Дракон, заживо погребенный
Шрифт:
Я же тем временем, добралась до нижнего ящика комода. Он был забит женским бельем, таким же изысканным, как и остальное содержимое.
Я аккуратно перебирала его, неловко тушуясь и робея от своего непотребства. Мыслимое дело, баронесса копается в чужом нижнем белье!
Но когда мои пальцы наткнулись на что-то твердое, спрятанное под слоем тончайшего шелка, я обрадовалась. Это был небольшой, сложенный в несколько раз лист пергамента.
– Ваше сиятельство!
– воскликнула я, и мой голос дрожал от волнения.
– Я нашла кое - что! Похоже, это письмо. А учитывая, что его прятали в нижнем белье, наверняка там есть что-то весьма интересное.
Кэлвин подошел, его лицо напряглось. Я протянула ему это письмо.
Герцог взял его, его сильные пальцы, привыкшие к рукояти меча, теперь с осторожностью разворачивали хрупкий пергамент.
Он начал читать, и его лицо, обычно непроницаемое, начало меняться. Сначала удивление, затем недоверие, а потом… шок.
Его глаза расширились, а дыхание стало прерывистым. Он поднял взгляд на меня, его обычно спокойные глаза теперь были полны ужаса.
– Это… это немыслимо, – прошептал он, его голос был едва слышен.
– Эта… эта женщина! Она следила за моим сыном!
Я наклонилась ближе, мое сердце забилось быстрее. Тронув герцога за руку я с любопытством спросила:
– Что там ваше сиятельство?
– Она планировала отравить моего сына! – произнес Кэлвин. Его голос был полон ледяного гнева.
– Она описывает, как будет подмешивать яд в его еду, пользуясь его немощным состоянием. Как будет ждать, пока он ослабнет… Она хотела уничтожить мою семью! Моего единственного и любимого сына. Вот мерзавка! Мало одного раза! Давайте еще! Задушу! Вот этими самыми руками!
– Он сжал ладони в кулаки. Так сильно, что побелели костяшки пальцев.
Я подошла и осторожно коснулась его руки.
– Герцог! Кэлвин! Успокойтесь! Наверняка она исполнитель! А вам нужен главный. Тот, кто придумал и зачем-то хочет вас извести, весь ваш род. И что-то мне подсказывает дело здесь личное или из-за сокровищ.
Герцог кивнул.
– Я тоже подумал так. Слишком хорошо подготовились. Не мешало бы съездить к законнику. И, кажется, я знаю тут одного. Честного и неподкупного, и мы вскоре к нему обязательно съездим. Ну а пока продолжаем искать. Если было одно письмо, значит, возможно есть еще. Или что-то другое. Флакон с ядом, например.
– Хорошо. – кивнула я и продолжила обыск.
Самым трудным было все сохранить на своих местах, так, как было раньше. Чтобы Элеонора ничего не заметила.
И вдруг герцог внезапно побледнел и схватился правой рукой за сердце.
– Алисааа, а если она успела его отравить? Моего мальчика? И он лежит сейчас где-нибудь слабый и умирает… Я не переживу, если с ним…
Я его перебила, не давая договорить. И решительным твердым голосом произнесла:
– Кэлвин Бирек, мы должны найти переговорный камень! Сейчас же! Этот камень - единственное, что может помочь нам связаться с вашим сыном, где бы он не был. Он должен знать, что служанка его могла отравить. Пусть идет к лекарю и примет противоядие.
Герцог немного успокоился. И сразу же активно приступил к поискам этого злосчастного камня.
16
– Где же он может быть? – произнесла вслух, оглядывая роскошную спальню. Куда она могла его спрятать?
Мой взгляд метался по стенам, по потолку, по каждой тени. Переговорный камень - это не то, что можно просто засунуть в ящик с бельем. Он должен быть в месте, которое она считала абсолютно безопасным, или там, где она могла бы его быстро взять, если бы ей пришлось бежать или звонить.
– А у ваша управляющего может быть камень?
– Конечно есть. Но он всегда его носит с собой. А вот у этой ведьмы он должен быть спрятан. Иначе возникнут вопрос, где она его смогла взять. Не каждый аристократ может его позволить.
Я согласилась. И тут мой взгляд упал на книжную полку, заставленную старинными фолиантами. Я осторожно перебирала корешки, ища что-то необычное, какой-то выступ, который мог бы указывать на скрытый механизм.
И вдруг что-то щелкнуло.
– Ваше сиятельство, посмотрите сюда!
– воскликнула я, указывая на одну старую книгу. Взяла ее в руки. Она была тяжелой, но на ней не было пыли. Открыла.
– Вот он! – выдохнул герцог мне в спину.
Внутри, на бархатной подушке, лежал небольшой, гладкий камень, излучающий слабое, мерцающее свечение. Это был переговорный камень.
Я осторожно взяла его в руки. Камень был теплым, словно живой.
– Ну, сынок, прошу, только ответь.
Я посмотрела на мужчину. Мне, кажется, он боялся. Впервые за свою жизнь. Не за себя, а за единственного любимого сына.
Я положила камень ему в ладонь. Он закрыл глаза, видимо представляя сына.
– Ксавьер… это твой отец. Если ты жив… ответь…
И тут за окном раздался подозрительный шум. Мы быстрым шагом подбежали к окну.
О, нет, приехала леди Элеонора. Надеюсь, ей не придет в голову сразу пройти в свои покои. И тут, словно почувствовав, выходя из кареты, она подняла на нас взгляд.
Я вздрогнула. И отшатнулась от окна, непроизвольно толкнув герцога. Он покачнулся, не удержал равновесие и камень слетел у него с руки.
– Я слушаю! – раздался мужской голос из камня и больше ничего не было слышно. Камень упал на землю, вернее в кусты.
– Сынок! – с надеждой и болью прошептал герцог. – Ты жив!
– Я сейчас сбегаю и принесу камень.
Я прикусила губу. Меня мучила совесть. Из-за меня все сорвалось. И только собралась выходить, как по ту стороны двери раздались шаги. Тяжелые, видать мужские.
– Прячемся. – вскрикнула я.
Герцог банально встал на колени и скользнул под кровать. Я подбежала к шкафу, но там столько платьев, что не пролезть.
– Иди сюда! – настойчиво махал мне рукою герцог.
Я закатила глаза. Ведь это место, куда первым делом могут они заглянуть. Но, признаюсь, лучше места все равно не было.
Поэтому подобрав пышный подол, наклонилась и ухватившись за руку герцога юркнула под кровать.
И как оказалось, очень вовремя. Дверь отворилась.
– Элеонора, душа моя! Я пришел! Где же ты? – голос управляющего звучал медленно и расслабленно.
Неужели он… Но не успела додумать, как из коридора прозвучал мелодичный, но с нотками властности голос Элеоноры:
– Да, дорогой. Я так ждала тебя, ночь не спала, решила съездить к модистке, заказать для себя кружевной пеньюар. Надеюсь, ты останешься им доволен.