Чтение онлайн

«Слейтер, однако, полезный пессимист, — подумал Спейд. — Вечно мрачен, но указывает на реальные проблемы».

— Наши люди будут предварительно опрошены здесь присутствующим мистером Плейсом, — сказал Юм, — который уже проинформирует меня о личном опыте каждого свидетеля, чтобы я мог быть уверен, что задаю правильные вопросы.

— Хорошо, — удовлетворенно сказал Слейтер.

Юм продолжил:

— А еще нам нужны владельцы фабрик, которые засвидетельствуют, что управлять рабочими проще, если есть профсоюз, с которым можно вести переговоры.

— Я знаю и таких, — сказал Спейд.

Выступил Фрэнсис Плейс.

— Есть места, где заработная плата настолько низка, что работающие люди получают пособие по бедности. Налогоплательщики злятся, потому что они субсидируют прибыль владельцев фабрик.

— Хорошее замечание, — сказал Юм. — Мы должны найти людей, которые засвидетельствуют это. Это очень важно.

— Наши враги тоже приведут свидетелей, — сказал Слейтер.

— Несомненно, — ответил Юм. — Но, если мы будем действовать осторожно, они не задумаются об этом до последней минуты, и их подготовка будет проходить в спешке.

«Вот так и делается политика», — размышлял Спейд, когда собрание расходилось. Недостаточно иметь на своей стороне правоту. Нужно быть хитрее другой фракции.

Он вернулся в Кингсбридж на Рождество. Члены парламента не получали жалованья, поэтому те, кто не был богат по рождению, должны были иметь другую работу. Спейд продолжал вести свои дела.

Находясь в Кингсбридже, он убедил Сэл и Эймоса дать показания перед комитетом Юма.

Комитет заседал в Вестминстер-холле с февраля по май 1824 года и допросил более ста свидетелей.

Эймос свидетельствовал о преимуществах работы с профсоюзами, а его жена, Элси, с гордостью смотрела на него.

Кульминацией слушаний стали показания фабричных рабочих. Стало до ужаса ясно, что Закон о союзах использовался для запугивания и наказания рабочих способами, которые парламент никогда не предполагал, и многие члены парламента были возмущены.

Один сапожный мастер в Лондоне вдвое урезал плату своим работникам, а когда они отказались работать, вызвал их к лорд-мэру, который приговорил их всех к каторжным работам. Похожую историю рассказал хлопкоткач из Стокпорта, которого избил констебль и посадил в тюрьму на два месяца вместе с десятью другими мужчинами и двенадцатью женщинами.

— Забастовка в Кингсбридже была урегулирована путем переговоров между группой, представляющей владельцев фабрик, и группой, представляющей рабочих, — сказала Сэл. — Частью соглашения было то, что когда хозяин планирует установить на фабрике новое оборудование, он должен обсудить это с рабочими.

— Был ли по этому соглашению хозяин обязан поступать так, как хотели рабочие? — спросил Юм.

— Нет. Он был обязан обсудить, вот и все.

— Продолжайте.

— Один из хозяев, мистер Хорнбим, застал своих рабочих врасплох, установив новую чесальную машину без обсуждения. Я пришла к нему домой с другим членом делегации рабочих, Колином Хеннесси, и одним из владельцев производства, Дэвидом Шовеллером, и мы втроем поговорили с ним об этом.

— Вы ему угрожали?

— Нет, мы лишь напомнили ему, что придерживаться соглашения является лучшим способом избежать забастовки.

— Что случилось потом?

— На следующий день меня разбудили рано утром и отвезли в дом мистера Уилла Риддика, мирового судьи. То же самое произошло и с мистером Хеннесси.

— А что насчет мистера Шовеллера?

— Против него никаких мер не предприняли. Но нас с мистером Хеннесси обвинили в создании союза и приговорили к каторжным работам.

— Была ли какая-то связь между мистером Хорнбимом и судьей?

— Да. Хорнбим был тестем Риддика.

Среди членов комитета пронесся ропот шока и неодобрения.

— Итак, подведем итог, — сказал Юм. — Вы сказали мистеру Хорнбиму, что он нарушает соглашение, затем он арестовал вас и обвинил в создании союза. После чего его зять приговорил вас к каторжным работам.

— Да.

— Спасибо, миссис Хеннесси.

Комитет представил доклад, в котором безоговорочно осудил Закон о союзах.

Закон был отменен через несколько дней.

*

Уилл Риддик умер в том же году, и Роджер стал сквайром.

Сэл и Колин переехали в Бэдфорд и взяли на себя управление деревенской лавкой.

Сэл больше никогда не видела Джоан, но однажды в Бэдфорд пришел человек со странным акцентом и привез от нее письмо. Отбыв свой срок, Джоан вышла замуж за поселенца, и они основали овцеводческую ферму в Новом Южном Уэльсе. Это была тяжелая работа, и она часто думала о своей дочери Сью, но она любила своего нового мужа и не собиралась возвращаться в Англию.

Кит, Роджер, Сэл и Колин все переехали в усадьбу.

Первым делом они выгнали собак Уилла из дома, чтобы те постоянно жили во дворе рядом с конюшнями.

Затем они отмыли холл дочиста, с помощью Фанни.

Неделю спустя они надели старую рваную одежду и выкрасили все деревянные панели в доме в кремово-белый цвет.

— Что ж, по крайней мере, теперь в доме новый запах, — сказала Сэл.

— Предстоит еще много работы, — сказал Кит.

— Мне не терпится взяться за дело, — сказала Фан. — Но сквайр и его семья не должны этим заниматься. Я бы справилась, если бы мне немного помогли. — Платтс покинул усадьбу, хотя от него, признаться, и так не было много толку, и Фан осталась единственной служанкой.

— Мы наймем тебе помощников, со временем, — сказал Кит, — но пока нам придется жить скромно. Наш машиностроительный бизнес приносит деньги, но для начала нам нужно выплатить все долги, оставленные Уиллом. — Он решил не упоминать о долгах Роджера. — Мне нужно разобраться с финансами усадьбы и начать выплачивать кредит из доходов от аренды.

Кит продолжал контролировать все деньги. Роджер получал ежемесячное содержание, и когда оно заканчивалось, ему приходилось прекращать играть до следующего месяца. Он привык к этому режиму и теперь говорил, что ему так даже больше нравится.

Они пошли на кухню, и Фанни приготовила всем ужин из бекона и картофеля. Кит увидел, как крыса проскользнула через щель в плинтусе, и сказал:

— Нам нужны кошки, чтобы избавиться от крыс и мышей.

— Я достану вам кошек, — сказала Фан. — В деревне всегда кто-нибудь пытается продать помет котят за несколько пенни.

Когда стемнело, все разошлись по кроватям. У Кита и Роджера были спальни с общей гардеробной между ними, но это было больше для вида, поскольку они всегда спали вместе. Фанни догадывалась об их секрете, но, когда у них появится больше слуг, им придется каждое утро взбивать одну из кроватей, чтобы поддерживать видимость приличия.