Дороги Малого Льва
Шрифт:
безвылазно.
– И часто тут такие ветра?
– Говорят, в первый раз..
– Похоже, дыра зашевелилась.
– Похоже, это начало конца.
– Думаешь, Лью?
– Думаю, все равно тут скоро все погибнет, вся эта цивилизация Золотого века. И не
имеет никакого значения, остановил ты лавину, или нет. Мы же знаем, чем все кончится.
Герц посмотрел на иврингов.
– То-то они такие подавленные!
– Они об этом еще ничего не знают. Но, наверно, тоже все погибнут. Я их спросил, есть
ли у них звездолеты? Они сказали, что через месяц прилетит дежурный. Через месяц!
Представляешь? Да через месяц тут камня на камне не останется.
– Может, сказать им?
– Не имеем права.
Герц посмотрел на красивых женщин.
– И эти куколки все погибнут?
– Герц... это случилось десять тысяч лет назад. Давным-давно. Они погибли. Но мы тут
ни при чем.
– Ох, Лью... какой ты умный!
Глаза разбегались. Одна девушка была в желтом, другая в ярко-синем, третья в
оранжевом. Кажется, они были не хуже своей начальницы. Все в них было гармонично и
привлекательно. Похоже, в девятом транспериоде раса иврингов достигла своего
совершенства. И сейчас, на пике развития и расцвета, им наверняка не хотелось погибать
вместе с дикими жителями обреченной планеты Рошааа.
– Вон та хороша, да, Лью? В желтом?
– Да. Это Лоиилли. Даже Кондор на нее загляделся.
– Неужто?!
– У нее инфекция в легких, - хмуро сказал Кондор, - и смещение позвонков. Вот и все.
– А эти...
– усмехнулся Герц, - как это по-аппирски... бюст?
– Бюст как бюст. Мастопатии нет.
Льюис только воздохнул
– Бедный доктор...
Столик был на четверых. Когда дело дошло до синтетического компота, к ним подсел
пожилой мужчина с залысинами, но очень красивым, орлиным лицом. Как потом
– 455 -
выяснилось, это был профессор Араиии Нокнооо. Кажется, у них тут каждый второй был
профессором.
– Как себя чувствуют наши гости?
– коряво заговорил он на устаревшем дупложском.
– Спасибо, - ответил за всех Льюис, - все вкусно.
– Профессор Эеее Хмо принимает контрольную информацию из будущего. Это долгий
процесс. Чем бы вы хотели заняться в это время?
– А что вы можете предложить?
– Да, собственно, ничего. Ветра не позволяют даже показать вам планету. Можете
осмотреть пока Станцию. Я буду сопровождать вас.
– Хорошо, профессор. Но для начала хотелось бы выучить ваш язык. У вас есть
обучающие программы?
Ивринг посмотрел недоуменно.
– Конечно, есть.
– Нам понадобится часа два.
– Ну, если так...
Язык был такой же протяжный и певучий, как их имена. Герцу казалось, что он не
говорит, а поет. Богатый был язык. В нем была куча научных терминов, сотни названий
цветов и оттенков и множество слов о любви. Сказать, например, «я тебя люблю» можно
было тридцатью разными способами.
– Судя по языку, вы очень гармоничная раса, - заметил потом Кондор.
Они отдыхали в кабинете, растекаясь по мягким диванам. Думать усталой головой было
лень, особенно о плохом. Герц молчал и слушал.
– Да, - скромно подтвердил профессор Араиии, - у нас все гармонично. Мы осознаем это
и ценим. Это результат многих витков развития. А язык, тем не менее, отмирает. Мы все
больше становимся телепатами.
– Телепатами?
– Да. Это вполне естественный процесс.
– Значит, вы читаете мысли?
– Можем. Не всегда и не у всех, но в целом, это возможно.
– А... наши? Наши мысли вы тоже читаете?
– В определенной степени, доктор.
– Как это?
– Мы знаем, что вы нам не лжете. Намеренья ваши вполне ясны и оправданны. Поэтому
мы готовы помогать вам.
У братца Кондора даже лицо вытянулось. Оказалось, что в то время, как он
просматривает всех насквозь, кто-то считывает его мысли. Интересно получалось! Герц
усмехнулся. Он подумал, что прекрасная Эеее тоже, наверно, поняла его намерения, тем
более, что он их особо и не скрывал.
– Но... мы ведь знаем кое-что о вашем будущем, - глухо сказал Кондор.
– Увы, - ответил ивринг, - мы это тоже поняли.
– Очень жаль, профессор.
Герц перестал ухмыляться. Они говорили о чем-то серьезном.
– Когда перемещаешься по времени, - объяснял профессор спокойно, - надо быть
готовым ко всему, в том числе и к негативной информации. А ивринги давно этим
занимаются. Мы ко всему готовы.
Станция как будто содрогалась от порывов ветра. Вся планета содрогалась. От этого
было совершенно неуютно даже в таком тихом и обустроенном месте, как этот кабинет. Герц
сам не заметил, как из расслабленной позы оказался в напряженной, с руками упертыми в
колени.
– Значит, вы уже поняли, - вставил он с волнением, - что ваши исследования ничего не
дадут? Да?
Профессор повернул к нему свою орлиную голову.
– Что вы имеете в виду?
Скрывать уже было нечего, раз они и так все знали.
– 456 -
– Через десять тысяч лет вы исчезнете из галактики, а планету будет все так же трясти и
раздирать от ветров. Вот что!
– Увы, да, - посмотрел на него усталыми глазами Араиии, - это мы поняли.
– Тогда передайте нам все! Все, что знаете. Ведь эту дыру придется затыкать нам.
– Возможно, так и будет, ваше величество. Но решать это буду не я. И не сейчас. Сначала
надо получить контрольную информацию.
– Скажите хотя бы, что там произошло миллион лет назад? Докопались вы до причины?
– Да. Мы узнали причину.
У Герца мурашки пробежали по спине. Кондор и Льюис тоже напряглись. Они из