Чтение онлайн

Робертс понял одну простую истину: нужно просто оказаться ближе, чтобы заползти друг другу под кожу. Если слышен стон — хорошо, значит, все правильно. Если ее руки обнимают за шею и притягивают ближе — все замечательно, нельзя останавливаться. Если забраться под ее топ и коснуться горячей кожи так, что она вздрогнет и покроется мурашками, — все в порядке, этим нужно пользоваться. Нужно целовать ее шею, чтобы не упустить момент, потому что такие поцелуи не повторяются. Будут другие, если на то пошло, но этот — уникальный, первый настоящий.

— Эй, вы где там?

Логан еще раз прижался к Авроре. Кончик его языка коснулся ее нижней губы, она ахнула и поторопилась ответить, но нужно было выходить.

— Потом договорим, — быстро шепнул Логан, делая шаг назад. — Идем! У Энни ссадина на лбу! — крикнул он через дверь деду.

— Скорую надо? — крикнул тот в ответ.

— Нет! — Логан быстро натянул на вновь застывшую Аврору рубашку, убрал аптечку и толкнул девушку на выход. — Деда не бойся, он хороший.

И на них тут же обрушились все прелести семейства Робертс. Горгона начала прыгать им прямо в лицо, коза завизжала, а потом завалилась на бок.

— Дед, у Холли припадок.

— Да чтоб тебя! — всплеснул руками дед.

— Я сейчас, только отнесу ее наверх. Она у нас впечатлительная. — Логан поднял козу.

Холли, как известно, периодически падала в обморок — результат миотонии. Она вся деревенела, а потом приходила в себя, будто ничего и не случилось. Дед говорил, что по этим обморокам определяет приближение Вулча, поскольку в старину таких коз, как Холли, использовали для предупреждения о подкрадывающихся хищниках.

— А раньше она только от соседушки обмирала, — крякнул дед, намекая на хищную сущность Авроры.

Логан скрипнул зубами. Это была ложь — коза падала с копыт по пять раз на дню от любого шума.

Когда Логан вернулся, то застал Аврору за столом. Дед сидел напротив и смотрел на нее, прищурившись. Рубашки на Авроре не было, однако Горгона носилась по дому с чем-то очень на нее похожим, черным и дорогим.

— Я отдала ей рубашку, чтобы она прекратила… ну… — Аврора сморщила нос.

— Потому что псина моя зверь! — громко и с гордостью сказал Логан-старший. — Экипаж, кстати, в порядке, не придется кататься на нашем. А то дело такое, может и не довезти…

— Де-ед! — протянул Логан.

— Что? Чай, не принцесса, — кивнул тот на Аврору. — А ты, кажись, сестра мальчишки нашего?

— В-вашего мальчишки?

— Астера.

— Да, это я.

— Дед, это моя Энни. Помнишь ее?

— Та, что ли? А-а, вон оно как. — И дед махнул рукой, будто сделал определенные выводы.

— Я пойду, — холодно сказала Аврора, глядя на Логана-старшего с выражением, которое он, честно сказать, заслужил.

— А чёй-то? Интэрьэры наши не понравились?

— Спасибо за помощь, Логан. — Снова ледяной тон.

Ну, привет, леди Айсберг.

— А чего тогда приезжала в нашу глушь? — опять сощурился дед.

— Дед, прекрати, — строго сказал Логан, понимая, что впервые говорит в таком тоне со старшим. — Аврора может приезжать когда ей вздумается.

— О как. Тогда уж, поди, надо и дорогу заасфальтировать. — Дед засмеялся, но никто не подхватил, поэтому он опять махнул рукой и закатил глаза.

— Это шутки у него такие, — попытался оправдаться Логан.

Но Аврора смотрела на деда в ужасе: тот стянул с себя клетчатую рубашку, оставшись лишь в грязной после столярки майке, взял подстилку Холли и хорошенько встряхнул прямо перед столом, так что вся шерсть и пыль полетели девушке в лицо.

Логан едва успел заслонить Аврору собой, однако большая часть мусора оказалась в ее волосах.

— Пойду-ка к козочке моей. Хворает, бедолажка, — сообщил дед, хищно улыбнулся и, насвистывая, направился наверх.

Логан посмотрел на Аврору, глаза которой наполнились сначала слезами, а потом холодом.

— Ладно, до встречи. Отвозить не надо. Я сама.

Он даже не успел придумать ответ — она накинула куртку прямо поверх топа и, схватив со стола ключи, бросилась из дома.

— И не злись на меня, пацан! Пусть знает, где жить будет. Я что, не вижу, что ты с ней того? А мы не цацкаемся! — хохотнул с верхней ступеньки дед. — О, Холли, дорогуша, никак жива?

* * *

— Ты не мог его продать! — Астер ворвался в кабинет хозяина конюшни и швырнул на стол лист, сорванный с денника Ориона. На нем словно его кровью было написано имя нового владельца — какого-то арабского шейха. — Я все делал для того, чтобы это место процветало! Ни разу не отказал тебе в помощи! Выигрывал для тебя что только мог! А ты его продал? — Огонь в глазах Астера мог поджечь сам воздух.

Но Линч лишь отвел взгляд, с раздражением поднял бумагу и выбросил ее в урну.

— Ты можешь пересесть на Кондора или на Аляску, — совершенно спокойно сказал он. — Или бери Айвори, она от того же жеребца-производителя, что был Орион.

«Был Орион».

«Был».

— Я не могу пересесть на Айвори, как ты не понимаешь?

— Послушай, Астер, — начиная раздражаться, выдохнул Линч. — Я ценю тебя, да ты и сам это знаешь, поэтому даю на выбор любую лошадь. Это уже больше, чем мог бы себе позволить кто бы то ни было в этом месте. Но Орион точно такой же конь, как и остальные. И раз на него нашелся покупатель, готовый щедро заплатить, то я продаю его. Таков был наш с тобой уговор три года назад. — Он сделал паузу, словно давая Астеру возможность переварить эти слова. — Ты молод и многих вещей еще не понимаешь. Я знаю, Орион кажется тебе единственной в мире лошадью, другом, подопечным… Но ты должен понять: так будет не всегда.

— Мне нужен только этот конь, — постарался как можно спокойнее произнести Астер. Несмотря на то что Линч был вдвое старше, Блэквуд всегда обращался к нему, забив на субординацию.

— Ты же понимаешь, что он не вечен?

— Ему только пять лет.

— Лошадь, по сути, тот же инвентарь.

Астер невольно поморщился от этого сравнения. Как вообще человек, с нуля построивший такое место, мог говорить подобное?

— Они падают. У них ломаются ноги и рвутся сухожилия. Они стареют и умирают, Астер. Это просто бизнес. Ничего личного.

Возможно, отец был прав и быть бизнесменом важнее, чем оставаться человеком, но сейчас Блэквуду не хотелось в это верить.

— В таком случае я ухожу, — сверля взглядом пол, произнес Астер. — Если здесь не будет Ориона, то и мне тут делать нечего.

Линч смотрел на Блэквуда, пытаясь понять, какую игру он затеял на этот раз. Вот только сам Астер знал — в его рукавах больше не осталось козырей. Он пошел ва-банк, буквально кожей ощущая, как его прежняя жизнь трещит по швам.

— Думаешь, сможешь меня этим шантажировать?