Чтение онлайн

– Дочери мои, испейте из источника любви и счастья материнства. Сын мой, испей из источника силы и отваги.
– Изрекла Императрица, протягивая нам две пиалы. Одна из них (в ее правой руке), предназначалась мне и содержала напиток, по цвету и вкусу похожий на "Тархун", но с приятным цветочным ароматом.

– Помоги мне, Мериот.
– Попросила Великая, протянув руки, предлагая помочь ей подняться, дождавшись, когда я допью напиток.
– А ты необычный.
– С улыбкой, добавила она, но значительно тише, чем прежде.

По взмаху ее руки, вокруг нас образовалось кольцо тумана, настолько плотного, что выглядел он как струящаяся дымная стена. Видя удивление на моем лице, она пояснила.
– В таинстве Единения нет места наблюдателям.
– Чем только еще больше меня озадачила. Я ведь был уверен, что помимо тех, кого я видел, никого рядом нет. И тут понял, что задняя полусфера осталась вне зоны моего внимания.

Положив руку на мое левое плечо, Великая Мать сказала.
– Ищущая, подойди к своему Мериоту.
– И когда Калерия подошла, добавила.
– А теперь, коснитесь сердец друг друга.
– Я опустил руку на грудь невесты, ощутив, как бешено, колотится ее сердце, и почувствовал маленькую, горячую ладошку на своей.
– Отныне Ваши судьбы неразрывно связаны! А ты, Ищущая, первая среди равных.
– Провозгласила Великая.

Чувствуя покалывания в запястье, скосил на него взгляд и увидел, сформировавшуюся вокруг руки иллюзию - черная терновая ветвь, оплетенная тонкой, зеленой лозой с маленькими листочками и одним фиолетовым цветком.

– Жены, подойдите к своему супругу и прикоснитесь к его сердцу.
– Мои четыре супружницы, зайдя сзади, дотронулись до моей спины на уровне сердца. А терновую ветвь оплели еще четыре тоненьких побега, но уже с белыми цветами.

– Любите и берегите своего мужа, храни и защищай своих жен. Ибо отныне Вы едины.
– На последних словах голос Великой матери, казалось, звенел от силы.

Вспышка света, на миг, ослепила меня, а когда я проморгался, то увидел, что иллюзия превратилась в татуировку опоясывающую запястье.

То обстоятельство, что туманная стена растворилась в воздухе, от меня ускользнуло и когда, мягким движением Императрица развернула меня спиной, я почувствовал себя так же, как чувствует человек у которого, вдруг, на глазах у всех, рвутся штаны. Очень неловко я себя почувствовал.

Внизу, в десяти шагах от ступеней, стояла толпа народу, с моими родственниками и противниками в первых рядах.

– Подними руку с браслетом.
– Шепнул мне на ухо мягкий, приятный голос. Что я и сделал, хотя толком еще не отошел от увиденного. Дело в том, что все присутствующие, насколько я мог судить, были одеты не многим "теплее" нас. Впрочем, я не ошибся. Женская половина, приглашенных на свадьбу, была облачена, в своем большинстве в каласирисы, преимущественно светлых тонов и иногда открытой грудью. (К тому, что даже дамы бальзаковского возраста имеют весьма приличные фигуры, я привык еще на приемах.) Мужская - щеголяла в двух типах одежды: первый - схенти, подпоясанная дорогим поясом и пектораль (в основном молодежь или военные), второй - легкая туника с дорогим поясом.

Как только моя рука поднялась над головой, вся эта толпа взорвалась радостными криками. Ощущение было такое, что только что я каждому из присутствующих подарил миллион.

– Пойдемте, я проведу вас в твои покои.
– Снова услышал я голос и, обернувшись, понял, что принадлежит он Великой Матери.

Взяв меня за руку, она, нисколько не смущаясь своей наготы, величественно сошла по ступеням, оглашая зал Храма легким перезвоном колокольчиков и, увлекая за собой, прошествовала к двери, мимо восторженно галдящей толпы.

Конечным пунктом нашего маленького путешествия стала комната, в которой надо мной измывались послушницы.

– До следующего заката вы останетесь здесь. Думаю, такому воину будет, чем заняться в обществе своих молодых жен.
– Улыбнулась хозяйка. И одарив меня нежнейшим поцелуем узвенела прочь. Оставив меня с моим гаремом.

А дальше был РАЙ. Омовения, растирания, втирания и массаж были наполнены нежностью пяти пар рук, сладостью пяти губ и теплом пяти юных женских тел.

Из пучин наслаждения вырвал звонкий смех Великой Матери.

– А я в тебе не ошиблась.
– Констатировала она, рассматривая меня, погребенного под женскими телами.

Невероятно, но, того что прошли почти сутки, я не заметил, да, кажется, не я один. Прильнувшие ко мне жены удивленно смотрели то на меня, то хозяйку Храма. Я же гадал, что за Виагру мне дала, стоящая в дверях, богиня. После приема которой, я умудрился, далеко не по разу, удовлетворить моих красавиц.

– Вставай.
– Шутливо прикрикнула Мать и, подойдя к кровати, дернула меня за ногу.
– Пойдем, тебе предстоит последнее испытание.

Пришлось выбираться из "завала" и следом за гостьей топать в ванную.

Хорошо хоть насчет испытания она пошутила, а то что мы оказались вместе в ванной, и она принялась отмывать меня, так после постельного марафона, устроенного с женами, даже эта богиня желания не вызывала. Хотя мыла, надо сказать, тщательно, не пропуская ничего.

На мой вопрос, за что мне такая честь, пояснила, что первый раз после рождения всех будущих воинов Империи, относящихся к кланам мериотов, купает она, а поскольку я будущий воин, да еще и отныне отношусь к мериотам, то ее долг выполнить ритуал купания. Чем она и занимается.

После купания, я, уже самостоятельно, облачился в черную схенти с серебристым узором и широкий серебряный пояс, а в качестве аксессуара, на левую руку, выбрал массивный серебряный браслет. Императрица, осмотрев меня, одобрила мой выбор и провела к воротам своей резиденции, где меня уже ждали мои ненаглядные и скамар.

Предоставленный моему семейству транспорт, имел шесть посадочных мест и немного уступал в маневренности своему младшему брату, зато значительно превосходил роскошью отделки.

Мои девочки, одетые в этот раз в каласирисы из белой, прозрачной ткани, плотно облегающей стройные тела, и оставляющие открытой левую грудь, в лучах заходящего солнца, выглядели потрясающе. Единственным отличием в нарядах, в виде тонкого, золотого пояска, щеголяла Калерия, как первая среди равных.