Чтение онлайн

– А это обязательно?

– Вы что с ума сошли?! Лавина идет! Я всем велела эвакуироваться!

– Правда?!

Женщина посмотрела возмущенно.

– Быстро за мной в дисколет!

– 451 -

Его осенила фантастическая догадка, яркая, как вспышка молнии.

– Вы профессор Хмо?

– Я! Не стойте, как столбы, бегите за мной!

Уговаривать себя никто не заставил. Станция снова содрогнулась. Они выбежали на

площадь, продуваемую всеми ветрами. В лицо летел всякий мусор. Ее огненная грива

развевалась впереди. Кондор даже умудрился поддержать даму за локоть, чтоб ее не унесло.

Герц отстал. Он остановился и посмотрел сначала вверх, а потом вниз. То, что он

увидел, потрясло его совершенно и даже заворожило: сверху, с вершины с глухим грозным

гулом неслась снежная лавина. Время в этот момент как будто застыло или замедлилось. Он

не знал, сколько так простоял завороженный.

Потом очнулся и взглянул вниз. Там, в ущелье, прилепился к склону поселок. Теперь

думать было уже некогда. Времени оставались считанные секунды. Еще миг он колебался,

глядя на братьев, но отказался от их помощи. Оба были стайеры, слишком медленно

накапливали энергию и слишком медленно отдавали, они все равно ничего бы не успели.

Спринтером среди Прыгунов был только он, Аггерцед Арктур Индендра. И он оказался здесь.

В это время и в этой точке. Какие тут могли быть размышления?

Через секунду он уже стоял на плоской крыше Векторной Станции, держась за шпиль

антенны. Его сбивало ветром с ног. Льюис что-то орал ему снизу. Лавина неслась. Герц

стоял. О! Такого поединка у него еще не было!

Рявкнув боевым дупложским кличем, он выбросил вокруг себя синюю сферу радиусом с

полкилометра, потом быстро раскалил ее до голубой. Энергия приятно ломила и раздирала

все тело, забытая за год бешеная «голубая плазма». Минут десять они боролись друг с

другом: он и сила тяжести, несущая на него тысячи тонн снега. Эта тупая сила никак не

могла понять, что ей предназначено скатиться вниз совсем другим путем, минуя и Станцию,

и поселок.

Герц плохо потом помнил этот отрезок своей жизни, он все время громко кричал и

ругался по-дупложски и по-аппирски, распаляя свою энергию до нужного качества.

Остальное было как в тумане.

Когда все кончилось, он слез с крыши по технической лесенке и попал в объятья к

Льюису. Тот затащил его в распахнутые двери подальше от ветра.

– Рыжий! Братик... Ты живой?!

Хорошо было лежать на полу, так легко и так спокойно!

– Классно я, да?
– язык еле ворочался.

– А если б ты погиб?!

– А если б установку присыпало? Нам бы век тут куковать?

– Тоже верно. Ты молодец, Рыжий. Ты гений! Дай я тебя расцелую!

Герц зажмурился и расплылся в улыбке.

– Что ж ты в юности этого не делал? А теперь уж я женат...

– Болтун, - умиленно посмотрел на него брат.

В коридор вошел Кондор, поддерживая растрепанную ветром даму в красном. Он

изъяснялся с ней на дупложском.

– Вы хотите сказать, что один дуплог может своей энергией удержать снежную лавину?!

– Да, профессор. Только не совсем дуплог.

– Опять эти сказки про ваших шаманов?! Я в них не верю! Я ученый.

– Но вы же видели? Это не сказки.

Дама посмотрела на лежащего Герца сверху вниз. Сочные карие глаза были как у

изумленной девочки. Она была хороша как сладкая конфета.

– Вы действительно шаман?

Ее принадлежность к полу Б так нежданно радовала глаз, что он таращился на нее с не

меньшим изумлением. Ну как было разочаровать такую куколку?

– Шаман, - пролепетал он, - Великий.

Мадам профессор посмотрела на Кондора.

– Может, его в медпункт отнести, вашего Великого?

– Не стоит. Он скоро сам восстановится.

– 452 -

– Да?

– Конечно. Великий же!

Она присела.

– Спасибо вам, конечно... это просто чудо, что вы тут появились. Мы уже думали, что

Станции конец. Даже не знаю, чем вас отблагодарить?

Она была такая ошеломительно яркая, чисто отмытая, ухоженная, цивилизованная,

совершенно непохожая на потных служанок во дворце Нормаах и на бесполых иврингов

шестого транспериода, что сердце сладко замерло.

– Я... я подумаю, - пробормотал Герц и провалился в забытье.

Потом она зашла к нему в комнату, где он очнулся на вполне современной кровати под

сенью кондиционера. Костюм на ней был уже зеленый и шел ей еще больше, чем красный,

на ногах - изящные туфельки. Так любила одеваться мама: в облегающий, почти спортивный

костюм с ремешком и туфли. Прическа тоже была мамина - роскошная, небрежная рыжая

грива. Ему тут же захотелось ей сказать, что она - совершенство.

– Как вы себя чувствуете?

– Спасибо, - он сел, расторопно натягивая сапоги, - отлично себя чувствую.

– Врач не нужен?

– Он мне никогда не нужен.

Она серьезно смотрела на него своими сладкими, шоколадными глазами.

– Ваши братья мне все рассказали, ваше величество. Правда, сначала сильно меня

запутали. Вы из прошлого, но из будущего. Вы царь дуплогов, но аппир, и не совсем аппир, а

васк, к тому же наполовину землянин. Я ничего не упустила? Если хотите, можете меня

поправить.

– Хочу, - сказал он поднимаясь, - зовите меня просто Аггерцед. Или Герц. Так еще

короче.

– Хорошо, - сразу согласилась она, - у нас титулы вообще не приняты. Мне так

привычнее.

– А мне привычнее, - усмехнулся он, - что вы женского рода. Знаете, как дуреешь от

этого: «Пошло, взяло, подумало...»

Тут она даже улыбнулась немного.

– О! Шестой транспериод!? Знаю-знаю...