Чтение онлайн

Две кровавые дорожки — побольше и поменьше — тянулись до самого обрыва, куда и отправили приятеля неизвестные убийцы.

— Какая жалость… Подержи-ка, — он что-то сунул мне в ладонь и свалился с утеса.

— Эй! — Желудок снова подскочил к горлу, но я вовремя вспомнила, что у дракона есть крылья. Не мудрено забыть, когда у тебя почти что на глазах прирезали человека!

Я отшатнулась от края, выронила окровавленную безделушку — прямоугольный жетон два на три сантиметра. Зачем он дал мне эту гадость? Я попыталась вытереть руку, но кровь никак не стиралась, снег вокруг становился розовым, а перед глазами пульсировали красные пятна.

— Так я и думал, это был кенол, — дракон возник над краем пропасти, — эй, ты в порядке?

— Не знаю, — я прижалась лбом к холодной скале, ледяной ветер трепал выбившиеся из-под шапки волосы, а тело затапливал жар. Кончики пальцев пульсировали, будто под кожей возились муравьи, — кажется, я сейчас взорвусь…

— Нонто-дооган!

— Что? — Я распрямилась, как марионетка, которую дернули за ниточки. Наваждение исчезло, осталась только сосущая пустота в желудке. — Что ты сделал?

— Не только ты знаешь нужные слова. — Голубой огонь в драконьих глазах угас, он бросил на землю темный клок со знакомым гербом. — Если в следующий раз случится подобное, можешь смело использовать. Помогает. От переутомления. Узнаешь?

— Так они из Единорожки! А это что за штука? — Я подтолкнула носком сапога жетон. Под кровавым пятном угадывалась гравировка: волчья голова и три звезды.

— Понятия не имею, но звезды — кенолья тема. Вероятно, бедняга носил его на цепочке, пока не лишился головы…

— Кенол-наемник на службе у Егара? А кто говорил, что кочевники пацифисты?

— Арон говорил. И, кажется, он — единственный пацифист в этом мире, что бы это ни значило! Слушай, они же что-то забрали отсюда. Наверняка ценное, иначе не потащились бы в такую даль. Надо бы их догнать…

Дракон навострился снова сигануть с обрыва.

— Стой! А если у них с собой глушилки?

— Плевать! Не позволю растаскивать свое имущество…

— Хочешь тут тоже на неделю застрять? Никуда они не денутся. Слышал, они про Вассу говорили? Там их и дождемся. Долетим-то мы все равно быстрее.

— Разумно. Тогда гляну на них издалека, чтоб знать, кого ловить.

— Вместе глянем.

***

Наемников было двое. Женщина в облегающем комбинезоне и меховом плаще, лицо полностью закрыто плотной маской, в каждом движении — опасная грация дикой кошки, за спиной два меча. Мужчина — мощный и широкоплечий, но с такими же, как у женщины текучими движениями, лицо спрятано под глубоким капюшоном, на одном боку меч, на другом — глушилка.

Ловко и быстро, как по ровной дороге, они спускались по заснеженному серпантину. За одним из выступов их ждали три здоровых серых барса. Двое тут же пригнулись, принимая седоков, и рванули вниз, третий беспокойно покружился на месте, но, так и не дождавшись хозяина, припустил следом. Бежали они строго друг за другом, ступая след в след. Даже замыкающий одинокий барс не сбился с шага, хотя мог обогнать товарищей и налегке умчаться прочь. Вот вам и одинокий след!

Дракон высунулся из-за утеса, чтобы лучше рассмотреть наемников и едва успел пригнуться, когда почуявший неладное наемник обернулся. Я следила за убийцами в узкую щель меж двух плоских стоячих камней, и заметить меня он никак не мог, но все равно по спине скользнул неприятный холодок. Так ничего и не углядев, наемник отвернулся и скоро они уже неслись по равнине, стремительно превращаясь в три точки.

Мы вернулись на уступ у входа в пещеру. Размазанная по камням кровь застыла, навсегда став частью драконьей горы. Жетон убитого наемника я завернула в клок ткани с гербом и убрала в карман. Потом покажу Арону, а пока нам предстояла непростая задача осмотреть обширные драконьи чертоги, и надежда на удачное завершение миссии таяла с каждой минутой.

