Чтение онлайн

Я первая подбила мальчишек подстеречь новичка на пустыре за магазином и навалять ему хорошеньких. В итоге сама отлупила приятелей, те, пораженные подлым предательством, не нашлись, чем ответить и сбежали. До сих пор удивляюсь, почему никто ни разу меня не проучил за мои выкрутасы, ведь все они были старше, больше и сильнее. Видимо, еще и умнее, чтобы не связываться с бесноватой малявкой.

Потом я таскалась за ним хвостом, неизвестно на что рассчитывая и пресекая любые поползновения местных. Себе я казалась невероятно сильной, крутой и всемогущей. Представляю, как, на самом деле глупо это выглядело, а уж что чувствовал и думал по этому поводу Антон, представить страшно.

Несколько лет подряд в разное время года он приезжал погостить у родственников и каждый раз все повторялось. Приятели взрослели, но не оставляли попыток проучить богатенького блондина, а я каждый раз его защищала. Прикладывала лед к разбитому носу, зашивала порванные рубашки, однажды притащила дедовы штаны, когда мальчишки выбросили его одежду, оставленную на пляже. В конце концов, мне порядком надоело быть его телохранительницей, но Антон упрямо попадал в неприятности, и мне снова приходилось его «спасать».

Наш последний разговор подействовал на меня как ведро холодной воды, но, даже теперь, попади он в неприятности, а рефлекторно ринусь его защищать. Глупая мелкая псина.

***

К утру тучи разбежались. Половина неба окрасилась розовым, на второй еще сияли такие крупные и низкие звезды, что хоть рукой срывай. Солнце лениво выбралось из-за горизонта. Черный сдавленно выругался. Впереди, как на ладони сияли горные пики. Не долетели совсем немного, но хотя бы выспались.

Ледяные горы ошеломляли. Сотни вершин, розовых в утреннем свете, подпирали необычно темное, синее небо. Прозрачные, будто сахарные кромки застывших водопадов искрились, синие, еще покрытые тенью ледники простирали свои языки на многие километры, в черных бездонных ущельях гудел ветер. Выпавший ночью снег вздымался сверкающим шлейфом, носился, подхваченный вихрем и исчезал в распахнутых пастях безымянных пещер.

— Это Драконий Хребет, а вон там Голова Демона. Видишь? Ее вершина такая гладкая, что на ней никогда не бывает снега, — гудел Черный, мерно взмахивая крыльями, — над Вихревой горой всегда клубится снег, а вон там был наш дом.

— Получилось? Начинаешь вспоминать? — обрадовалась я.

— Нет, это я и так знал, — беспечно отмахнулся дракон.

Мы преодолели широкую пропасть и понеслись над равниной. Прямо впереди громоздились могучие утесы, отвесно поднимающиеся к самым небесам. Длинная драконья тень стелилась по гладкой скатерти снегов, подскакивала на холмах и неровностях.

— Смотри, следы! — Я похлопала дракона по боку. Черный, поглощенный предстоящим визитом на родину, ничего не замечал вокруг. Я бы тоже не обратила внимания, если бы цепочка следов не шла параллельно нашему курсу. Местами ее занесло поземкой, но кое-где отпечатки крупных лап оставались глубокими и четкими.

Дракон опустился в стороне, чтобы не замести отпечатки взметнувшимся снегом, осмотрел одинокий след.

— Похоже на барса.

— Они тут водятся?

— Нет. Тут никого нет, даже птиц.

Дракон потопал вдоль следа, но тот скоро исчез под толстым слоем свежего снега и больше на глаза не попадался, сколько бы мы не кружили над равниной.

***

Подняться к жилищам драконов можно было и пешком — склон рассекал крутой, забитый снегом серпантин, но на это потребовалось бы немало времени и сил. Дракон преодолел расстояние в два счета, приземлился на площадке, опоясывающей широченный утес. Массивные бронзовые двери — вход в драконьи чертоги — стояли нараспашку, одна створка была выгнута наружу, будто ее таранили изнутри.

Тут гулял ледяной ветер, сдувая все снежинки до единой в головокружительную пропасть, дна которой не видно и в самый ясный полдень. От высоты закладывало уши, перехватывало дыхание, а глаза слезились даже в защитных очках. Сложно представить, что в подобном месте можно жить, но драконы — существа загадочные, даже сами для себя, судя по озадаченному виду моего спутника.

Дракон заглянул в темный коридор. Сразу за дверью у левой стены высился сугроб. Дракон замер и поманил меня, прижимая палец к пасти. Сугроб растянулся снежным языком до середины коридора, а на самом его кончике отпечатался след. Судя по размеру — мужской. Кто-то в тяжелых сапогах совсем недавно прошел здесь. Но вернулся ли обратно?

С полминуты мы играли в гляделки, потом Черный мотнул головой и осторожно, стараясь не скрипеть каменной крошкой, двинулся по коридору и сразу же исчез, слившись с темнотой.

Для своего размера дракон двигался на удивление тихо, почти бесшумно. Я так не умела, но очень старалась.

Глаза быстро привыкли к темноте, различая черный силуэт на фоне серых стен. Коридор тянулся на сотню метров вглубь горы и там раздваивался. По бокам коридора темнели высоченные провалы заброшенных залов. Мы не успели пройти и половины пути, как по стенам правого тоннеля заплясали блики огня, а эхо принесло отзвук шагов и голосов. Дракон схватил меня лапой и бесшумной тенью влился в ближайший дверной проем.

Голоса приближались.

— Об этом он не предупреждал! — возмущался мужской голос.

— Не понимаю, чем ты недоволен, — ответил ленивый женский голос. — Наша задача — выполнить работу, а не лезть не в свое дело.

— Это мое дело! Если ты продалась с потрохами, не значит, что и все прочие предали свою веру!

— В прежние времена за такие слова ты бы уже лишился головы, — женский голос прозвучал резко.

— Времена меняются. Отдай мне его! Я забираю свою клятву!

Звон стали, плеск, удар и короткий шорох.

— Не все готовы предать свою веру, кажется, так он сказал? — Третий голос — глубокий, почти драконий бас — звучал равнодушно.

— Жестко.

— Он забрал клятву. Ты тоже сомневаешься?

Голоса удалялись в сопровождении противного скрежета.

— Глупости! До Вассы он бы все равно не добрался.

— Закончим работу, избавимся от луча и объявим…

Ветер унес конец фразы. Коридор опустел, дракон опустил лапу, которой удерживал меня у стены.

На двух желейных палочках вместо ног я приблизилась к выходу. После кромешной темноты зала в коридоре было почти светло. Посреди пола темнела безобразная лужа, россыпь пятен украшала противоположную стену, в нос ударил запах горячей крови. На этот раз сдержать тошноту не удалось.

Когда я разогнулась, дракон изучал кровавое пятно, почти уткнувшись носом в пол.

— Что ты делаешь?!

— Пойдем-ка отсюда, — он подтолкнул меня к стене, где оставался чистый клочок пола, а сам мягко перепрыгнул заляпанный участок, — м-да, бедняга лишился-таки головы… Спокойно, дыши. На, вот, попей, — как ни в чем небывало, он протянул мне флягу с чистой водой.