Драконья Пыль. Проклятие Ирвеона
Шрифт:
— Что ты хочешь найти?
— А что у них есть при себе?
— Полно всего. Оружие, украшения, артефакты, деньги. Хм… Медальоны. — Она бросила на меня долгий взгляд. — Если не скажешь, что ищешь, я помочь не смогу.
Вот и приехали. Я запрокинула голову, словно надеялась, что снующие на фоне темного неба светляки изобразят подсказку, но, — увы! — примитивным духам не было дела до моих терзаний. Да и какая теперь разница? Дракон так и не вернулся. Арон пропал. Без них с наемниками не справиться. И стоит ли оно того?
— Ладно, ребята, не важно. — Я вернулась на скамейку. — Я не знаю, что они украли, а связываться с ними слишком опасно. Как говорится, что упало — то пропало.
Кот плюхнулся рядом, сердито скрестил руки на груди.
— Ну, уж нет. Егару всегда все сходит с рук. На этот раз я не позволю ему победить. Пойдем, — он схватил меня за ладонь и потащил ко входу в игорный дом.
Овиллион и Меру Минс обалдело посмотрели приятелю в спину, а после двинулись следом.
Глава 14
Вблизи «Малыш Единорожка» производил странное впечатление. Само здание было старым, вход располагался на пять ступеней ниже уровня земли, а камень стен, отчищенный ото мха и плесени, годился в ровесники самой Звезде Палтам. Массивными резными дверями было впору украшать храм, а не игорный дом, а избыточная иллюминация лишь опошляла облик внушительного строения.
Внутри заведения с освещением тоже все было в порядке. Господин Егар отвалил кругленькую сумму за сотни хрустальных фонариков набитых отборными светляками.
Пустой предбанник, с яркими плакатами на стенах, тремя ступенями стекал в длинный зал. По бокам от входа прятались за декоративными решетками лестницы, ведущие на верхние этажи. Чуть дальше за полукруглыми каменными арками открывались боковые ходы в игорные залы. Там царил настоящий ад. Неутомимые балалаечники, спрятанные с глаз долой, наяривали разудалые мелодии, разгоряченные игрой посетители орали, туда-сюда сновали официанты, охранники мрачно взирали на клиентов из темных углов.
Прямо напротив двери располагался первый ресторанный зал с двумя десятками круглых столиков в центре. Вдоль стен, обитых панелями красного дерева, размещались столы для больших компаний, с мягкими диванами и декоративными заборчиками, создающими иллюзию приватности. По сравнению с игорными залами, тут царило спокойствие и безмятежность.
Сразу за дверью нас поджидал распорядитель. Кот мгновенно взял его в оборот, требуя лучшее место, но особого выбора у нас не было, все столы, кроме двух самых дальних, занимала разношерстная публика: пьяные в стельку охотники, высокомерные шеттеры, краснощекие парни в одинаковых зеленых пелеринах, приехавшие на праздник туристы. Могучие горцы потягивали пиво из бочкообразных кружек, легкомысленно одетые девицы стреляли глазками, селяне уплетали столичные угощения, большая компания лесовиков ожесточенно размахивала руками, привлекая внимание официанта.
— А эти что здесь забыли? Разве Единорожка занимается благотворительностью?
— Лесное братство выделяет им немного денег. Старший тащит всю группу сюда, за раз все проматывает, а после отправляет младших слоняться по дорогам и самим себе добывать пропитание. Чудные они, лесовики эти, — отмахнулся Кот.
Мы разместились за самым дальним столом. Понятно, почему он пустовал: из двери, ведущей на кухню вырывались пары прогорклого масла, едкий запах специй и еще какой-то малоаппетитной дряни. Официант с застывшей на губах улыбкой и болью в глазах брякнул перед нами меню и потащился к лесовикам.
Кот брезгливо отодвинул книжицу, Вилли любопытно осмотрелся, Меру отстраненно проговорила:
— Они наверху. Спускаются. И с ними еще двое. Все, что они принесли, осталось при них.
— Ты и это можешь видеть?
— Мне приходится прилагать усилия, чтобы этого не видеть, — скривилась она, — и еще много чего, что происходит в этих стенах. Вы уже решили, что будете делать? Если нет — я ухожу. Это невыносимо…
Наемники спустились в зал. На лице бородатого застыло плохо скрытое недовольство. Шеттерка по-прежнему выглядела расслабленно и непринужденно. За ними следовали еще двое мужчин. Один — бледнокожий, с раскосыми глазами и стянутыми на затылке иссиня-черными волосами — двигался так же, как пустынники, а другой…
— Вот зараза! — Я отвернулась. — Ребята, это один из тех охотников! Который нас в болото загнал.
— Сиди, — Вилли хлопнул Кота по плечу, усаживая на место, и спрятал под капюшоном собственную приметную шевелюру, благо людей с покрытыми головами собралось немало, одних лесовиков — человек десять.
Меру улыбнулась так, словно съела лимон. Кот шуганул подошедшего было официанта и, пригнувшись, зачастил:
— Спокойно. Наверняка он нас уже забыл. Таиру я, и сам, едва узнал. Кстати, молодец, что одолжила у Меру платье. Теперь даже если ему под самый нос залезешь — он тебя не узнает. Меру, тоже надень капюшон, а я просто посижу тихонько. Так. Теперь план…
— Может, не надо? — вяло запротестовала я.
— Надо. Мы ведь даже не пытались. Давай, подумай, что это может быть? С чем связано? Откуда взялось? Любую примету.
Да если б я знала!
— Оно с севера и… скорее всего, когда-то принадлежало драконам.
Все трое вытаращились на меня, будто я сама только что отрастила рога и крылья.
Наемники тем временем согнали с одного из диванов струхнувших туристов и недовольно посматривали на беспокойных лесовиков. Те вконец замучили официанта непонятной жестикуляцией и теперь «орали» друг на друга, яростно размахивая руками.
— Что ж ты раньше молчала? Это отлично! Ильфредита, вылезай. Да не бойся ты! Смотри, вон у тех наемников есть одна вещь. Очень важная. От нее пахнет драконами. Давай, разнюхай, что это.
Фея-ищейка дрожала, оглушенная шумом, светом, обилием людей и незнакомых предметов. Кот еще дважды объяснил ей задачу, но она только ворочала глазками и тряслась. Наконец, в ее крошечном мозгу что-то щелкнуло, она прыгнула и прилепилась мне на рукав.
Прекрасно…
Вот умница! Зачем тащиться через страшный зал, когда рядом есть кое-кто тоже пропахший драконом? Платье-то я одолжила, а куртку надела свою.
— Глупая мелюзга! — Кот принялся отдирать ее от рукава, но Ильфредита лишь сильнее цеплялась и отчаянно чирикала. Чем ты, хозяин, недоволен? Вот же эта важная вещь, пропахшая драконом!
— Погоди, — я отцепила горе-ищейку и задумчиво осмотрела, — чии-там, чич-таам.
— Ну, ты даешь! — восхитился Кот.
Ильфредита перестала трястись, оживилась, но выполнять задание не спешила.
— Все равно боится, — разочарованно протянул Кот, — ну почему, в самый ответственный момент, ты так меня подводишь, Ильфредита?! Пойду, сам отнесу.