На этот раз плутать в темноте не пришлось, в бездонных седельных сумках нашлась банка со светящейся плесенью, но, как мы и думали, в пещерах было пусто. Драконы ли забрали все имущество с собой или такие вот наемники за долгие годы успели вынести все, что плохо лежало, но порадовать Властелина было нечем.

Черный тоже не преуспел, память возвращаться не желала, а в пещерах не осталось и малейшего намека на драконье существование, кроме наскальных рисунков вроде тех, что украшали зал на крыше Темной Башни.

До самого вечера мы рыскали по пещерам — большим и совсем крошечным, но кроме камней, пыли и ледяных осколков ничего не нашли.

В одном из дальних закутков, куда дракону было не пролезть, я обнаружила шердонитовую пещеру, почти такую же, как в Ренаторе, только тут минерал был не молочно-белый, а радужный. Его мародерам выковырять не удалось, но они старались, судя по расколотой двери и куче каменных осколков внутри пещерки. Над низкой дверью проковыряли дыру, наверное, хотели найти что-то ценное или добраться-таки до шердонита.

— Похоже, эти гады увели у нас из-под носа последние ценные вещи! — негодовал дракон. — Знать бы, что Егару тут понадобилось? Уж точно не золото и шердонит.

— Тебе виднее. Это твой дом.

— Ха! Тоже мне, дом. Без нашей магии это обычная промерзшая насквозь дыра. Не представляю, как мы тут жили…

Он сердито потоптался на месте, разминая крылья.

— Ничего не вспомнил?

— Нет.

— Только зря время потеряли.

— Не скажи. Мы еще можем кое-что вернуть, когда подстережем этих ребяток в Единорожке. А вообще, не нравятся они мне. Наемники так себя не ведут. Прирезали напарника ни за что, ни про что. Печенкой чую, тут дело нечисто. Доставай паука, поговорим с Ароном.

***

Вызолотив напоследок утесы, солнце скрылось далеко на западе, где тонула в облаках невидимая за тысячей пиков Безымянная Гора с Вратами Богов на вершине. Ветер улегся, а в темных небесах вспыхнули зеленые нити небесного сияния. Переливаясь и струясь, как ленты танцовщиц, они гасили звезды.

Дракон мрачной тенью нависал над сердитым пауком. Ардалион сплел уже три паутины, а Властелин так и не вышел на связь. Ренатор лежал в так называемой слепой зоне, недоступной паукам, так что просто подглядеть за Ароном без его желания было невозможно.

— Наверное, спит уже. Поздно.

— Плохо ты его знаешь! Для него это детское время.

— Значит, чем-то занят.

— Он сказал быть на связи. Должен, таскать паука с собой.

— Даже в туалет?

— Да чем там можно заниматься целый час?! Что-то случилось, печенкой чую…

Спорить с драконьим ливером — себе дороже, да и сидеть на стылом утесе ночь напролет удовольствие так себе. С пустыми руками и лапами полетели обратно. У подножия гор сделали остановку. Недовольный Ардалион сплел еще одну паутину, с тем же результатом. Дальше Черный помчал в прежней головокружительной манере, насквозь пронзая зеленые и розовые небесные ленты. Кристаллы льда россыпью оседали на черной шкуре, превращая дракона в причудливого призрака.

Скоро погода начала портиться. Невесть откуда наползли тяжелые тучи, повалил мелкий колючий снег. Спавший до того ветер опомнился, закрутил такую метель, что не стало ни земли, ни неба — сплошная непроглядная хмарь.

Дракон упрямо двигался вперед, но даже его невероятных сил не хватало, чтобы прорваться сквозь ураган. Я вжалась в спину, насколько позволяли ремни, и боялась подумать, что случится, если те не выдержат.

Чудовищным порывом дракона опрокинуло на бок, закружило винтом. Едва сдерживаясь, чтобы не завопить от ужаса я зажмурилась, желая одного — чтобы головокружительное падение закончилось. Так и случилось. Дракон выровнялся, тяжело дыша и мерно взмахивая крыльями. Ветер свистел, завывал, но нас не касался.