар.
– Дай Бог, - вздохнула Сандра.
Домой Алеста вернулась поздно. Эдгар не спал. Он лежал в постели с журналом и
дулся. Как ребенок!
– Привет, - улыбнулась она, - не спишь?
– Где ты была?
– спросил он недовольно, - третий час ночи.
– У Сандры. Мог бы позвонить мне, если так волнуешься.
– У Сандры?
– Ну да. Она же поздно закрывается. В другое время не поболтаешь.
– Я думал, ты опять с этим Гераклом.
– Эд!
– Его нет дома. Что я должен был подумать?
Алеста присела к нему на кровать, терпеливо улыбаясь.
– Ты должен был подумать, что ревновать глупо. Что я твоя жена и я тебя люблю.
– По-моему, слуги уже начинают путать, чья ты жена. Ты все время торчишь у него.
– Мы друзья. Даже больше - он мне дедушка.
– И поэтому ты садишься к нему на колени?
Алеста поняла, что в этом дворце ничего не скроешь!
– Может, эти шустрые слуги тебе еще что-нибудь доложили? - спросила она уже
раздраженно, - куда я еще села?
– Пока нет, - буркнул Эдгар.
– У нас с ним ничего не было никогда! И не будет! Когда ты наконец это поймешь?
– Когда убью его, наверно!
Алеста сама не поняла, как оказалась на подушках. Возмущенное лицо Эдгара было
сверху, он хищно нависал над ней, как коршун над цыпленком.
– Туфли...
– вспомнила она.
Кроме туфель на ней было еще много чего надето. Потом все это валялось на полу. В
чем Эдгар был неподражаем, так это в своей внезапности.
– Разве ты не понимаешь, что ревновать глупо, - говорила она потом временно
укрощенному мужу, - а оправдываться - просто невыносимо. Мы должны доверять друг
другу. Иначе получится, как у твоих родителей. Любят друг друга, а живут врозь. Ты этого
хочешь? Мало ли с кем я беседую, езжу на кладбище и хожу в театр. Люблю-то я тебя! Ты
слышишь меня, Эд?
– Слышу, - сказал он сонно, - завтра пойдешь в театр со мной.
****************************************************
Первый их поход в театр она не смогла бы забыть никогда! Они прошли тогда с
черного хода и чуть не поссорились, когда он посадил ее в ложу к Верховному Правителю.
Это было так давно и так забавно! Алеста тогда боялась Леция и думала, что ее Эд -
– 292 -
ловкий мошенник и болтун. Вообще-то, эти качества у него никто не отбирал, но теперь с
ним можно было совершенно официально сидеть в королевской ложе.
Когда-то Алеста заглядывалась на нарядных дам, теперь все смотрели на нее, тем
более, что о свадьбе еще не объявляли, и публика взволнованно пыталась понять, кто эта
красивая, роскошная женщина в голубом платье рядом с принцем? Во всяком случае, так
она сама о себе думала и улыбалась от удовольствия.
Пьеса была довольно скучная, о семейных отношениях. Опять кто-то кого-то
ревновал, а весь зал сочувствовал, как будто тут собрались одни неисправимые
собственники. Состав актеров был новый. Алеста почти никого из них не знала. Ей даже
на сцену не хотелось.
– Мы бы лучше сыграли, правда, Эд?
– А то...
– Особенно ты в роли ревнивца!
Эдгар усмехнулся и схватил ее за коленку.
– Я в любой роли лучше всех.
– Пусти!
– Что такое?
– Отпусти мою ногу!
– Почему у тебя платье без разрезов? Что за фасон такой дурацкий?
– Сам выбирал.
– Да? О чем я думал, интересно!
– Наверно, о том, что мы будем смотреть на сцену.
– А мы и будем смотреть на сцену.
– Эд!
Кончилось все мирно, но она поняла, что своего пылкого мужа лучше не дразнить.
В антракте они прошли в буфет, заказали вино и пирожные. Алеста обожала
корзиночки с розовым кремом, особенно теперь, когда сильно похудела и не боялась
поправиться. Она ела, пила, смеялась, и разглядывала публику.
– Ой, Эд, смотри! Что это за черепахи?
– Тродды. Они редко у нас бывают.
– Неужели они что-то понимают?
– Не-а... у них вообще искусство на пещерном уровне. Горшки обжигают и песни поют
из трех слов.
– Каких слов? «Я тебя люблю»?
– Нет. «Выходи, готовься к бою»!
Черепахи Алесте сразу разонравились. Безликие зотты наводили скуку, мараги слегка
ужасали, лисвисов она уже успела невзлюбить, тевергов, как и все, терпеть не могла, а вот
кенгуроиды с Ведерры казались ей презабавными.
– Смотри, какой у него слюнявничек! Так и хочется его с ложечки покормить. А ушки
какие!
– Ты не в зоопарке, Ал, - напомнил ей Эдгар, - это профессор Шег Чег Шоо, самый
большой специалист по языкам в галактике. Даже с рыбами умеет разговаривать. А эта
манишка на шее - признак его ученой степени.
– Боже ты мой...
– И не смейся над ним. Ведерриане очень ранимые.
– Ладно. Я на них вообще смотреть не буду.
Алеста вдруг заметила в дверях настолько яркую, красивую женщину, что просто
взгляда не смогла оторвать. Таких вообще-то в природе не бывало, не должно было быть.
Разве только их делали в институте красоты специально для порножурналов? Она даже
ахнула.
– Эд! Ты только посмотри!
Платье на даме было красное, черные волосы свисали до пояса, грудь рвалась вперед,
растягивая пикантно ослабленную шнуровку. Все мужчины, даже одухотворенные мараги,
мгновенно сделали стойку.