Чтение онлайн

– Приемной матерью?

– Почему приемной? Она будет рожать солдат. В Храме все очень хорошо продуманно. Каждый год родильницу сводят с одним из лучших воинов и она рожает от него ребенка. А потом...

– Хватит. Я понял.
– Представив, что Калерия работает такой себе свиноматкой, я вздрогнул.

Джергинт пожал плечами, дескать - не хочешь слушать, не надо. И, бросив взгляд в окно, спохватившись, забубнил.

– Как же я мог забыть? Ник, нам пора.

– Куда?

– В Храм, конечно. Там тебя подготовят к поединку.
– И видя, что я собираюсь надевать доспех, добавил.
– Нет, нет. В Храме ты получишь все, что необходимо.

Расположена Обитель Великой Матери, на территории которой и находился Храм, была на Восточной оконечности города, и представлял собой комплекс построек, окруженных живой изгородью. Живой, не в смысле растительной, а в смысле постоянно меняющейся. Выполненная из жидких кристаллов, она, то расцветала цветами, то превращалась в небо, то колосилась полями, то текла реками, оставляя в душе ощущение чего-то доброго и родного.

Воротами, на территорию Обители, служил скульптурный ансамбль из четырех каменных воинов, скрестивших в приветствии клинки. Пройдя под этими гигантами, выполненными настолько искусно, что, казалось, они вот-вот поприветствуют граждан Империи, мы ступили на широкую аллею, ведущую в Храм. По обе стороны дорожки из жидкого золота, выстроились женские статуи. И если бы не размер, то их вполне можно было бы принять за живых людей, настолько тонкой была работа. Вырезанные из камня, цветом очень похожего на смуглую кожу и облаченные в каменные, удивительно прозрачные, платья черного цвета, они словно жили своей, непостижимой нам короткоживущим, жизнью. Я даже рот открыл от изумления, о чем мне не преминул сообщить Джергинт.

Но больше всего в шок меня поверг сам Храм. Скрытый от глаз деревьями чудовищных размеров, он заставлял почувствовать себя ничтожной песчинкой на берегах мирозданья. Огромное, словно сотканное из невесомых нитей Святилище производило настолько захватывающее впечатление, что для описания его ни тогда, ни после я просто не смог найти слов. Живые, поддерживающие свод, огромные воины; огонь, вода и ветер в их буйстве и изменчивости, играющие на стенах; небо, усеянное миллионами звезд на потолке; и самое невероятное этого воистину священного места, пятидесятиметровая статуя изображавшая мать, сидящую на коленях и кормящую дитя.

Встречали нас жрица-Мать и шесть послушниц, одетые в каласирис, с той только разницей, что эти невесомые платья, плотно облегающие фигуры девушек, оставляли открытой грудь. Мать отличалась от послушниц наличием у нее широкого браслета на левой руке, в остальном же все они были удивительно красивы. Невысокий рост, тонкие талии, крупная грудь приятные, с мягкими чертами, лица.

– Пусть хранит вас тепло материнской любви.
– Поприветствовала нас жрица.

– Мира вашей обители.
– Ответил Джергинт.

– Меня зовут Илия.
– Представилась она.
– А это я так понимаю и есть тот самый Соискатель?!
– Окинув меня оценивающим взглядом, улыбнулась девушка.

– Истинно так.
– Просипел я, вызвав приступ хихиканья у послушниц.

– Алая, Лита, Ена, Фляя проводите молодого человека и подготовьте его к ритуалу.

Тут же четверо озвученных жрицей красавиц, окружили меня и, подхватив под руки, потащили к боковому выходу, через который мы попали в жилой комплекс. Меня привели в большую, светлую комнату, треть которой занимал бассейн с горячей водой, пар от которой вместе с развешанными в лампадках благовониями, создавали легкий туман.

Одна из девушек поднесла мне чашу с каким-то пряным напитком, и после того как я его выпил, девушки, довольно ловко раздели меня и провели к бассейну. И мы, всей компанией, вошли в воду, где я, практически мгновенно, потерял связь с реальностью, и дальнейшее происходило как в волшебном сне, но, к сожалению, наблюдал я это словно со стороны.

Сначала они, довольно долго, меня мыли, ловко орудуя руками. Потом, после тщательного обтирания мягкими тканями, я подвергся втиранию благоухающих масел и массажу, после которого провалился в беспамятство.

Осознание себя пришло резко и как-то неожиданно, словно в темной комнате включили свет. Вот и я, вдруг, обнаружил себя стоящим в большом круглом зале, одетым только в набедренную повязку, похожую на египетскую схенти. Справа топтался Феор, державший подушку с кривым мечем, а слева - Млат, со шлемом в руках. Причем чувствовал я себя превосходно, никакой сонливости или заторможенности и в помине не было.

– Готовы ли Соискатели начать поединок?
– Сильным, звенящим голосом вопросила жрица, стоявшая в центре круга из черного гранита. Одетая в черный каласирис, с открытой грудью, она напомнила мне Немезиду.

– Готовы.
– Одновременно со всеми остальными Соискателями, ответил я, которых, к своему позору, заметил только после слов жрицы.

– Так пусть же победит сильнейший!
– Произнесла она и вышла из круга, присоединившись к стоявшим на возвышении еще двум жрицам, одетым в каласирисы белого и серого цветов.

– Лайз и Брис - в круг.
– Произнесла жрица в белом.

И на площадку ступили первые бойцы. Один худощавый и гибкий как лоза, второй крепкий с рельефно выделяющимися мышцами.

Опустив забрала, которые тут же, как пленка, обволокли лица, соперники бросились друг на друга. А пока я, повернувшись к Феору, задавал вопрос, пытаясь выяснить, кто есть кто, поединок закончился.

– Ну, победитель виконт Лайз (худощавый), один из лучших поединщиков Империи.
– Обрадовал меня сотник.
– Но ты не переживай, он привык к своему прямому, узкому мечу, а сейчас ему скорее повезло.

– Бой окончен! Териат и Ферниг, в круг.
– На этот раз говорила жрица в сером.

– Думаю, победит Ферниг.
– Шепнул Феор. И оказался прав.

Ферниг атаковал однообразно и точно также выходил из обмена ударами, а когда Териат решил этим воспользоваться, поднырнул под меч противника и, скользнув ему за спину, прочертил глубокую рану на правом бедре. На этом поединок закончился.

– Бой окончен! Ирлам и Цилин - в круг.
– Голос Черной.

А на арену выходят двое совершенно разных людей. Один (Ирлам) высокий, широкоплечий опытный воин, с испещренными шрамами торсом. Второй совсем юный, тонкий в кости, не уступающий своему противнику только ростом.